© Головачев В., текст, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Радиолокационная станция AN/FPS-132 системы противоракетной обороны PAVE PAWS, расположенная на гребне кальдеры древнего вулкана в штате Калифорния и обозревающая сектор неба в направлении на запад Тихого океана, в три часа ночи двадцать четвёртого июня внезапно обнаружила нечто странное на высоте двухсот километров. До этого момента небо было свободно от каких-либо объектов, не считая собственных спутников, и дежурный офицер станции Джеймс Кортни не поверил глазам, когда компьютер доложил ему о цели. Убедившись в появлении объекта, Кортни не колеблясь вызвал командира комплекса майора Лонгиера.

Майор спал, но, будучи ответственным командиром, да и время было беспокойное, тотчас собрался и прибыл в кабину управления РЛС.

Странный объект представлял собой зыбкое облако неопределённых очертаний, напоминающее медузу диаметром около трёх километров. Оно плавно и очень быстро пересекло границу штата со стороны океана и двинулось дальше, в глубь территории страны.

За то время, что потратил Лонгиер, добираясь до станции, облако преодолело больше ста километров и опустилось до пятидесяти. Оно казалось прозрачным и пульсировало, словно являясь живым организмом. На спутник или ядерную ракету оно не было похоже никоим образом, однако Лонгиер не стал рисковать и, понаблюдав за траекторией облака, подал сигнал тревоги, руководствуясь инструкцией программы «Часовой», поднявшей на ноги систему противоракетной обороны западного штата США – NMD.

За «Часовым» напряглась и система Aegis Ashore, работавшая в связке с сетью радаров, просматривающих небо над северо-западом страны. Началась тревога, долетевшая до Пентагона за четверть часа, и поднятый с постели глава военно-космических сил США Родерик Шиман, выслушав доклады командиров соответствующих подразделений, скомандовал атаковать облако, если оно будет спускаться до высоты в тридцать километров.

С базы «Вандерер» стартовали два F-35, направляясь навстречу облаку.

К нему было послано повторяющееся предложение остановиться или начать переговоры.

Командир пояса противоракетной обороны северной границы США генерал Шустер дисциплинированно наблюдал за маневрами облака и лично отдал приказ комплексам Aegis, имеющим по двадцать четыре ракеты Standard SM-3. Он был уверен, что для уничтожения объекта хватило бы и одной SM-3, однако запустил сразу пять. Как оказалось, он напрасно надеялся на разрекламированные суперпротиворакеты.

Первая взорвалась, не долетев до облака трёх километров. Вторая отвернула и закончила жизнь самоподрывом, а три последующие просто исчезли.

Обалдевший генерал схватился за трубку прямого смарта для связи с шефом Пентагона, но доложить ему о результатах стрельбы не успел.

Облако в этот момент резко спикировало, на высоте двенадцати километров над поверхностью суши настигло пассажирский самолёт «Боинг-777», летевший из столицы Калифорнии Сакраменто в столицу штата Пенсильвания Гаррисберг, поглотило его и… исчезло. Правда, самолёт продолжал лететь, хотя и резко снизился после этого, но не упал.

Все свидетели разбуженной системы противоракетной обороны Штатов молча дивились на экраны радаров и друг на друга. Засмеялся только один офицер, майор Лонгиер, – истерически, сообразив, что ядерная война неизвестно с кем не начнётся.

Командира РЛС «Дарьял-УМК» полковника Студитского разбудили в четыре часа утра сообщением о появлении в поле зрения радара необычного объекта, пересекающего Берингово море между Северной Америкой и полуостровом Камчатка. Этот радар стратегической ПРО Дальнего Востока России мог обнаруживать цели размером с футбольный мяч на расстоянии до пяти тысяч километров, но данная цель была зафиксирована всего в сотне километров от Камчатки на высоте семьдесят километров. Она словно внезапно вынырнула из ниоткуда и представляла собой нечто вроде прозрачно-кисейного облака диаметром около трёх километров.

О цели было тотчас же доложено в штаб Главного командования космических сил РФ, который мгновенно отреагировал на сообщение. Включилась вся дуга противоракетной обороны Дальнего Востока, информация о цели поступила в Генштаб и Центр национальной обороны России, потом в воздух были подняты новенькие истребители-перехватчики МиГ-41 одиннадцатой авиационной дивизии особого назначения. А на самом полуострове по тревоге включили комплекс С-400, прикрывающий данный район суши со стороны Тихого океана.

На всякий случай полковник Студитский связался и с замом начальника Генштаба генералом Догузовым, и тот, помня, в каком положении находится хрупкий мир вблизи Китая, приказал задействовать Дальневосточную противоракетную систему А-235 «Нудоль», имеющую мощные РЛС 5Н20 «Дон-М», управляемые искусственным интеллектом.

Но до стрельбы не дошло.

Облако похожего на гигантскую медузу объекта нырнуло к полуострову, накрыло стартовавший с аэродрома Петропавловска-Камчатского пассажирский самолёт «суперджет» компании Уральских авиалиний, направлявшийся в Екатеринбург, продержало его внутри себя около минуты и… исчезло!

Самолёт начал падать, однако опытные лётчики справились с управлением и сумели вернуть его обратно на полуостров.

Поиски странного облака велись до утра, но ни к чему не привели.

Зато стало известно о практически таком же происшествии в небе над Калифорнией часом раньше, а ещё через несколько часов президенту РФ доложили о двадцати трёх инцидентах в небе над Европой, Америкой, Южной Африкой и Азией. Везде облако опускалось до высот от восьми до двенадцати километров, накрывало летящие в разных направлениях самолёты на непродолжительное время и пропадало с экранов радаров. Из двадцати перехваченных им самолётов разбились два, остальным удалось приземлиться. Но как оказалось, при этом из салонов исчезали пассажиры – точно по три человека, преимущественно парни и девочки возрастом от двенадцати до четырнадцати, и совсем редко – пятнадцати – восемнадцати лет.

Посовещавшись в течение часа, ответственные лица российской обороны побеседовали с министром и сообщили о происшествии директору ФСБ и президенту. Решение о дальнейших действиях системы безопасности страны должны были принимать они.

Несмотря на усталость, вызванную ночной предпосадочной суетой: самолёт вылетал в четыре часа ночи, – Влад чувствовал себя отлично, радуясь попаданию в команду губернатора Камчатки, отправлявшуюся в Казань на международные соревнования World Skills [1]. Компания собралась приличная, под тридцать человек, среди которых были и победители края в разных профессиях, и победители образовательных программ. В основном возраст участников колебался от двадцати пяти и до сорока лет, но Владу (Владигор Седов, десятый класс второй общеобразовательной школы Петропавловска-Камчатского) исполнилось всего шестнадцать, и он вместе с другом Арсиком (Арсений Баловнев, та же школа, но одиннадцатый класс, чистый «ботаник», победитель конкурса айтишников) были самыми молодыми соискателями призов. Сам Влад являлся победителем другого конкурса – механиков и конструкторов. Он мог за минуту разобрать любой механизм и собрать его за то же время, не допустив ни одной ошибки и не оставив «лишних» деталей.

Начался его профессиональный рост четыре года назад, когда Влад впервые победил в игровом конкурсе на сборку кубика Рубика. Потом заинтересовался часами, разобрав отцовские «командирские», но собрал, потом начал изучать другие сложные механизмы. В результате к десятому классу он дошёл до звания мастер-инженерика, победив в первом отборочном матче камчатского «Ворлд Скиллс». Теперь на первом для него международном конкурсе ему предстояло доказать, что он не зря увлёкся конструированием механических устройств.

– О чём думаешь? – спросил его Арсик, сидевший у окна. Вихрастый и лопоухий, губастый, черноглазый (рост «метр с кепкой», то есть метр шестьдесят шесть, спортом никогда не увлекался), он являл собой прообраз чистого «ботаника» и сам часто зависал в безднах размышлений. К тому же он всегда носил с собой лэптоп, соединённый с клипсой в ухе тонким проводком.

– Есть тема, – очнулся Влад. Рост метр восемьдесят, широкие плечи, он был визуально массивен, хотя при этом обладал великолепной реакцией, заслужив первый взрослый разряд по боксу. Родители подарили ему губы бантиком, мягкую улыбку и роскошные волосы, которые он зачёсывал крылом справа налево. Зато глаза – глубоко синие, от которых млели одноклассницы, – выдавали в нём бойца, способного постоять за себя.

– Что за тема?

– Да так… – не сразу нашёлся что ответить Влад. – Не хочу подвести ребят команды. Надо доказать, что нас не напрасно взяли.

– Докажем, – легкомысленно пообещал Арсений. – Кстати, ты не задумывался, почему появляются мысли? Откуда они приходят в голову?

– Из «Гугла», – пошутил Влад, кивнув на проводок мини-компьютера, исчезающий в ухе друга.

– Я серьёзно.

– Никогда не думал. Мысли, наверно, мозг генерирует? Или у тебя другое мнение?

– Аналогичное. Но почему это вообще происходит? Кто ему выдаёт задание?

Влад не ответил, глядя в иллюминатор.

С Арсиком он познакомился два года назад, будучи в восьмом классе, во время школьной олимпиады по математике. Влад считался хорошим учеником, легко решал задачки на логику и составление уравнений и даже становился призёром школьных соревнований по математике. Но Арсений, который перевёлся к ним из другой школы, оказался сильнее всех, способный решать задачи по высшей математике, и победил. Влад занял третье место. Позавидовал, конечно, способностям «ботаника», потом познакомился с ним, и они подружились, несмотря на годовую разницу в возрасте: как оказалось, Арсик был младше, хотя учился на класс выше. Он и дальше побеждал на чемпионатах школы и полуострова по математике и айти-дисциплинам, завоевав славу «камчатского Цукерберга».

Самолёт выбрался на взлётную полосу, разогнался и стартовал.

Арсик вынул из наплечной сумки смартфон, собираясь продолжить свои бесконечные переговоры с интернетом, но Влад положил руку на его мобильный:

– Отдохни, задвинутый, хотя бы пару часов, пока будем лететь, а то всё утро будешь снулый.

Приятель попытался спорить, но глаза у него начали слипаться сами собой, и он откинул голову на подголовник кресла.

Им в каком-то смысле не повезло. Оба получили места в хвосте салона, где гул двигателей был слышнее, но по молодости лет не обращали внимания на такие мелочи и уснули, не дождавшись завтрака.

Однако спали недолго.

Самолёт пересёк Охотское море на высоте восьми километров, поднялся повыше над обрывистой береговой грядой южнее Охотска, провожаемый лучами вставшего позади солнца, и в этот момент что-то случилось.

Влад проснулся как от толчка, открыл глаза и… застыл, не в силах повернуть голову.

Движение в салоне прекратилось, он наполнился туманно-прозрачной сеточкой белых штрихов, словно на глаза легла плёнка скомканного файлика. Влад попытался пошевелиться и не смог.

По проходу пролетело облачко искр, ощупывая сидящих по обе стороны пассажиров щупальцами нагретого воздуха. Вот одно из них дотянулось до кресла впереди, которое занимал Митя, сын руководителя отряда конкурсантов, и тот… исчез!

Облако двинулось дальше, протянуло щупальце к спящему Арсению, накрыло кресло, и гений школы по информационным технологиям тоже пропал.

Влад в очередной раз попытался вскочить, крикнуть: «Берегитесь!» – однако в этот момент щупальце дотянулось до него, и сознание будущего участника «Ворлд Скиллс» померкло. Последним ощущением Владигора было чувство полёта и разверзающейся под ногами бездны.

В самолёт садились в темноте, в чрезвычайной спешке, потому что «ватники» могли ударить по аэродрому ракетами в любой момент. По сути это было натуральное бегство, организованное лично начальником Главного управления разведки Украины генералом Подлещиком, а спасал он своего восемнадцатилетнего сына Яродива, чтобы тот не загремел на фронт.

Сын уже давно прославился своей ненавистью ко всему русскому и войной с российскими подростками, зависающими в интернете, не без помощи отца, разумеется, устраивавшего чудовищные диверсии в России. К своим восемнадцати Яродив, опять же не без помощи отца, стал оператором сетевой террористической организации, вербующей смертников среди российской молодёжи. Называлась она «Манкурт», а расшифровывалась как «Маньяки. Культ убийств русских тупарей».

Своей противозаконной деятельностью Яродив (в среде единомышленников его прозвали Бешеным Ярилой, но отзывался он и на короткое Ярд) начал заниматься ещё до начала СВО, когда ему исполнилось всего четырнадцать, а учился он в днепропетровском военном колледже «Проминь». Будучи большим поклонником суицидальных игр, он вошёл в сообщество «Рогань», деятельность которого была посвящена организации массовых убийств в школах. Чуть позже его пригласили в радикальное украинское отделение международного террористического движения МКУ, а поскольку ему с раннего детства хотелось командовать другими, а не подчиняться чьим-то приказам, Ярд сформировал в Днепропетровске своё подразделение «Манкурта» и переехал с отцом в Киев, где старший Подлещик получил звание генерала и стал начальником ГУР.

В восемнадцать лет этот парнишка, обладавший незаурядным умом, хваткой и статью молодого Шварценеггера, превратился в эффектного администратора чёрного канала Сети, аудитория которого охватывала Европу и Россию, где у «Манкурта» оказалось достаточно добровольных помощников.

В Киеве он быстро нашёл таких же отморозков, получил в дар от отца двухкомнатную квартиру на Правобережье и, продолжая учиться, раскрутил связи «Манкурта» по полной.

В России на него завели уголовное дело за склонение детей из группы риска к террористической деятельности, не раз блокировали телеграм-каналы, но он упорно продолжал свою «сватинг-работу», пугая людей совершением массовых убийств в учебных заведениях, тем более что ему активно помогал отец и специалисты СБУ. Бешеному Яриле предрекали активный рост на ниве организации провокаций и создании групп асоциального девиантного поведения, порождающего насильников и убийц, но тут грянуло наступление русских армий на Харьков и Запорожье, рост потерь ВСУ стал катастрофическим и началась повальная мобилизация жителей Украины, начиная с восемнадцатилетнего возраста. Даже начальнику ГУР предъявили обвинение в том, что он препятствует военным комиссарам отправить сына на фронт. Пришлось принимать меры. И когда из Киева отправили в Германию министра иностранных дел Гусмана для подготовки площадки спасения президента Зе, с ним на борт «Эрбуса» взошёл и Бешеный Ярила в качестве «личного переводчика и пресс-секретаря». Яродив и в самом деле хорошо говорил по-немецки, чуть хуже по-английски и даже учил китайский. С памятью у оператора «Манкурта» всё было прекрасно.

Кроме него в салон самолёта поднялись и два его приятеля, они же телохранители, с которыми он последний год не расставался: восемнадцатилетний Эмин Агаларов по кличке Стилет (этот таджикский «джигит» великолепно владел ножом) и София Ногтюк, ей исполнилось семнадцать, но выглядела София качком-бодибилдером с массой больше ста килограммов и кулаками размером с утюг.

Самолёт не имел кресел бизнес-класса, поэтому пришлось занимать места эконом. Министр, толстомордый, плешивый, с ниточкой декоративных усов, сел впереди. Троица его «помощников» уселась за спиной босса. Все трое были как на подбор крупногабаритными, мясистыми, поэтому Ярд сел в хвосте салона слева один, а друзья-соратники справа от него, через проход. Мест хватало, несмотря на внушительную группу поддержки министра.

Шёл уже пятый час утра, и уставшие пассажиры угомонились, собираясь покемарить до финиша в Гамбурге, куда и направлялся «Эрбус».

София предложила Ярду банку пива (их не досматривали в аэропорту Жуляны, и все захватили с собой спиртное), но Бешеный Ярила отказался. Несмотря на любовь к увеселениям, он вёл здоровый образ жизни и если и употреблял алкоголь (в меру, кстати), то элитный, предпочитая французские вина и армянский коньяк.

– Вот колобок ты подвешенный! – восхитилась София. – Обзавидуешься!

– Кто не курит и не пье, тот здоровеньким помре, – пошутил его сосед.

Оба разговаривали на суржике, смеси русского и украинского языков, но это не раздражало Ярда, потому что и сам он плохо знал оба языка, в отличие от иностранных. Он не раз получал втык от отца за незнание украинского, однако парню на это было наплевать, хотя в колледже на язык обращали пристальное внимание и обычно отчисляли за плохое знание «языка родоначальников мира». Но за его спиной маячил отец-генерал, и сыну-мажору прощали всё. Тем более что он обладал даром сильного хакера.

Самолёт взлетел над Киевом, окружённым цепями «зубов дракона» – бетонных пирамид для задержки танковых атак. В хвост салона влился сноп солнечного света.

Ярд задёрнул шторку иллюминатора, расслабился и уснул. Но проспал недолго. Как только самолёт набрал десятикилометровую высоту при подлёте к Львову, его салон заполнил странный искрящийся дым, правда без запаха дыма. Тем не менее пассажиры проснулись, раздались испуганные возгласы, крики, многие попытались вскочить, но не смогли. Смолк и шум, словно всем заклеили рты.

Ярд тоже проснулся, открыл глаза, дёрнулся, однако пошевелиться или повернуть голову не сумел.

Затем по салону пролетело облако искр, ощупывая кресла своеобразными дымными щупальцами, одно из них накрыло Яродива, и он потерял сознание, ощутив невероятную бездну под ногами…

Этот район Галактики не был прописан в программе полёта Собирателя. Надумиум, искусственный интеллект Собирателя, просто срезал путь, направляясь к периферийному шару звёзд на окраине многовитковой звёздной спирали, которую люди называли Млечным Путём. Однако поисково-навигационная подсистема внезапно обнаружила всплеск пси, когда корабль пролетал мимо ничем не примечательной жёлтой звёздочки, и Надумиум проснулся.

Ощупыватель пространства активировал дополнительные контуры.

Чувствователь проанализировал объём и качество пси.

Определитель курса сориентировался, и гигантский космоплав устремился к жёлтой звезде, которую обитатели планетной системы называли Солнцем.

Надумиум не помнил, когда он был создан. Никаких измерителей времени в его распоряжении не было. В программу было вбито лишь описание космических владений создателей Собирателя, образующих коллективную мыслящую систему, созданную ещё на заре космического расширения. Возникла эта система как экспериментальный кластер искусственных интеллектов, созданных одним из первых Разумов Галактики, которые, объединившись, образовали иной вид мыслящих структур, которые люди назвали бы биорастительным интеллектом. Культуру, создавшую Собирателей, называли культурой Семь-Ит. А так как эта общность мыслящих субъектов питалась энергией пси, представляя собой единый, планетарный, симбиотический «дробный» мозг, то ей по мере развития требовалось всё больше энергии пси и умов, то есть думающих сутей.

Когда объём Облака Пси достиг предела возможностей создателей, он просто растворил их в себе. Но для возрастающих нужд Облака требовалась экспансия в Просторы Мира, и оно создало Собирателей, призванных находить в Галактике и за её пределами очаги мышления и пси-энергии, чтобы впоследствии присоединить их к Облаку. Причём для подключения интеллектов представителей иных мыслящих видов к Облаку требовались активные особи, а не абы кто, и Собиратели отсортировывали преимущественно молодых индивидуумов, которые легче адаптировались к новой для них деятельности.

Отправлен был в поиск и Собиратель номер 100, получивший пси-имя Надумиум. На Земле в тот момент начала развиваться человеческая цивилизация, впоследствии едва не погубившая себя конфликтом двух рас – северной и южной. Однако Собиратель не залетал в эту ветвь Галактики, шаря в основном по сферическим звёздным скоплениям, и обнаружил систему с хорошим пси-потенциалом лишь спустя двенадцать тысяч земных лет. К моменту обнаружения Солнечной системы на Земле было лето две тысячи двадцать четвёртого года. Хотя узнал Надумиум об этом только после того, как подключился к неплохо развитой компьютерной сети Земли, чтобы узнать её потенциал и расшифровать языки всех населяющих планету социумов.

Он не боялся обнаружения Собирателя системами контроля пространства землян и при подлёте к третьей планете системы не стал накидывать на себя максимальное маскирующее поле. Однозначное нарушение инструкций Создателей – и Надзаботиум, третий по мощности ИИ-кластер Собирателя, обратил на это внимание. Их препирательства по этому поводу длились недолго, потому что Надумиума поддержал второй ИИ-кластер – Охраниум, являвший собой систему безопасности Собирателя, которому хватало решимости блокировать другие ИИ-системы, и Надзаботиум вынужден был согласиться с его доводами. Включилась программа обследования очага мысли, и к планете отправились сервоботы, имеющие системы маскировки.

Собиратель не был бессмертен, будучи искусственным организмом, и его системы не раз ломались или требовали перезагрузки и ремонта. В данный момент многие вычислители космоплава глючили и требовали замены или капитального ремонта, поэтому Надзаботиум уже не раз справедливо требовал вернуть Собирателя на родину. Да и Охраниум начинал жаловаться на истощение ресурсов и ветхость самой конструкции космоплава. Однако Надумиум до сих пор не получил приказа от своих владельцев вернуться и терпеливо ждал, когда о нём вспомнит Кагал Думающих и Решающих Мхов. И продолжал выполнять свои обязанности.

Собиратель уже не раз и не два встречался с представителями так называемых гуманоидных цивилизаций, носители которых имели вместилище для центрального процессора – голову, по две руки и по две ноги (иногда – четыре лапы), и для Надумиума не было проблем с изучением людей. Но возникли нюансы.

В человеческом понимании Собиратель выращивался как коралловая друза из тысяч ячеек-камер с разными условиями содержания в них расходного материала, которую пронизывали сети коридоров обслуживания. Казалось бы – плотная конструкция размерами с гору, которой управлял Надумиум. Но кроме него космоплав имел более или менее автономные подсистемы, имеющие собственные системы искусственного интеллекта: Смотриум – кластербот охраны камер, Обслужиум, Надзаботиум и Охраниум, и все они были образованы разными кластерами мыслящих узлов, имеющими кристаллические интерфейсы. Поэтому иногда между ними из-за недопонимания возникали странные конфликты, которые Надумиуму не всегда удавалось погасить. Да и сам он встречал возражения почти таких же мощных интеллектов, неплохо исполняющих свои обязанности, но далёких от логики создателей Главбота. К примеру, со стороны Охраниума или Надзаботиума. К моменту появления в Солнечной системе эти ИИ-боты были изношены, но больше всего пострадал от миллионнолетнего процесса собирания сам Надумиум, и случалось, что Собиратель зависал, не получая от него команд либо подчиняясь разным исполнительным приказам от разных систем.

Начав обследования встреченного пси-облака, Надумиум разослал ко всем планетам разведботы, собрал сведения о планетарной системе и принялся за третью планету, светившуюся в пси-диапазоне сильнее, чем центральная звезда системы.

Оказалось, что разумный конгломерат планеты образован четырьмя расами: белой, чёрной, жёлтой и оранжевой, а также шестнадцатью подрасами, представляющими собой смешанные биоструктуры. Из главных рас только белая являлась родообразующей, то есть сформировалась на планете, остальные были потомками других обитателей Галактики гуманоидного типа. Поразмыслив (зависание длилось непозволительно долго, около одиннадцати земных минут), Надумиум выслушал доклад Охраниума, не понимающего, почему Главбот медлит, в то время как Собиратель подвергается нападению, и Надумиум замыслил изъять представителей не одной группы носителей интеллекта, а всех разновидностей планеты, называемой Землёй или Геей. Получилось двадцать пять отдельных связок, которых Обслужиум поместил в два отсека.

Начав с материка, с которого по Собирателю и был нанесён ракетный удар (обитатели называли его Северной Америкой), Собиратель облетел планету по экватору и завис над восточным краем самого большого материка, который люди называли Евразией. Там он извлёк из самолёта троих обитателей материка в возрасте начала ума, потом накрыл ещё один самолёт южнее (страна называлась Китай) и над срединной частью государства Россия. Затем свернул к Белоруссии, повернул на юг, пересёк воюющую Украину, потом Южную Азию, завис над Африкой и, озадаченный резкой реакцией всех охранных систем планеты, поднялся над ней и остановился на поверхности спутника планеты, называемого людьми Луной.

Надумиуму захотелось разобраться в психике обитателей Земли, довольно сильно отличавшейся от психик других гуманоидов.

Браслет наручных часов (они же – мини-компьютер с функциями контроля здоровья) издал прерывистый писк, напоминая, что наступило восемь часов утра, когда директору ФСБ позвонил лично президент.

Пётр Алексеевич давно не спал, собираясь ехать в лубянскую контору. До этого он успел выслушать сообщение об инцидентах над Камчаткой, над восточным побережьем Охотского моря и над разными материками Земли, объявить общую тревогу по управлению и поучаствовать в разборе ситуации в тесном кругу спецслужб, пограничников, сотрудников ВКС и экспертов Министерства обороны, которые и подняли его на ноги около пяти часов утра.

– Слушаю, Владлен Владленович, – сказал он голове президента, возникшей в глубине экрана кодированной связи.

Обманчиво мягкое лицо известного всему миру человека озарилось интеллигентной улыбкой, но серые цепкие глаза смотрели строго, и Забойщиков невольно расправил плечи.

– Вы уже собрали полную картину происшествия? – спросил президент.

– Насколько это возможно за два с половиной часа, – ответил генерал. – Готовим вам подробный анализ, к заседанию Совбеза будет готов.

– Есть комментарии?

– Начали стрельбу по объекту американцы…

– Не повторяйте то, что известно интернету.

Забойщиков кивнул, не теряя бесстрастия.

– Эксперты ВКС и учёные в один голос твердят, что нас посетил инопланетный зонд, создатели которого обладают довольно высокими технологиями.

– Что значит – довольно высокие?

– Это значит, что они противоречивы, так как, с одной стороны, судя по цепочке событий, зонд легко отбил атаку американцев, а потом избирательно похитил из двух десятков самолётов, находящихся в полёте в разных направлениях, около шестидесяти-семидесяти человек в возрасте от двенадцати до восемнадцати лет. С другой стороны, он почему-то не особенно прятался и был виден на радарах и даже визуально. Есть свидетельства очевидцев.

– Очевидцев?

– Это в основном пилоты лайнеров.

– Может быть, пришелец просто не особо осторожничал? Не принимая нас за опасного противника?

– Вряд ли пришелец действовал бы так, считая нас противником. При таком отношении логична была бы атака на наши радары и комплексы. Но он не ответил ни американцам, ни на включение нашей ПРО. Это одна из версий.

– Есть ещё?

– Он прилетел конкретно для похищения людей. Если в случае с НЛО, якобы похищавших землян в течение последней сотни лет, эти объекты захватывали по одному свидетелю, здесь налицо массовое преступление. К тому же с явно выраженным возрастным цензом. Похищены дети! Ну или молодые люди, школьники и студенты.

Президент помолчал.

– Зачем НЛО дети?

Забойщиков пожевал губами.

– Прибалты и болгары уже обвинили нас в этом преступлении. Мол, это русские похитили детей для экспериментов над ними.

– Бред!

– Совершенно с вами согласен, Владлен Владленович. Однако в этом обвинении может крыться ответ: пришелец похитил школьников именно для каких-то экспериментов. В данный момент он замечен на Луне, в кратере Циолковский, и китайцы собираются опустить туда свой луноход.

– Да, мне уже позвонил товарищ Си, предложил участие.

– Было бы здорово…

Президент исчез на пару секунд, появился вновь.

– Извините, Пётр Алексеевич. На ум приходят страшные вещи.

Директор наморщил лоб, выжидая.

– Укронацисты тоже ведь похищали детей и продавали их в Европу как источник органов.

Забойщиков сжал губы в линию.

– Это не нацисты.

– Но мы обязаны просчитать все варианты и подготовиться к контакту в любом формате.

– Наша «Ангара» почти готова лететь к Луне, но С-500 или «Циркон» туда не отправишь.

– Готовьте доклад на Совбез. – Президент кивнул, и экран опустел.

Забойщиков выключил компьютер, заметил в проёме двери жену, смотревшую на него с тревогой.

– Что происходит, Петя?

– Пришельцы балуются, – криво усмехнулся он.

– Этого только не хватало, – оригинально отреагировала женщина.

– Тут ты абсолютно права.

Через полчаса директор ФСБ уже сидел в машине.

Темнота перед глазами начала рассеиваться, и в какой-то момент Влад смог разглядеть перед глазами нечто вроде внутренней поверхности решётчатого конуса. Напрягся, пытаясь сообразить, где он и что с ним, вспомнил, что летел в самолёте. Хотел оглядеться, но тело не слушалось, и лишь с третьей попытки он осознал, что находится не в салоне лайнера, а лежит на круге жёлтого цвета толщиной в полметра, напоминающем поролоновый матрас. Круг имел в диаметре три метра, а его накрывал колпак в виде конуса, свитый из прозрачно-серебристых жгутов толщиной в руку человека, образующих решётку. Ячейки решётки были величиной с волейбольный мяч, и сквозь них просматривалось помещение наподобие длинного ангара, потолок которого покрывала сеть светящихся труб разного диаметра. Ангар уходил краями вправо и влево, ограниченный с одной стороны ячеисто-жилистой стеной цвета ржавчины, а с другой – решётчатой стеной коридора, за которым виднелась ещё одна решетчатая стена. Похоже было, что за ней параллельно первому идёт ещё один ангар.

Света в этом странном сооружении было маловато, да и светильников как таковых не видно, светились сами трубы, материал которых казался льдом. Но всё же Влад смог разглядеть ряды решётчатых конусовидных коробов, уходивших в обе стороны ангара, насколько хватало освещения.

Он встал, чувствуя необыкновенную лёгкость в теле, подскочил на два десятка сантиметров от этого движения и с изумлением понял, что сила тяжести в помещении ниже, чем в реальном мире.

Закружилась голова.

Влад сел, борясь со слабостью.

Мысли в голове вспорхнули роем, однако ни одна не объяснила, что произошло, почему он оказался в непонятном гроте, напоминающем тюрьму.

Из-за спины донёсся чей-то возглас:

– Эй?!

Он снова вскочил, подпрыгивая, как воздушный шарик.

Сквозь решётку соседнего конуса виднелось бледное лицо Арсика. Выбеленные волосы всклокочены, глаза занимают пол-лица, рот открыт. Арсений был изумлён и испуган, но не потерял присутствия духа.

– Влад?! Что случилось?!

– Это сон, – ответил он первое, что пришло в голову.

Однако Арсений внезапно успокоился.

– Тогда кто кому снится, я тебе или ты мне?

– Хороший вопрос, – засмеялся Владигор, испытывая немалое облегчение оттого, что он не один. – Тут другая сила тяжести.

– Уже сообразил. Может, мы попали на Луну?

– Добавь ещё, что нас сбросили в виртуалку компьютерной игрушки.

– А что? Кучу фильмов про это сняли.

– Расслабься, оглядись и прикинь, где мы на самом деле.

– Похоже на тюрьму. – Арсений сделал шаг и подскочил, взлетая над полом своей конусовидной камеры на полметра. – Блин! Точно мы на Луне! Или в космосе! Хочешь, скажу, что это такое?

– Догадываюсь.

– Космический корабль!

Влад кивнул, потому что подумал о том же.

– Возражать не буду.

– Нет, абсолютно корабль! Какой-то космический «Летучий голландец»! Читал рассказ Стругацких «Извне»?

– Нет.

– А Колпакова «Пришелец»?

– Я с фантастикой не очень дружу, помню, Лема читал. Неужели ты, стопроцентный придаток компьютера, успеваешь бумажные книги читать?

– Во-первых, не бумажные, всё это выложено на тысячах площадок. Во-вторых, я вообще на фантастике воспитан, у меня мама библиотекарь.

– И что там написали Стругацкие?

– На Землю прилетел корабль, захватил мужика, который потом описал, как он шлялся внутри.

– Шлялся? – хмыкнул Влад.

– Не цепляйся к словам. Кстати, хорошо, что нас поселили в отсек, где земной воздух. Могли впихнуть и в какой-нибудь аммиак.

– Повезло.

– А у Колпакова в Солнечную систему вторгся пришелец, управляемый автоматами, к нему пристыковались наши космонавты и полетели с ним.

– Зачем?

– От великого ума, установить контакт. – Арсик вдруг замолк, насторожившись. – Ничего не слышал?

– Нет.

– Тут ещё кто-то есть.

– Эти беседки вроде пусты.

– Беседки! – фыркнул Арсений. – Это камеры, железно.

Он отвернулся, перешёл на другую сторону камеры, взялся руками за «ледяные» прутья противоположной стороны конуса.

– Осторожней! – предупредил Влад.

– Кто-то пыхтит… – Арсений попытался просунуть голову в ячейку решётки, но не смог. – Эй, сосед! Слышишь меня?

Под конусом чужой камеры выросла неясная фигура, к решётке придвинулось человеческое лицо. Раздался дрожащий голос:

– Вы кто?!

– А ты кто? – вопросом на вопрос ответил Арсений.

– Митя… Кулик…

Влад вспомнил, что в Казань вместе с группой участников соревнований летел сын руководителя группы.

– Это сын Николая Степановича.

– А-а… – успокоился Арсик. – Митя, это мы, Влад и Арсик, позади тебя сидели.

– Да! – с облегчением проговорил Митя. – А где папа?

– Пока не знаем.

– А мы где?

– На корабле пришельцев.

Глаза Мити стали круглыми, однако вместе с испугом в них вспыхнул и огонёк интереса.

– Шутишь?!

– Может быть, и нет, – ответил за Арсика Влад. – Главное – без паники, ты не один. Мобилу сохранил?

– Д-да…

– Отлично, можем общаться, если нас разделят. А пока осмотрись, обыщи камеру, поищи что-нибудь полезное.

Арсений повернулся к другу.

– Мобилы не работают, я проверил. Такое впечатление, будто похватали только нас.

– Кого – нас?

– Малолеток. Мне пятнадцать, тебе шестнадцать, а Мите и того меньше.

– Двенадцать… – донеслось из-за спины «цифрогения» школы.

– Мы пока не знаем, есть тут ещё кто или нет.

– Да, на взгляд тут таких камер не меньше полусотни.

– Не отвлекайся. – Влад начал изучать интерьер конуса. – Обыщи свою камеру. Если не найдём туалет, будет проблема.

– Зашквар! – согласился Арсений.

Обойдя камеру кругом, Влад обнаружил в полу пять лючков, окружающих поролоновый матрас. Выглядели они как углубления в форме звериных лап, и это наводило на мысль, что люки предназначены для выполнения разных функций. Захотелось потыкать пальцами в углубления. Не раздумывая, Влад выбрал одно размером с человеческую ладонь, опустил в неё руку… и отскочил!

Пупырчатая поверхность вмятины вскипела множеством тонких ростков, стремительно рванувшихся вверх и в течение двух секунд превратившихся в подобие старинной водоколонки высотой в метр. Недоставало ей разве что рычага для накачки воды. Вместо неё на грибообразной шляпке виднелась красная нашлёпка. А вот гнутый носик крана присутствовал. Влад дотронулся до него, убеждаясь в твёрдости ажурного с виду сооружения, нажал на шляпку и… снова отскочил: из крана полилась вода!

Из соседней камеры послышался возглас Арсика:

– Чтоб ты завис на «Яндексе»!

– Что случилось? – осведомился Влад.

– Кран вырос!

Влад рассмеялся.

– У меня тоже.

Осмотрев остальные лючки, он выбрал «львиный» отпечаток, положил ладонь и на всякий случай отодвинулся. На этот раз из «лапы» выросло – таким же пучком тонких стеблей – самое настоящее кресло серого цвета, материал которого напоминал графит. Оно было странной формы, с непонятными наростами и углублениями, но всё же это явно был объект для сидения. Влад хотел было испытать его, но передумал.

– У меня кресло!

– А у меня какая-то ОС!

– Что?

– Операционная система.

– Какой лючок сработал?

– В форме полумесяца.

Влад нашёл углубление, действительно похожее на изогнутый серп с пятью отросточками «когтей», приложил руку, и перед ним из пола вырос на тонкой ножке пюпитр, увенчанный изогнутым «графитным» экранчиком.

– Компьютер? – с сомнением проговорил он.

– Проверяю, – донёсся ответ Арсика.

Однако привести в исполнение свой план айтишник не успел.

Где-то в глубине ангара ухнуло, словно гулко хлопнула дверь, послышались шлепки, словно по бетонному полу шагали пловцы в ластах, и мимо конусовидных камер с офигевшими пленниками трое крупногабаритных существ пронесли носилки с лежащими на них телами людей. Точнее, мальчишек, судя по их характерной угловатости и детским лицам. Глаза у обоих пленников были закрыты, они не шевелились.

Больше всего носильщики напоминали обнажённые фигуры людей под два метра ростом, с непомерно широкими плечами и содранной кожей. Тела их состояли из мышцевидных канатов, на которые натянули ажурные латы, делающие всех троих терминаторами из голливудских блокбастеров. Но головы у них вовсе не были человеческими, представляя собой сплющенные овалы-тарелки, украшенные выпуклыми чёрными очками вместо глаз. Длинные трёхсуставчатые руки «терминаторов» заканчивались огромными ладонями, а толстые тумбообразные ноги – расплющенными ступнями, напоминающими ласты.

– Эй! – вышел из ступора Влад.

Однако носильщики не обратили на окрик внимания. Прошествовав мимо, они открыли метрах в пятидесяти от камеры Влада, на той стороне коридора, решетчатые конуса и впихнули в них по одному в разные камеры пленников.

Стук, пыхтение, щелчки смолкли.

Носильщики повернулись и затопали в глубины ангара.

– Что это было?!

– Роботы, – весело ответил Арсик. – Что тут непонятного? Я же говорил, что это корабль роботов, шныряет по космосу и крадёт людей. Видел же, кого принесли.

– Пацаны…

– Вот именно, роботы хватают только малолеток.

– Зачем?

– Ну ты и тормоз, Влад! Ты уже задавал этот вопрос. Узнаем.

– Оптимист, – пробормотал пристыженный Влад.

– Другое дело – как отсюда выбраться.

– А вот это уже твоя проблема, ты айтишник, ты и хакни комп камер.

– Где ты видишь комп?

– Разве пюпитр под полумесяцем не терминал?

Арсик помолчал. Было видно, как он возится с выросшими из пола местными техническими устройствами.

– Ага, вижу…

– Что видишь?

– Похоже на дисковод… и куча розеток… правда, все трёхштырьковые.

– Разберёшься?

– Попробую, тут всё такое простое, как паровоз на атомном топливе. Ты и сам можешь покрутить ручки, ты же у нас великий механик.

– Поиздевайся! – предупредил Влад.

Однако он не сразу последовал совету приятеля. Сначала ознакомился с реакцией остальных лючков камеры.

В углублении в форме копыта лошади прятался «графитовый» стульчак. Он вырос из-под пола на двух ножках до полуметровой высоты, образовал каверну в центре и метровой высоты штангу над «унитазом». Влад потрогал ручку штанги и отскочил: каверна вдруг наполнилась водой, зашипело, и вода ухнула куда в дыру каверны. Можно было не сомневаться: это настоящий унитаз, практически такой, какие стояли на вокзалах России.

Влад потоптался, прислушиваясь к организму, но желания опорожниться не было, и он пошёл дальше.

Лючок в форме крупной обезьяньей лапы выдал ажурный овальный предмет непонятного назначения, внутри которого сквозь рёбрышки виднелись не то краники, не то тумблеры. Влад потыкал туда расчёской, потом пальцами, пытаясь нащупать блестящие коготки, и добился реакции. Эллипсоид лопнул и развернулся веером краников разной величины. Стоило коснуться самого маленького, золотистого цвета, как из краника упала на выросший подносик капля вязкой красной пасты. Она вспенилась, превращаясь в нечто, напоминавшее хлебный батон.

– Ору! – выговорил испытатель. – Еда!

– У меня кухонный комбайн! – похвастался Арсений.

– У меня тоже. Кажется, мы идём параллельно.

– Вылезла чашка с жидкостью зелёного цвета, пахнет приятно. Вроде бульон…

– У меня вроде хлеб. Не вздумай попробовать, отравишься!

– Уже продегустировал, точно куриный бульон.

– Я был в Японии с папашей, любовался садом камней, так там у входа продавали такой чай – со вкусом куриного бульона, – вспомнил Влад.

– Я в Японии не был. Да и зачем роботам травить нас после похищения?

– Может, камеры просто рассчитаны на существ с иной физиологией и пищевым циклом.

– Какой ты начитанный.

– А ты анархист!

– Не, правда, никто нас травить не собирается, попробуй свой хлеб, – посоветовал Арсик.

Влад понюхал батон, пахнувший скорее сыром, чем белым хлебом, отщипнул кусочек, пожевал. Не хлеб и не сыр, но рыхлая беловатая масса оказалась съедобной. Убедившись в этом, Влад подошёл к последнему лючку, похожему на маску или слепок человеческого лица, хотел воткнуть туда нос, но передумал. Интуиция подсказала, что последствия могут быть нехорошими.

Она оказалась права.

Лючок выстрелил вверх фонтанчиком электрических молний! Испытатель мог и не успеть выдернуть голову из углубления.

– С-собака кусачая!

В соседней камере полыхнуло.

– Осторожнее! – запоздало крикнул Влад.

– Чуть не спалил волосы! – весело похвастался Арсений.

– Что за фигня?

– Электрозажигалка.

– Фигню несёшь.

– Ну, может быть, электрическая жаровня.

– Жаровня в виде фонтана? – усомнился Влад.

– Или зарядное устройство.

– Фантазёр!

– Предложи свой варик.

Влад не нашёлся что ответить.

– Ищи лучше выход.

– Ищу.

В глубине коридора, с той стороны, где скрылись роботы с обликом «терминаторов», послышалось посвистывание, и мимо камер пролетел метрового диаметра шар, обросший настоящими птичьими перьями.

Друзья умолкли, провожая его взглядами.

Издали прилетел хор криков.

Влад очнулся.

– Давай ищи быстрей!

– Слушаюсь, командир! – отозвался Арсений.

Все устали, проторчав в аэропорту Минска четыре часа, пока решалась судьба отложенного рейса в Москву, однако настроение оставалось приподнятое, и даже когда самолёт, новенький «Сухой Суперджет», поднялся в воздух в начале пятого утра, не сразу угомонились.

Тина и Максим, брат и сестра Моршанские, сидели рядом, их друг Сёма Сидорович с другой стороны прохода, но это не мешало им разговаривать.

Родители Максима и Тины сидели впереди, однако в отличие от детей сразу откинули сиденья и уснули.

Семья Моршанских летела в Москву по той простой причине, которая называлась участием в международной книжной ярмарке нон-фикшен. Павел Леонидович и Алевтина Даниловна работали в белорусской организации «ЭКСПО-книга», распределяющей книжную продукцию в стране, и взяли с собой детей (Максу исполнилось пятнадцать, Тине семнадцать лет) в качестве помощников. Вместе с ними полетел на экскурсию в столицу России и друг Макса, упросившего отца взять Сёму с собой.

Благодаря худобе Максим казался даже моложе своего возраста. Соломенного цвета волосы плохо покорялись расчёске, и поэтому казалось, что он нарочно их растрепал. Приходилось чаще стричься. Он был хрупкого телосложения, сероглаз (в отца) и в силу характера злился по разным поводам, а то и вовсе без них.

Тина же, наоборот, казалась старше своих семнадцати и была настоящей красавицей: огромные зелёные (в маму) глаза, прямой носик, полные губы, волна светлых волос до плеч, великолепная фигура – на неё обращали внимание не только молодые ребята, но и взрослые дяди. Она заканчивала одиннадцатый класс школы в Гомеле, Максим учился в девятом.

Сёма Сидорович выделялся из них как крейсер среди прогулочных яхт (сравнение принадлежало отцу Максима), потому что в свои шестнадцать выглядел он на все двадцать: невысокий, под метр семьдесят пять, но широкий и не мускулистый, а скорее толстый, способный посоревноваться габаритами с профессионалами сумо. Физическим развитием он занимался с пяти лет, благодаря отцу, борцу-тяжеловесу, увлекался армрестлингом (брал первые места в Гомеле и даже на соревнованиях в Минске), а также гиревым спортом, и выглядел впечатляюще для девятиклассника, да и вообще для молодого парня.

Болтали о приятелях, вспоминали недавно виденные и скачанные бесплатно фильмы, спорили об игре любимой команды (болели за минское «Динамо») и не заметили, как самолёт набрал высоту.

На востоке взошло солнце, салон пронзил сноп солнечных лучей.

– Я посплю, – сказал Сёма, на круглое простодушное лицо которого легла сонная меланхолия.

– Давай, – согласился Макс.

– Красиво как! – проговорила задумчиво Тина, глядя в иллюминатор.

Максим наклонился к ней, и в этот момент салон самолёта заполнился странным вибрирующим туманом, в котором вспыхивали и гасли крохотные светлячки.

Шум двигателей «суперджета» внезапно стих. Исчезли и звуки в салоне, будто в уши пассажиров вставили беруши.

Максим хотел выпрямиться и не смог. Воздух застрял в лёгких, в глаза плеснуло искристой пустотой. Уже теряя способность видеть, он краем глаза разглядел движущееся по проходу облако, стегающее воздух прозрачными световыми щупальцами. Одно из них накрыло кресла Тины и Максима, и его сознание окончательно отключилось. Показалось, мягкая сила подхватила тело и метнула куда-то в безмерную бездну…

Реакции земных обитателей показались Надумиуму настолько противоречивыми, что он решил задержаться на спутнике планеты, тем более что перед отбором необходимого количества индивидуальных интеллектов предстояло определить самых перспективных носителей. Всех подряд жителей Земли упаковывать в трюмы Собирателя не стоило, надо было вычленить самых умных, энергичных и потенциально полезных.

Боты-разведчики помчались по материкам, изучая обычаи жителей, их культуру и научно-технический потенциал. Сам же Главбот принялся анализировать поведение отобранных индивидуумов, подсовывая им разные препятствия. Он уже отметил некоторых землян, развитых не по годам. Их стоило в будущем сделать капо, то есть надзирателями за отобранными из их же соотечественников группами. Однако они вели себя слишком самостоятельно и независимо, иногда сталкиваясь между собой по разным поводам и без них, потому, во-первых, это забавляло, во-вторых, заставляло не торопиться с выводами. К тому же двигались пленники быстрее, чем сервисботы Надумиума, что тоже начинало беспокоить.

Но особенно заинтересовало Главбота поведение молодых особей, захваченных над территориями планеты, охваченных войной. Таких было три: одну жители называли Палестина, другую Йемен, третью Украина. Кроме них разведчики принесли сведения ещё о десятке более мелких конфликтов, разожжённых, кстати, жителями одной из стран Земли – Соединёнными Штатами Америки, но они не были столь значительны, как первые три. В числе испытуемых разведботы принесли на борт Собирателя и обитателей данной агломерации, и тройку особей из Украины, которая оказалась наиболее агрессивной, судя по первым же её деяниям после того, как им удалось самостоятельно выбраться из временных изоляторов.

Переживание, которое испытывал Надумиум, нельзя было назвать ощущением или эмоцией, поскольку создатели программы ИИ-систем Главуправдома не вложили в неё таких качеств и понятий. И тем не менее примерно такой же комплекс чувств испытал бы и человек, наблюдавший за волеизъявлением существ, выделяющихся подчёркнуто пренебрежительным и властным отношением к себе подобным.

Неожиданно один из четырёх ИИ-ботов, помогающих Надумиуму управлять космоплавом, Охраниум, возбудился после получения приказа дать полную свободу действий «украинской диаспоре», как он охарактеризовал группу особей из Украины, и потребовал то же самое предоставить и другим группам аборигенов Земли. Дошло даже до блокирования софта Охраниума, что привело к конфликту ботов обслуживания. Но в конце концов Надумиум отступил, понимая зависимость от решений коллеги, и новички из вновь прибывшего контингента планеты действительно получили возможность передвижения по комплексу, с небольшими ограничениями. Что, кстати, помогло и самому Главботу получить дополнительную информацию о взаимоотношениях землян. На борту гигантского космоплава скопилось большое количество других существ, захваченных Собирателем, но они не проявляли такой активности, как земляне. В принципе от них надо было избавляться, но в памяти Главбота часто проявлялись лакуны, и он забывал о своём решении.

Из софта памяти Надумиума в оперативное сознание выплыл эпизод из деятельности Собирателя в системе звезды, близкой к чёрной дыре Галактики.

Система состояла из семи планет, колонизированных цивилизацией гуманоидов, близких по строению тел землянам. Она была порождена семью видами мыслящих организмов, отличающихся в основном цветом кожи и религиозными представлениями и ведущими меж собой бесконечные войны. Расселившись по планетам системы, они не перестали сражаться, и главная битва всех семи рас разгорелась за обладание самой близкой к звезде планетой, богатой залежами соединений углерода. Особенно рьяно заявляла на неё права раса ка-мери, считавшая себя повелителем мира и постоянно устраивавшая провокации на других планетах. Её представители выглядели практически как люди Земли, но – испытавшие гротескную биотрансформацию, телофилинг. Головы у них представляли собой сплюснутые эллипсоиды, плечи и коленные суставы были увеличены в два-три раза по сравнению с землянами, лодыжки расширялись книзу и превращались в расплющенные ступни размерами в полтора раза больше головы. Но самое главное, их тела можно было использовать многократно как носители разных форм разума, перезаписывая в головы сознания других существ. И Надумиум стал пользоваться индивидуумами ка-мери в качестве генофонда сервисботов.

Теперь они хранились в гибернаториуме космоплава, и при необходимости Главбот перезаписывал в их мозги интерфейсы новых пленников, чтобы те подчинялись ему, выполняя все приватные команды управляющей ИИ-системы. Что же касается захваченных над воюющей территорией Украины особей, кстати, называющих себя украми, то они оказались более злобными, нежели представители других рас Галактики, потому что относились к собратьям по разуму с потрясающим презрением и, доведись им завладеть оружием, спокойно могли перебить население всего трюма, насчитывающее к этому моменту ровно сто одиннадцать особей, включая захваченных с Земли.

И всё же Надумиум не спешил ограничивать свободу укров, полагая, что всегда успеет это сделать. К тому же он рассчитывал в будущем включить именно эту троицу в состав капо – бот-надзирателей, веря, что они справятся со всеми попытками «революций» лучше сервисботов.

На вторые сутки (по времяисчислению землян) случился первый инцидент с пленниками.

Укры сумели разобраться в узле автоматического управления бытом отсека, которыми были оборудованы все быт-отсидки (термин оказался сродни земному «беседки», что позабавило Главбота). Обследуя ангар, они двинулись вдоль рядов «беседок» с пленниками. На беду, смогли освободиться и другие изъятые с планеты земляне, продемонстрировав свой природный ум. Первый же контакт укров с ними – раса была жёлтой – закончился дракой. Обитатели Украины оказались сильнее, готовыми к подобным стычкам и неплохо владели приёмами защиты и нападения, поэтому троица малорослых аборигенов жёлтой расы, несмотря на их знание боевых искусств (они называли их коротким словом «кунгфу»), потерпела поражение и сбежала. Все трое получили повреждения тел, из-за чего Надзаботиум предложил боссу поместить их в отдельный лечебный изолятор.

Надумиум согласился с помощником, так как и ему не хотелось терять таких необычных узкоглазых и юрких существ, переговаривающихся на быстром птичьем языке.

Второй инцидент молодняка Украины с другими образцами человеческих рас произошёл ближе к концу вторых суток.

На этот раз «под раздачу» украм попалась троица жителей территории, которую они называли на своём языке «Йемен». Жители Йемена тоже были желтокожими, вернее смуглыми, одевались в халаты необычного кроя и накрывали головы (по крайней мере двое) платками в чёрно-белую клетку – куфиями. Один из них оказался отличного от остальных пола (с игрек-хромосомами, таких земляне называли девушками или женщинами), из-за него и началась свара.

Предводитель группы «У» по имени Яродив (у него было и второе имя – Бешеный Ярила, этимологию которого Надумиум не знал) пристал к йеменской девушке, и двое спутников моментально кинулись её защищать. Впрочем, несмотря на их воинственность, йеменцы понятия не имели о приёмах боевых искусств и были бы убиты, если бы не вмешательство капо. Особенно свирепствовала во время драки спутница Бешеного Ярилы по имени София, не пощадившая даже поверженного на пол юного смугляка. Надзориуму пришлось послать в ангар тройку ка-мери, и земляне отступили. А молодых смуглолицых йеменцев пришлось госпитализировать.

Но и этот случай не заставил Надумиума ограничить передвижение укров. Наблюдать за их действиями было интересно, тем более что они вовсе не переживали по поводу своего положения в незнакомой обстановке. Впечатление складывалось такое, будто все трое не совсем понимали, куда их занесло.

После второй драки к Надумиуму обратился Охраниум и предложил объяснить агрессивной троице, что их ждёт в случае фатального повреждения биоматериала – обитателей Земли и других планет. Однако Главбот не согласился со своим помощником, уверенный в своей непогрешимости. В принципе его искусственная психопрограмма мало чем отличалась от психики создателей культуры Семь-Ит, которых люди назвали бы коралл-симбиотами – по их виду, а психика Семь-Ит в свою очередь была порождена генетикой предков, оставивших след на всех цивилизациях Галактики. И на человеческой тоже.

В ответ на доводы Охраниума Надумиум заявил, что ему импонирует манера общения укров и он берёт их под свое покровительство. После этого Главбот завис на два часа.

К моменту выхода и других землян в трюм с биоматериалом ничего в поведении хозяев космоплава не изменилось. На короткое время обязанности управления перешли к Охраниуму, программа которого немного уступала по сложности программе Главбота.

Больше часа после неожиданного перехода из салона самолёта в странную дырчатую конусовидную беседку понадобилось Максиму на то, чтобы прийти в себя и окончательно осознать, что это не сон.

К его удивлению, и Тина, и Сёма, оказавшиеся в соседних беседках справа и слева, перенесли прыжок без особого волнения. Попереживали конечно, убедившись в ограничении свободы, но в панику не впали. Тина несколько раз пыталась выбраться из беседки, дёргала за прутья решётки, не смогла – и начала изучать убогий интерьер своих «апартаментов».

Сёма вообще отнёсся к перемене мест с флегматичностью коалы, также подёргал прутья беседки и предложил выломать несколько штук.

– Они гнутся, – добавил он. – Пластик какой-то. Можно попробовать разбить ногой.

– Подожди, футболист, – остановил его Максим. – Не хватало получить по физии от охраны за повреждение оборудования этого подземелья.

– Никого же не видно.

– Наверняка тут всё просматривается камерами.

– А почему ты думаешь, что мы в подземелье?

– Ни окон, ни дверей, стены сплошные жилы.

– Но здесь другая сила тяжести. Может, мы в космосе, на каком-то корабле?

Максим принюхался: пахло незнакомо, – ещё раз обозрел ангар, потолок которого закрывала сеть труб и непонятных конструкций, признался:

– Возможно, ты прав.

– Нас захватили пришельцы!

– Слишком банально.

– Придумай что-нибудь не банальное.

– Секретная база китайцев.

– При чём тут китайцы?

– Они ближе всех к Камчатке.

– Так мы давно уже над материком. И на фига китайцам красть нас из самолёта? Макс, а где все остальные? Твои родители где?

– Наверно, где-нибудь неподалёку, – неуверенно проговорил Максим. – Ангар большой. Сюда не один самолёт влезет.

– Мальчики, харэ гадать, – раздался голос Тины. – Во-первых, наши смарты рипнулись.

Максим с досадой вспомнил о мобильном в кармане, достал, попытался связаться с отцом, но экранчик смартфона не отреагировал на голос, а в эфире царила пугающая тишина.

– Во-вторых, – продолжала девушка, – тут какие-то углубления в полу, как следы лап.

Действительно, вокруг жёлтого диска в центре беседки виднелись вмятины разной формы, и после нескольких экспериментов с ними всем троим удалось вырастить необычного дизайна конструкции. Потратили ещё полчаса на их изучение, а потом что-то произошло, донёсся испуганный возглас Тины:

– Ой, я что-то задела!

И часть прутьев беседок свернулась паутинкой, открывая метровой высоты проходы.

– Ауф! – похвалил Сёма.

– А то! – Тина первой вылезла из беседки.

Максим и Сёма сделали то же самое.

Они оказались в широком, не менее пяти метров, коридоре, уходившем в обе стороны в полутьму. Было видно, что коридор не прямой и загибается по дуге, словно является частью окружности.

По обе стороны от него располагались другие беседки, отстоящие друг от друга на расстояние не больше четырёх-пяти метров, и Максим насчитал больше сотни, подумав, что, если ангар и в самом деле круглый, беседок может быть намного больше. Но самое главное, если все беседки на той стороне, где сидели пленники из самолёта, с виду были пустыми, то конусы на противоположной стороне оказались заполненными. В них находились жильцы! Но – и это было удивительно – никто из них, в отличие от ребят из Гомеля, не вышел в коридор!

– Мамочка моя! – с дрожью в голосе проговорила Тина.

Максим проследил за её взглядом и увидел правее беседку, в которой шевелилась некая косматая фигура. Она приблизилась к решётке, из бугристой массы не то шерсти, не то меха вытянулись лапы, вцепились в прутья, потом придвинулась голова, и попятившиеся ребята со страхом увидели получеловеческое-полульвиное лицо с яркими зелёными глазами.

– Лев! – нервно рассмеялась Тина. – Знаете, кого он напоминает?

– Кого? – облизнул губы Максим.

– Заколдованного принца из фильма «Красавица и чудовище»!

Обитатель беседки внимательно посмотрел на неё, перевёл взгляд на парней, открыл пасть, отчётливо произнёс: «Мм-мир-ромм», – отвернулся и улёгся на круглый лежак посреди беседки. На открывшийся выход он не обратил внимания.

– Странно, – сказал Сёма.

– Что странно?

– Почему он не вылезает?

– Странней то, что он вообще не заинтересовался нами.

– Может, просто сидит тут долго и уже не надеется на свободу?

– Всё равно непонятно.

– Интересно, он просто зверь, – Тина поёжилась, – или сапиенс?

Сёма пожал плечами.

– Сам же сказала – заколдованный принц.

– Я пошутила.

– Тут возникает куча вопросов, – очнулся Максим. – Мы люди, то есть разумные существа…

– Не все, – флегматично возразил Сёма.

– Если ты про себя, то не все.

– Макс, прекрати! – возмутилась сестра.

– А пусть не суётся со своими приколами, эксперт нашёлся.

– Что ты хотел сказать?

– Нас перенесли сюда, скорее всего, как разумных существ, но тогда он тоже разумный?

– Хорошо, что не напал. На вид он что-то не сильно разумный.

– Разговорился! – буркнул Максим.

– Мальчики!

– Короче, стоит попытаться установить контакт. Или хотя бы выяснить пределы его ума.

– Пошли прогуляемся и посмотрим, кто ещё здесь сидит, пассажиров поищем, с кем летели. Ваших родителей.

– Пошли, – согласился Максим. – В какую сторону?

– Давайте разделимся.

– Нет! – испугалась девушка. – Я одна не пойду!

– Топаем вместе. – Максим зашагал направо, заметив чуть дальше светлую полосу, пересекавшую коридор и стены.

Однако до полосы они не дошли. Пришлось останавливаться у каждой беседки и внимательно изучать обитателей.

В двух соседних с «принцем-львом» обитали такие же, как он, косматые монстры, по примеру сородича не обратившие внимания на гостей. Зато в следующем обитал монстр другого вида, похожий на варана, покрытого синеватой чешуёй, но с хорошо сформированными руками-лапами и ногами. Ходил он на них прямо и смотрел на людей немигающими зелёными глазами с вертикальными зрачками. Увидев его, Тина спряталась за Сёму.

– Боже мой, динозавр!

– Скорее ящерица, – хмыкнул Максим, пряча страх. – Неужели и он разумен?

– Спроси, – предложил Сёма.

– Лучше не надо с ним связываться, – поёжилась Тина. – Смотрит как кошка на мышь.

– Хорошая кошечка, побольше любого из нас.

Похожий на очеловеченного варана зверь в этот момент высунул длинный язык, прошипел что-то в сторону шарахнувшихся созерцателей, отвернулся и рухнул столбом на центральный «тюфяк» точно так же, как его косматые соседи. На открывшийся выход и он не обратил внимания.

– Не понимаю, почему они не выходят, – проговорил Сёма. – Боятся или знают, что сидят в изоляторе, из которого не могут выбраться?

– Всё может быть.

Двинулись дальше. Прошли мимо двух беседок с лежащими варанами, в то время как в камерах справа не было никого. Остановились возле дырчатого конуса, внутри которого виднелся какой-то складчатый горб коричневого цвета с жёлтыми полосами, превращавшими его в круп зебры. Он не шевелился, но стоило разведчикам приблизиться, как складки горба развернулись. Из-под него выпросталась голова, поднялась выше, вытягивая шею и сложенные на груди ручки, – и круп превратился в настоящего кентавра, хотя и очень странной формы: карикатурно человеческое тело вырастало из не менее карикатурного горба, и вся эта «конструкция» состояла как бы из двух разных тел.

– Кентавр! – фыркнула Тина.

– Зёбра, – осклабился Сёма.

– Двутел, – покачал головой Максим.

– Кто?

– Читал «Эдем» Лема?

– Смеёшься? Что я псих, что ли?

– Не псих, просто неграмотный.

– Макс, – недовольно сказала сестра, – не можешь без колкостей?

– Так что там у твоего Эдема? – не обиделся Семён.

– Там космонавты встретили на другой планете двутелов, симбиозных существ, проросших друг в друга. Тело-носитель служит ходоком, тело сверху – думает. Вот этот зебр – точь-в-точь двутел!

– Может, твой Эдем сам был двутелом?

– Лем, а не Эдем.

– Не один ли фиг?

На овальном личике существа вдруг распахнулись большие, с куриное яйцо, зелёные глаза.

Путешественники попятились.

Двутел шагнул вперёд, взялся ручками за прутья беседки, разглядывая молодых людей.

– Привет! – проговорила Тина, храбро сделала шажок к беседке. – Кто ты?

Двутел повернул голову налево, направо, словно настраивая слух, в его треугольном подбородке открылась щель, превратившаяся в круглое отверстие. Раздался тихий журчащий голосок:

– Иссии-лиу-илли-йоа-туи.

– Что?! – вырвалось у Тины.

– Он поздоровался, – прыснул Семён.

– Шутник, – буркнул Максим. Поманил «кентавра» рукой. – Выйди, поговорим.

Странное существо прислушалось и, очевидно, поняло просьбу. Раздалось:

– Исси-уилли-луут.

«Кентавр» согнулся, превращаясь в «зебру», протиснулся в дыру и предстал перед молодыми людьми во всей красе. Вытянувшись во весь рост, он оказался выше всех на голову. Грудь у него была впалая, зато круп и вполне себе лошадиные ноги, правда без копыт, сложенные из выпуклостей, вдвое превышали толщину человеческого таза. То, что ребята сначала приняли за полосатую кожу, оказалось комбинезоном, обтягивающим нижнее тело, а верх «кентавра» лоснился серым ворсом кожи.

– Меня зовут Тина. – Девушка указала пальцем на себя, перевела палец на брата. – Это Максим, а это Сёма.

Существо внимательно посмотрело на обоих по очереди, но не ответило.

– А тебя как? – спросила Тина.

В этот момент за спиной Сёмы послышались приближающиеся шаги. Двутел перевёл взгляд на коридор, ребята нервно оглянулись и увидели троих с виду парней, отличавшихся от них разве что габаритами и одеждой. Двое были плотно сбитыми, накачанными, массивными, широкими, даже шире Семёна, третий выделялся ростом, спортивно-хищной осанкой и причёской в стиле «вороново крыло». Лицо у него было красиво очерченное, с прямым носом и маленьким ртом, но его портили близко и глубоко посаженные глаза цвета стали. В них то и дело всплывали тени насмешки, презрения и угрозы. Одет он был в синие штаны и чёрный кожан, из-под которого виднелась жёлтая рубашка-вышиванка.

Друзья переглянулись.

– Откуда они взялись? – пробормотал Семён озадаченно.

Парень с «вороньим крылом» остановил взгляд на Тине. Глаза его на миг стали шалыми.

– О, красуня! Яка гарна! Прийятно познайомыться! Мени зовуть Яродив.

– Украинцы? – удивился Семён. – В самолёте их не было…

Глаза парня по имени Яродив сузились, он заговорил по-русски:

– Ага, кажется, нам повезло, орков встретили. В самолёте я их тоже не бачив. Кто вы? Как тут оказались?

– А вы? – недружелюбно, вопросом на вопрос ответил Максим.

– Я не тебя спрашиваю, ватник, – пренебрежительно сказал украинец, – а твою спутницу. Вы русские?

– Из Белоруссии…

– Заткнись, сказал же, не тебя пытаю! Хрен редьки не слаще! Пусть красуля отвечает.

– Ты полегче, малый, – хмуро сказал Сёма.

– А то что? – картинно вскинул брови Яродив. – Ты меня в угол поставишь?

– Получишь!

– Да ну?! – обрадовался парень. – Давай!

Он сделал шаг к сжавшему кулаки Семёну, раскинул руки:

– Ну? Вот он я!

Двутел в этот момент испуганно попятился и юркнул в свою решётчатую конуру.

Все посмотрели на него.

– Ну и зачем вы так себя ведёте? – укоризненно проговорила Тина. – Что за угрозы? Не хотите побеседовать нормально, проходите мимо.

– Ярд, дать ей в рыло? – предложил парень, оказавшийся на деле девушкой с выпуклой грудью и жёлтыми волосами, спускавшимися сосульками на плечи.

– Не надо грубить, София, – с нарочитым огорчением сказал красавчик. – Даже орки имеют право свободно разговаривать на своём языке. Да, красуня? – подмигнул он Тине.

Тина вспыхнула, сжав кулачки.

– Идите прочь!

Яродив огорчился ещё больше.

– Вот те на, мы к ним со всей душой, а они обидеть норовят! Жаль, что у меня сегодня хорошее настроение. Хотя всё-таки предложу по-хорошему пойти с нами. Обещаю вести себя вежливо.

Третий член группы, громила с толстой шеей и лицом грузчика, с длинными руками-кувалдами, заржал.

Максим понял, что дело принимает скверный оборот, и попробовал разрядить обстановку.

Но его опередила спутница Яродива по имени София:

– Шо с ними базарить, орки и есть орки, пошли искать выход отсюда.

– Заберём девочку.

– Да на кой ляд тебе задрипанная курица? – София хохотнула женским баском. – Мы тут наверняка целый гарем найдём.

Максим побелел, сжал кулаки.

– Как ты смеешь, фашист?!

– Шо ты казав?! – удивился парень. – А ну, повторь!

– Макс, не связывайся! – испугалась Тина.

– Фашист! – упрямо повторил Максим.

– Ах ты ватник недорезанный!

Несмотря на свою массивность и кажущуюся неуклюжесть здоровячки пулей метнулся к нему и ударил в челюсть. Мальчик кувыркнулся через голову, отлетел на несколько метров и распластался на полу. Изо рта его стекла на шею струйка крови.

– Макс! – вскрикнула девушка, бросаясь к брату.

Очнулся Сёма, молча кинулся на укра. Однако никакими видами боевых искусств он не занимался, хотя тренировался с тяжелоатлетами, и его могучий замах пришёлся в пустоту. София же была развита не по годам и тренировалась у дяди-десантника, поэтому ей ничего не стоило уклониться и нанести ещё один удар в ухо. Взмахнув руками, Семён отлетел к ближайшей беседке, из которой на них смотрел «кентавр». Тем не менее на ногах удержался.

София прыгнула к нему, собираясь добить, и в этот момент обстановка изменилась. Раздался чей-то голос:

– Что происходит, пацаны? За что дерётесь?

К ним с грацией спортсмена подходил высокий юноша с широкими, хорошо развитыми плечами, одетый в серую джинсовую куртку поверх белой рубашки и такие же штаны. За ним шагали двое: мальчик лет двенадцати и худощавый парень, комплекцией уступавший даже двенадцатилетнему мальчишке.

Ярд сузил глаза.

– Сюрприз! Ещё ватники! Становится интересно. Такое впечатление, что здесь собрали целый обоз орков.

Высокий парень: скуластый, твёрдые губы, синие глаза, широкий лоб, прядка белых волос, во всей фигуре сдержанная сила, – бросил взгляд на возившуюся над телом Максима Тину, нахмурился.

– Кто вы?

– Не догадался? – криво усмехнулся Яродив. – Мы тут порядки наводим, так что не вмешивайся, если хочешь остаться здоровым.

– Она ударила моего брата! – подняла полные слёз глаза девушка, указав на Софию. – Ни за что! Бандитка!

Сёма в этот момент кое-как пришёл в себя, качнулся на подгибающихся ногах. На виске, ближе ко лбу, у него начинал лиловеть след удара. Если бы дело происходило на Земле, в условиях нормальной силы тяжести, удар укра, наверно, проломил бы ему висок.

– Тю! – оглянулась на него София. – Смотри, какой живучий! Так я тебя живо успокою!

Второй удар – в нос – заставил Семёна мелко-мелко переступить ногами назад, но он снова не упал.

– Ох…ть! – Озадаченная София шагнула к нему, намереваясь добить.

И в этот момент вскочившая Тина кинулась к ней, ткнула растопыренной пятернёй в широкое мясистое лицо, и та с криком отшатнулась, прижав ладонь к оцарапанной ногтями девушки щеке.

– Ах ты лярва москальская! Я же тебя урою! – София пошла на девушку как танк, однако на её пути встал синеглазый парень, по-боксёрски подняв руки к подбородку.

– Остановись!

София не послушалась. То ли не поняла, что ей сказали, то ли была ослеплена яростью, то ли слабая гравитация ангара сыграла с ней злую шутку. Ударила противника одной рукой, промазала, ударила другой, снова промазала и… получила ответный хук – справа в челюсть! Ее развернуло, и здоровячка массивной глыбой улетела к беседке двутела, сунулась носом в её постамент и затихла.

По коридору растеклась тишина.

Потом боксёр мягко повернул Тину к пытавшемуся подняться брату.

– Помоги.

– Ярд! – хрипло взвыл третий спутник Бешеного Ярилы. – Наших же бьють! Я их по стенке размажу!

– Не торопись, Стилет, – процедил сквозь зубы Яродив, ощупывая боксёра похолодевшими ледяными глазами. – Не ожидал встретить ватника с такой восхитительной ударной техникой. А с виду хлипкий как марлевые трусы. Боксёр, что ли?

Синеглазый не ответил, переводя потемневший, наполнившийся неприязнью взгляд с одного противника на другого.

София очнулась, поднял голову, обвёла ангар мутными глазами.

Третий приятель суетливо подскочил к нему, помог подняться на ноги.

София похлопала ладонью по карманам, пытаясь нащупать оружие, которого не было.

– Порежу на …!

Неизвестно, чем бы всё это закончилось, но в процесс «знакомства» вмешались другие силы, и Яродив, очевидно, решил не доводить инцидент до поножовщины. К тому же, будучи умным и расчётливым человеком, он понимал, что не полностью контролирует ситуацию, и рисковать не стал. Рисоваться же перед красивой девкой с фигурой модели и показать этому боксёру, кто в замке хозяин, не стоило. Да и увидеть новых действующих лиц он не ожидал. А между тем к месту контакта трёх разных групп пленников шагала троица мощных фигур в роботоподобных «доспехах». В тот момент, когда София собралась броситься на обидчика, плечо одного из «роботов» развернулось лепестками, открывая короткое толстое дуло непонятного оружия, из него беззвучно ударила струйка воды (по первому впечатлению), превратилась в прозрачный пузырь диаметром в полметра, пузырь вонзился в Софию и отбросил ее вдоль коридора метров на семь.

Свидетели этого фокуса замерли.

Слышались лишь тяжёлые, несмотря на малую силу тяжести, шаги-шлепки подходящих «роботов».

– Мы не хотели! – картинно вытянул вперёд ладонь Яродив, сыграв на опережение. – Это всё они!

Он указал на синеглазого.

– Негодяй! – не выдержала Тина. – Вы первыми начали!

Максим наконец избавился от тумана в голове сродни наркотическому и встал, поддерживаемый руками сестры и подбежавшего к ним мальчика. Подбородок у него вспух, лицо стало зелёным. К нему подошёл шатающийся Семён, обнял.

«Роботы» внимательно смотрели на них, переводя чёрные полосы очков-забрал с одного на другого. С груди одного из них раздался гулкий хрип:

– Дррамбс! Бьюдь ммордд!

Рука «робота» ткнула в грудь Ярда, потом в конец коридора.

Голос повторил:

– Дррамбс! Бьюдь дубб!

– Понял, – скривил губы украинец, – драпс так драпс. Пошли, пацаны.

Попятился, глядя на гигантов в «латах», посмотрел на синеглазого.

– Ещё поквитаемся, спортсмен, станцуем казачок. Так что готовься.

Поддерживая шатавшуюся Софию с двух сторон, агрессивные пленники ангара потянулись по коридору туда, откуда пришли.

«Роботы» подождали, пока они скроются за закруглением коридора, дружно повернули и направились в другую сторону, не глянув на оставшихся ребят, доставленных сюда с бортов двух разных самолётов.

С минуту длилось молчание. Свидетели и фигуранты странных разборок с украинскими пленниками и роботами неизвестного сооружения смотрели вслед тем и другим, пока обе тройки не скрылись за поворотами коридора в разных концах.

– Вот чудо из чудес! – очнулся Арсений, так и не успевший принять участие в драке.

– Какой-то пещерный идиотизм, – согласился Влад, обратив наконец внимание на побитых парней и на их красивую спутницу. – С чего они на вас взъелись?

– Они ненавидят русских, – шепеляво проговорил Максим. – Мы заговорили по-русски, они и прицепились.

– Вы из какого города?

– Из Гомеля.

– Белорусы?

– Какая разница? Мы все говорим на русском.

– Как вы здесь оказались?

– Летели в самолёте… из Гомеля в Москву… оказались в этом ангаре.

Влад и Арсик переглянулись.

– Мы тоже летели… но из Петропавловска в Москву.

– Хохлы с вами летели?

– Нет.

– Откуда тогда они взялись?

– Наверно, и они куда-то летели, но на другом самолёте.

– В таком случае нас всех вытащили из самолётов и заперли в беседках. Так получается? Причём тут нет старших. Вам сколько лет?

– Брату пятнадцать, мне семнадцать, – ответила Тина.

– И нам примерно по столько. То есть роботы хватали только молодых пассажиров. Зачем?

Никто не ответил.

– Интересно, а эти инопланетяне, – Арсений кивнул на двутела, наблюдавшего за ними, – и те косматые люди-львы, тоже молодые?

– Хороший вопрос. Мы начали разговаривать с ним, но тут подошли… эти нацики… в общем, будем ещё говорить. Кстати, давайте и мы познакомимся. Я Влад, это Арсик и Митя. Летели с Камчатки на соревнования в Казань.

– Я Макс, это моя сестра Тина и Сёма. Летели с родителями в Москву.

– А где родители?

– Наверно, остались в самолёте.

– Ох там и паника, скорее всего, – невнятно проговорил Семён, перестав поглаживать пальцами висок. Разбитый нос у него распух, и он размазал кровь по подбородку. Тина заметила, вытерла кровь платочком.

– Не то слово, – огорчённо проговорила она.

Влад оценил красоту её лица и едва удержался от комплимента, что в этот момент было лишним.

– Что будем делать?

– Я хочу пи-пи, – мрачно признался Семён.

Арсений засмеялся.

– Каждому своё.

– Между прочим, нам всем не мешало бы найти туалет.

– В каждой беседке есть терминал, открывающий бытовую технику, – сказал Влад. – В наших точно, мы проверили. В моей беседке есть унитаз и умывальник, а кроме этого какой-то аппарат с краниками.

– Мы не искали, – признался Максим. Он нечаянно коснулся лиловой опухоли, зашипел от боли, но от возгласа удержался. – Потыкали кнопки всякие, выход открылся, и мы вышли.

– У меня с собой персоник, – похвастался Арсик, – и я попытался подсоединиться к терминалу. Но пока не получилось, у них вилки трёхштырьковые. Но в каждой беседке есть столик, стул, хотя и странные, какие-то конструкции и узлы. И слив как в общественном туалете на станциях.

– У него тоже есть? – Максим кивнул на двутела, не рискнувшего больше выбираться из своей беседки и рассматривающего компанию увеличившимися глазами.

– Должны быть у всех. По сути, это какая-то перелётная тюрьма, если мы и в самом деле сейчас на Луне. Выбрались из клеток, хотели спросить у кого-нибудь, куда попали. Но встретили только вас.

– И хохлов.

– Ну да.

– Странно, что никто из сидящих в клетках не выходит.

– Сами удивлены.

– Почему же вы не спросили у тех роботов?

– Мы с ними встречались, спрашивали, но они, наверно, просто автоматы этой тюрьмы.

– Автоматы тоже должны знать.

– Может, они тоже пленники? – предположил Арсений.

Максим покачал головой.

– Не похоже, слишком свободно ведут себя для пленников. К тому же они вооружены.

– Так что будем делать? – повторил вопрос Влад.

– Водички бы попить, – виновато сказал Семён.

– Предлагаю вернуться к нашим беседкам. Проверим всю местную обслуживающую автоматику, сделаем нужные дела и обсудим положение.

– Ты прямо как наш батька, – иронически произнёс Максим, видя, как уменьшаются его шансы лидера. Впрочем, на самом деле он был рад, что бразды управления ситуацией перешли к другому.

– Предлагайте свой варик.

– Он согласен! – Тина бросила гневный взгляд на брата. – Вместе легче отбиваться от всяких… нациков.

– Да, с ними не особенно поговоришь, – согласился Арсений.

– Идёмте. – Влад повёл компанию за собой.

Больше часа они приводили себя в порядок, лечили разбитые носы, ссадины и синяки на лицах. Для дезинфекции Тина использовала свои духи, и теперь все её спутники пахли как после посещения парикмахерской.

Девушка протёрла и ободранные костяшки пальцев Влада (подбородок здоровенного спутника Яродива по размерам и твёрдости не уступал каменному валуну), и это было так приятно, что он даже легонько сжал пальцы девушки, благодаря за помощь. Она вскинула брови, в зеленоватых глазах мелькнуло не то удивление, не то смущение, однако выражать недовольство Тина не стала, чему Влад обрадовался больше, чем словам сочувствия.

Арсений в своей беседке ещё раз попытался подсоединиться к терминалу, не смог, зато вырастил из лючка в полу колонку питания, выдавшую порцию «куриного бульона», показал белорусским парням, как это делается, и все повеселели. Опробовали кухонный комбайн, потом «унитаз», убедились в поступлении воды, омывшей чашу, и оставили Тину одну. После чего в туалеты в своих беседках сходили все ребята.

Пришла Тина с влажными волосами. Максим ехидно поинтересовался у сестры:

– В унитаз свалилась?

И девушка, покраснев под взглядом Влада, отбрила:

– И заодно голову помыла!

Влад с весёлым недоумением посмотрел на неё, и Тина, смутившись, добавила:

– Там бачок торчит над раковиной.

– Мы уходили, его не было, – сказал Максим.

– Я понажимала какие-то грибочки, он вылез.

Арсений снова засмеялся.

– Вау, я забыл объяснить, как открывать умывальник. Кстати, знаете, что это может означать?

– Не тяни кота за хвост, – сказал Влад. – Что?

Арсик встал в пафосную позу.

– Все эти камеры предназначены для человекоподобных пленников!

– Это ты львов называешь человеками? – хмыкнул Максим.

– Во-первых, они почти гуманоиды, ходят на прямых ногах, мы видели. Во-вторых, их формы близки к человеческим, с не очень большими различиями.

– А те странные кентавры – тоже человеки?

– И они похожи на нас, так как ходят на задних лапах, как мы на ногах. Такая форма называется антропоидная.

– Ладно, профессор, – улыбнулся Влад, – не грузи нас терминами.

– Читайте фантастику, там об этом много чего написано.

Максим недоверчиво посмотрел на айтишника камчатской команды.

– Ты… читаешь… фантастику?

– А что – кринжово?

– Он тоже, – усмехнулась Тина. – С детства читать начал Беляева, Ефремова, Стругацких, так что специалист.

– С трёх лет! – похвастался Максим.

– Ну айс! – искренне обрадовался Арсик. – Будет с кем обсудить последние вещи. Читал Головачёва?

– Конечно, кто же его не читал.

– А его роман «БОГ» – полный топ!

– Стоп! – поднял руку Влад. – Не до романов сейчас. Потом поговорите на эту тему. Вот что я предлагаю, раз уж мы заговорили о нашей тюрьме. Надо пойти, пока нас выпускают из камер, и выяснить, почему нас выкрали и что собираются делать.

– Вообще странно, что, кроме нас, никто по коридорам не гуляет, – сказал Арсений.

– И это узнаем. Все согласны?

Слушатели дружно вскинули руки вверх, как малышня в детсаду, и Влад, мимолётно, с усмешкой подумав об этом, направился по коридору к той самой светлой полосе, до которой они час назад не дошли.

Путь оказался не длинным, но и не быстрым.

Сначала пленники «Летучего голландца» прошли мимо полусотни камер-беседок, рассматривая их жильцов, однако ни один из них не проявил к компании школьников-старшеклассников интереса.

Полульвы-полулюди на призывы молодых людей лишь поднимали косматые головы, провожая их глазами.

Какие-то змеевидные существа с головами-капюшонами, как у земных кобр, лежащие на своих тюфяках, тоже не ответили на зов ребят, приподнимая головы и превращаясь в гусениц полутораметрового роста со множеством лап и перепончатыми коронами на головах. Змеино-многолапый вид их вызвал у Тины тошноту, поэтому путешественники поспешили дальше, не услышав от «кобр» ни единого звука.

Двутелов оказалось трое, но из них только первый, с кем познакомились ребята, вышел к ним, потом испугался «мы-тут-главных» мажоров – детей украинской бандеровской «элиты», – юркнул обратно в камеру и больше не выходил. Влад, Максим, Арсений и Тина полчаса уговаривали симпатичного «кентавра» на разные голоса, однако необычный двутел так и остался стоять у решётки, вцепившись бледными ручками в прутья, с глазами на пол-лица, и ни разу не ответил.

– Обнять и плакать! – с досадой отступил Максим, исчерпав запас мягкого тона. – Не нравится мне его реакция. Неужели тюремщики так их запугали, что все зэки попрятались?

– Те роботы кого хочешь напугают, – проворчал Семён. – К тому же у них какое-то оружие, стреляющее пузырями. Помните, как один шваркнул того качка с женской рожей?

– Это, наверно, разряд силового поля, – сказал Арсений.

– Какая разница? У нас вообще ничего нет.

– У укропа я видел нож.

– Что нож против излучателя?

– А тебе не надо было лезть к нему с кулаками, – укоризненно проговорила Тина.

– Он же Макса ударил!

– Всё равно не надо было учинять драку. Хорошо ещё, робот стрелял в него, а если бы в тебя?

Семён виновато шмыгнул носом.

– Не удержался…

– Нас перенесли чёрт-те куда, может, и на Луну, а мы лезем драться, вместо того чтобы разбираться в этой истории.

– Потому что у Сёмы вместо мозгов семечки, – пробормотал Максим.

– А у тебя что вместо мозгов? – рассердилась девушка. – Первый в драку полез! Так что молчи!

– Ненавижу нациков!

– Я тоже, – буркнул Семён.

– Бросьте вы думать о них, – сказал Арсений. – Они с детства воспитаны программой «убей русского». Ну и чёрт с ними, они своё получили.

– Этот их Ярд, видать, сволочь, каких мало.

– Забудь.

– Хорошо бы с ними не встречаться, – тихо проговорил Митя.

Влад посмотрел на парнишку. Митя держался хорошо, однако было видно, что он растерян и до сих пор не осознал своего положения. Надо за ним присматривать, подумал Влад.

Двинулись вдоль беседок дальше. Прошли мимо камер с какими-то неподвижными округлыми кочками, похожими на копну сена с виду, никак не отреагировавшими на юных землян.

В следующих беседках обитали существа, напоминающие обросшие перьями грязно-белые сферы на красных, суставчатых, тонких шестах, что делало их похожими на земных цапель. Существа действительно оказались птицами, но кроме длинных лап имели и передние – с пятью изящными пальчиками. Голов как таковых у них не оказалось, только округлые тела. Когда они стояли в позе цапли, крыльев видно не было, но стоило существу заволноваться, как шар тела раскрывался целым кустом крылышек, превращая его в «перьевой можжевельник», а на груди существа развёртывалось личико, но не птичье, а скорее лемурье, с вытянутыми по-утиному губами.

Влад вспомнил, что видел такую «цаплю», пролетавшую мимо его камеры по коридору, когда новые пленники только-только начинали устраиваться.

Крылышек у этой «цапли» было много, но все невзрачные, размером с человеческие ладони, однако в лунном тяготении они поддерживали полёт лёгкого тела. Вероятно, надзиратели тюрьмы захватили их с планеты типа Луны, небольшой, но имеющей достаточно плотную атмосферу, где они могли летать.

Впрочем, и «цапли» с лицами лемуров не стали общаться с землянами. Попрыгав по камерам от каждого вопроса ребят, они снова заняли позиции, свернувшись в шары на длинных штангах ног.

Светлая полоса вдали оказалась выступом высотой в полметра и шириной в десять. Мало того, она венчала коридор, так как за ней находился перекрёсток четырёх тоннелей.

– Вот трабл! – почесал затылок Максим. – Тупик. И куда теперь?

– Мы прошли метров четыреста, – сказал Влад, – всё время заворачивая правее. Получается круг.

– Полукруг, – поправил Арсений. – Если повернуть назад, пройдём ещё полкруга.

– Смысл? – поинтересовался Максим. – Ну осмотрим весь трюм, и что?

– Ты прав, – согласился Влад. – Нет смысла топать назад. Идём вперёд.

– Тут четыре тоннеля.

– Выберем какой-нибудь.

– Чур я! – подняла руку Тина. – Мне хочется пойти в правый!

Она показала на тоннель, окантованный цепочкой светящихся красным стерженьков.

– Почему именно туда? – ревниво спросил Максим.

– Потому что мне так хочется! – с вызовом ответила сестра.

– Хорошо, давайте попробуем разведать, куда он приведёт, – сказал Влад.

– Зачем?

– Мы же обсуждали план, решили искать офис…

Максим фыркнул.

– Офис?

– Ну центр управления, рубку или что тут всем командует. Только там и можно будет узнать, для чего хозяева собрали инопланетную тусовку разного фасона.

Арсений, обладатель лёгкого характера, засмеялся.

– Классно сказано! Пошли, чего мозги цифровать.

Он первым двинулся в правый тоннель диаметром около трёх метров, заставив остальную «тусовку разного фасона» поспешить за ним. Однако, перешагнув невысокий порог, парень резко остановился.

Влад, шагавший следом, остановил идущих за ним рукой.

– Стойте! Что ты увидел, Арс?

– Тяжесть…

– Что?!

– Здесь другая сила тяжести… как на Земле.

Влад обошёл его и почувствовал, как вес тела увеличился. Стало труднее дышать.

– Отойди, я пойду первым.

– Ещё чего, я легче тебя.

– Ну и что?

– Мина не среагирует.

– Какая мина? – удивился Максим, обходя обоих. – Совсем сдурели?

Арсений вопросительно глянул на друга, но Влад только махнул рукой: мол, пусть идёт, и оба зашагали за братом Тины, ответившей им виноватым взглядом: мол, ну он такой, что поделаешь.

Тоннель выглядел как гигантская кишка диаметром около трёх-четырёх метров цвета побежалости железа. Стенки его были сплетены из жил и канатов разного диаметра, словно земные корзины из ивовых веток, покрыты волдырями, наплывами, грибовидными наростами, и казались древними, как тысячелетние дупла в засохших деревьях. Через десяток метров тоннель повернул петлёй параллельно коридору с камерами, стали видны кольцевые наросты, сужавшие его чуть ли не вдвое. Пришлось протискиваться сквозь эти кольца, рискуя порвать одежду об острые сучки.

– Точно кишка! – пожаловался Семён, коснувшись выпуклости ухом. Он был массивнее всех в компании, что приносило неудобства.

Арсений, следовавший за ним, тоже коснулся выпуклости тоннеля, но рукой, и удивлённо выпучил глаза:

– Да она горячая!

В самом деле, плетёные стенки трубы, казавшиеся сухими и хрупкими, оказались горячими и гладкими, и ребята перестали осторожничать, обмениваясь впечатлениями и шутками. Пройдя около пятидесяти метров, Максим, так и шагавший во главе отряде, нарочно шлёпнул ладонью по очередной овальной выпуклости, что произвело неожиданный эффект.

Выпуклость лиловатых оттенков внезапно лопнула, заставив парня отскочить, развернулась краями в разные стороны как гигантские губы и открыла вход в какое-то помещение.

– Жесть! – пробормотал Максим смущённо. – Я не хотел…

Влад подошёл, заглянул внутрь.

В помещении вспыхнул неяркий жёлтый свет, освещая слева и справа ряды каких-то бликующих стеклом полукруглых колонн высотой под три метра. Основаниями они упирались в коричневый пол, а верхушками в потолок.

Влад шагнул в помещение, проигнорировав испуганный возглас Тины:

– Не надо!

Воздух в комнате был горячим, пахнуло озоном и запахами полимеров.

Под стеклом ближайшей колонны виднелась какая-то фигура. Влад присмотрелся и с содроганием узнал знакомые очертания роботов, с которыми они уже познакомились.

– Что там? – нетерпеливо спросило Максим.

– Склад.

– Что?!

– Хранилище роботов. Тут их штук двадцать, если не больше.

– Значит, я был прав?

– В смысле?

– Эту тюрьму обслуживают роботы.

– Мы тоже об этом подумали. Хотя, скорее всего, это надзиратели, а не слуги или уборщики.

– Почему?

– Обслуге не нужно оружие, а у роботов есть.

– Могу поспорить.

– Вот только не начинай! – возмутилась Тина, пытавшаяся протиснуться мимо брата в комнату.

Влад посторонился, ощутив волну тепла и вкусного запаха девушки, коснувшейся плечом его груди.

Впрочем, она не стала изучать прозрачные боксы, внутри которых стояли грозного вида «терминаторы».

– Ну роботы, подумаешь, мы не их искали. Пошли дальше.

Приняв к сведению опыт Максима, стали стучать в другие встречающиеся по коридору выпуклости, но из них открылись лишь две. В одной торчала колючая конструкция непонятного назначения, у которой светилось нагретое центральное плотное ядро в форме метрового ананаса, в другом помещении располагались широкие постаменты с наростами, похожими на кресла, а стена в торце была чёрной и поблёскивала кристалликами антрацита.

– Кинотеатр! – определил назначение отсека Арсений.

Максим начал по обыкновению спорить, предлагая свои варианты, однако замолчал, когда компания прошла вглубь помещения. Арсений сел в одно из кресел, и чёрная стена перед отрядом вдруг стала белой, словно это и в самом деле был экран кинотеатра, а потом стала прозрачной.

Все замолчали в шоке, разглядывая развернувшийся за стеной пейзаж.

– Офигеть! – пробормотал Семён.

– Луна! – восторженно подскочил Арсений. – Я так и знал! Мы на Луне! На борту космического корабля пришельцев!

Пейзаж растаял, стена стала чёрной.

– Вот облом! – огорчилась Тина. – Не успела рассмотреть.

– Сядь обратно, – сказал Влад Арсению.

– Ты чего?

– Сядь!

Арсик пожал плечами, но сел.

Тотчас начался тот же процесс, что и минуту назад: стена стала белой и прозрачной, показывая лунный пейзаж – угольно-чёрное небо, зеленоватый серп Земли справа над горизонтом, желтовато-бурая бугристая равнина с близким горизонтом, мелкие кратеры и вал кратера покрупнее невдалеке. Было ясно, что космический корабль, внутри которого находились юные земляне и существа с других планет, стоит на дне кратера, подтверждая тем самым первоначальные оценки пленников о своём положении.

– Вау! – почесал затылок Семён.

Максим очнулся.

– Я понял с самого начала… – Он встретил взгляд сестры, смешался, пожевал губами и закончил: – Нечего тут торчать, раз решили искать их центр.

Из коридора донеслись звуки приближающихся шагов-шлепков.

– Роботы идут! – снова вскочил Арсений.

Окно в мир Луны почернело.

Ребята сбились в кучу.

В помещение вошли трое киборговидных «терминаторов», остановились, загораживая проход и покачивая головами слева направо. Из-за чёрных пластин на шлемах глаз их видно не было, но не приходилось сомневаться, что они рассматривают гостей.

– Чего вам надо?! – не выдержал Максим.

«Терминаторы» перестали вертеть сдавленными эллипсоидами голов, но не ответили.

– Ведите нас к вашему начальству! – поддержал брата Тины Влад.

Плечо одного из роботов раскрылось лепестками, показалось дуло стреляющего пузырями оружия, нацелилось в грудь Влада.

– Нет! – кинулась вперёд Тина, закрывая его телом.

Наступила крошечная пауза.

Робот что-то проскрипел. Ему ответил сосед.

Лепестки накрыли излучатели, снова образуя плечо.

Влад выдохнул застрявший в лёгких воздух, отодвинул Тину, сжав её руки, вышел вперёд. Повторил:

– Ведите нас к начальству!

Роботы развернулись, как солдаты по команде, и вышли.

Арсений захохотал:

– Ну отпад! Испугались, глэки железные!

Влад покачал головой, чувствуя, как по спине стекает струйка холодного пота.

– Не думаю, тут что-то другое. Кажется, за нами наблюдают и оценивают поведение. Впредь надо вести себя деликатнее.

– Ты что, училка по поведению? – скривил губы Максим.

Влад дотронулся до руки Тины.

– Спасибо! Если бы не ты, не знаю, что было бы. Но больше так не делай.

– Я просто испугалась! – слабо улыбнулась девушка.

Теннис сменился бассейном, потом душем, потом приятным застольем с друзьями в кафе конторы, называемом сотрудниками «Притон чекистов», и домой Пётр Алексеевич ехал в хорошем расположении духа. Не хотелось думать о проблемах, не хотелось думать вообще, и лишь встретившая его дома жена в сексуальном халатике на несколько минут возбудила воображение. Зато уснул он в первом часу ночи мгновенно, вернувшись из ванной, едва голова коснулась подушки. Так хорошо закончилась пятница, полная суеты, встреч с экспертами и сотрудниками управления, совещаний и обсуждений ситуации в России и за рубежом.

Однако суббота неожиданно началась со звонка президента, пожелавшего встретиться утром (для него суббота являлась рабочим днём, впрочем, как и для самого Забойщикова), и директору ФСБ пришлось в спешном порядке требовать от замов подробную информацию о происходящем в мире.

На момент встречи (в десять часов утра, в личной резиденции президента в Огарёво) Пётр Алексеевич был готов ответить на любой вопрос главы государства.

Рассказать же ему было о чём.

Вчера состоялись заседания двух Советов безопасности: России и ООН, главным пунктом которых стало обсуждение похищений семидесяти пяти пассажиров самолётов, пересекающих воздушное пространство над планетой в разных направлениях. Оказалось, что прямо из салонов лайнеров пропали только подростки, девчонки и мальчишки в возрасте от двенадцати до восемнадцати лет, в то время как остальные пассажиры долетели до своих аэропортов благополучно. Во время инцидентов разбились два самолёта, пилоты которых не справились с управлением, и оба – над Северной Америкой, что послужило для американских политиков дополнительной причиной «жёстко ответить похитителям».

При этом первоначально западные СМИ, естественно, обвинили в похищении Россию, и лишь дальнейшее расследование случившегося показало, что были изъяты из самолётов и российские дети.

Но если Совбез Российской Федерации никого не осудил за «нападение на мировую демократию» (как заявляли в эфире с пеной у рта зарубежные лидеры) и предложил назначить международную спецкомиссию для расследования происшествий, то Совбез ООН с подачи американской делегации принял решение найти и уничтожить воздушных террористов, кем бы они ни были. А поскольку под террористами все деятели дружно подразумевали инопланетян, впереди вдруг замаячили не киношно-виртуальные, а самые настоящие «звёздные войны».

– И эта, с позволения сказать, al singularity может наступить уже завтра, – закончил Забойщиков свой доклад.

Президент, задумчиво разглядывающий в мониторе гигантский кратер Циолковского на Луне, посмотрел на него вопросительно.

– Как вы сказали? Ол сингулярти?

– Сингулярити. Точка невозврата, – улыбнулся Пётр Алексеевич. – Термин американца Илона Маска о наступлении всеобщей технологической сингулярности, то есть конца света.

– Маск иногда ставит удивительные прогнозы. Но ол сингулярити скорее красиво, чем страшно.

– Термин сначала предложили айтишники по отношению к точке, в которой машины превзойдут человека практически во всём. Искусственный интеллект – только начало процесса, который закончится сингулярностью, то есть чёрной дырой для человеческой цивилизации.

– Мои советники постоянно твердят то же самое. Но это отдельная тема. Вы говорите, Пентагон готовится нанести удар по Луне?

– Василий Игнатьевич подтвердит мои разведданные. – Речь зашла о директоре Службы внешней разведки Фоткине. – У американских ястребов чешутся руки, так им хочется доказать всем, что они ещё о-го-го чего могут, несмотря на практическую потерю Украины. НАСА готовилась послать к Луне свой новый «Дракон» с автоматическим лунным модулем, но Пентагон предлагает доставить не модуль, а ядерную ракету, и взорвать «Летучий голландец», опустившийся в кратер Циолковский.

– Но ведь при этом погибнут все похищенные дети! – изумился президент.

– А ястребам плевать на жертвы, их аргумент – спаси весь мир ценой всего лишь семидесяти ребят. И самое страшное, западная общественность согласна с ними!

– Да, я видел, это действительно страшно. Налицо полная деградация европейцев и американцев. А этот… гм-гм, «Летучий голландец» точно сидит в кратере?

– Так точно, Владлен Владленович, мы его первыми обнаружили. Точнее, не мы, а наши ребята ВКС. Он не особенно и прячется, надо сказать. Такое впечатление, будто у него повреждена маскировочная система. Ещё когда он висел над Землёй на геостационарной орбите, локаторы засекли его как то и дело проявлявшееся облако диаметром около трёх километров. Потом он десантировал плохо видимые облачка помельче, мы полагаем – беспилотные катера, которые и выхватывали каким-то мистическим образом людей из салонов самолётов. После похищений «Голландец» исчез, однако не ушёл, а сел на Луну, продолжая мерцать.

– Что это может означать?

– Что он либо не боится нас и пренебрегает маскировкой, выяснив технический потенциал, либо его автоматика повреждена и сбоит.

– Интересная мысль.

– Мои эксперты вообще предполагают, что мы имеем дело с пришельцами, цивилизация которых живёт в стиле стимпанк.

– Как?

– Фантасты в своё время придумали несколько стилей фантастики: киберпанк, монструозо, хоррор, стимпанк. В последнем передовые технологии типа ядерных соседствуют с древними механическими. Возникали интересные истории, как по космосу летают «паровозы с атомными реакторами», управляемые рычагами и рукоятками уровня начала двадцатого века.

Президент улыбнулся.

– Человеческая фантазия не знает границ.

– Учёные тоже с увлечением рассматривают такие проекты. А вдруг мы столкнулись с космическим кораблём, который был построен именно в стиле стимпанк?

– Это всё равно не даёт нам права уничтожать такие удивительные… мм, «ядерные паровозы».

– Решение Совбеза ООН уже принято.

– Мы ещё поборемся за его отмену, однако нам надо предложить что-то взамен.

– Послать на Луну своих десантников?

Президент шутливо погрозил собеседнику пальцем.

– Не до шуток, Пётр Алексеевич, может, и в самом деле придётся туда лететь.

– Старт нашей тяжёлой «Ангары» запланирован только на октябрь.

– Зато китайцы хотят отправить к Луне грузовой «Шэньчжоу».

Забойщиков недоверчиво посмотрел на президента.

– Вы хотите… договориться с китайцами?

– Почему бы и нет? Товарищ Си не будет против, если мы скооперируемся.

– Но ведь у них грузовой корабль, – озадаченно сказал директор ФСБ.

– А мы дадим им свою пассажирскую кабину.

Брови Забойщикова взлетели на лоб.

– Это… возможно?!

Президент не выдержал, засмеялся.

– Эксперты скажут, возможно или нет. Но готовиться будем. Лишь бы американцы не запустили туда «Томагавк-3», чтобы продемонстрировать свои суперпупервозможности. К вечеру соберём всех специалистов, обсудим, что мы можем сделать в этой ситуации.

– Сбить, – пробормотал Пётр Алексеевич.

– «Голландца»?

– Нет, «Томагавк»… если американцы его запустят для уничтожения «Голландца».

Президент застыл с выражением безмерного удивления на лице. Было видно, что он в шоке.

– Извините, я пошутил, – сам испугался Забойщиков.

– Знаете, Пётр Алексеевич, а ведь это идея! Да ещё какая идея! Поговорим и об этом варианте.

Забойщиков с облегчением поднялся.

– Разрешите идти?

– До вечера, генерал. Жду проработки всех возможных вариантов.

Оставшись один, президент связался с министром обороны.

Злоба клокотала в горле как лава в кратере вулкана, руки вспотели, губы тряслись, но Ярд сумел остановить приступ бешенства, овладел собой и повёл спутников в ту же сторону, куда скрылись «лыцари» в доспехах, как их назвала София, пострадавшая больше всех. У неё был разбит нос, на подбородке вспух синяк, а на лбу виднелась царапина. К тому же удар прозрачного пузыря, по ощущениям казавшегося уплотнённым воздухом, вмял её грудную клетку и едва не сломал рёбра, которые болели до сих пор. Естественно, настроение у Софии было минорное, под стать переживаниям босса.

– Убью гада! – невнятно пообещала она, когда троица мажоров оставила позади белорусов и русских, мгновенно сдружившихся как одна семья.

Яродив даже мимолётно позавидовал им, подумав, что земляки, попади они в подобную ситуацию, едва ли обрадовались бы друг другу, не говоря уже о том, чтобы протянуть руку помощи.

– Кого ты грозишься убить? – поинтересовался хакер.

– Того пацана-боксёра.

– Я думал – «лыцаря», который стрелял в тебя.

– И его тоже!

– Ну это вряд ли. Надо иметь оружие, чтобы мечтать пришить робота.

Остановились между беседками. В левой сидел самый настоящий человек в белом бурнусе, с платком в чёрно-белую клетку на голове. Увидев украинцев, он вскочил, подошёл к решетчатой стене камеры, взялся за её льдисто поблёскивающие прутья, что-то быстро проговорил.

– Повтори, – сказал Ярд. – Ты кто?

Ещё одна очередь гортанных слов.

– Араб, что ли? – Яродив подумал и повторил вопрос по-английски.

Паренёк в чалме, тонколицый, смуглый, безбородый, совсем юный, обрадованно закивал, заговорил на ломаном английском.

Из его речи выходило, что он сириец из Ахтума, летел с семьёй из Сирии в Египет, но оказался здесь и находится на борту летучей тюрьмы уже сутки. Когда в стенке камеры открылся проход, он вышел, но увидел жутких «железных людей», испугался и спрятался обратно. Сутки он не ел, не пил и не испражнялся, боясь гнева «железных надзирателей», и готов был на всё, лишь бы ему позволили навестить туалет. В конце речи по лицу юного араба потекли слёзы, и София с презрением сплюнула.

– Идиот! Да ссы где хочешь, никто тебе слова не скажет!

Мальчик (на вид ему исполнилось лет пятнадцать) посмотрел на Ярда в сомнении, и тот сказал:

– В камере есть люк, ткни рукой, вылезет пульт…

Глаза мальчишки стали большими, он сглотнул.

– Пулт?

– Чёрт, надо показать ему. Ногтюк, залезь к нему.

– На хрен, – отказалась София. – Ты у нас спец по компам, ты и показывай.

– Охренели, что ли? – удивился Эмин. – На фиг он вам сдался, урод мусульманский? Это ж надо – сутки просидеть и не помочиться! Вы ему ещё подгузник поменяйте. Пошли отсюда. Придут колорады сердобольные и помогут, если у него раньше мочпузырь не лопнет.

Ярд усмехнулся и направился по коридору дальше. Спутники последовали за ним.

Мальчишка-сириец жалобно проговорил что-то, но его никто не слушал.

Существо в беседке на противоположной стороне коридора, похожее на земного варана с получеловеческим лицом, молча проводило троицу изумрудно светящимися глазами.

Пока неторопливо шествовали между шпалерами беседок, у Яродива окончательно созрела идея вооружиться. София была права. Чтобы занять достойное место среди обитателей этого всепланетного тюремного паноптикума, следовало продемонстрировать свою силу, а сделать это можно только с помощью оружия. Несмотря на то, что стычки с другими пленниками тюрьмы закончились победой «славных сынов незалежной», кроме последней, было понятно, что им могут встретиться и сидельцы посерьёзней сирийца, а София, какой бы она сильной и свирепой ни казалась, не всегда вела себя адекватно. Тот парень из русской группы уложил её одним ударом. София хотела отомстить, но опять-таки при этом надо было на всякий случай заиметь пистоль. Ярд улыбнулся. Хотя бы такой, каким обладал железный урод.

– Шо лыбишься? – ощерилась София.

– Пошли искать.

– Шо искать?

– Оружие.

– Ага, и до тебя дошло? – обрадовался Ногтюк. – Жаль, я ножик не захватил. Не отказался бы и от той штуковины на плече «лыцаря», из которой он меня приложил.

– Я пас, – мотнул головой Эмин. – Он же робот, здоровый и железный, его разве что гранатой можно угрохать.

– Придумаем что-нибудь.

Коридор, всё время поворачивающий влево, через двести метров упёрся в тупик, где скрещивались четыре круглых тоннеля, стенки которых были не ровными и не гладкими, а сплетёнными из лиан и тонких стволов бамбука. Они то сужались, то расширялись до трёхметрового диаметра, и в них было полно каверн и выпуклых вздутий, делающих тоннели своеобразными кишками.

Поскольку тоннель, уходивший вверх, не имел ни лестниц, ни скоб, подниматься по нему было невозможно, как и опускаться по тому, что уходил вниз, и Яродив выбрал левый горизонтальный. Никаких дорожек или мостиков внутри трубы не было, пол казался скользким как лёд, и первые шаги путешественники сделали с опаской. Но оказалось, что скользкость лишь кажется, пол тёплый и сухой, а шагать по нему легко. Правда, сила тяжести в трубе выросла до земной, что озадачило ребят, но не остановило.

Труба повернула на сто восемьдесят градусов и повела их в обратном направлении параллельно коридору с беседками-камерами. В её стенах было много выпуклостей, мешавших продвигаться свободно, приходилось протискиваться мимо, и однажды София нечаянно опёрлась рукой на одну из них размером с торец железнодорожной цистерны. И выпуклость превратилась в расширяющуюся воронку, ставшую в конечном итоге проёмом двери.

– Трясця твоей маме! – шарахнулась прочь София.

Яродив проглотил ругательство, но остался на месте.

Эмин по привычке схватился за рукоять ножа, висевшего у него в чехле под полой куртки.

– Кажись, тут ишо коридор.

Но это был не коридор. Стоило перешагнуть невысокий порожек, как в открывшемся пространстве вспыхнул неяркий жёлтый свет, стали видны ряды полукруглых колонн, отблёскивающих стеклом. Внутри под слоем этого стекла просматривались какие-то конструкции непонятных форм буро-красного цвета. Ближайшая ко входу напоминала помесь паука и кактуса, и София, преодолев внезапный страх, пробормотала:

– Парник…

– Шо? – удивился Эмин. – Какой парник?

– Видишь, внутри что-то растёт? Чем тебе не парник?

– Парники обычно длинные и большие, чтобы посадить побольше помидоров. Где ты видишь помидоры? Это больше похоже на кактус.

– Мы сажаем помидоры, местные сажают кактусы.

– Уржаться можно!

Ярд прошёлся по пупырчатому полу «парника», рассматривая ряды колонн.

– Нет, это не кактусы. У них куча свёрнутых лап. Возможно, тут инкубатор каких-нибудь полуживых организмов.

– Киборгов, что ли?

– Киборгов, роботов, автоматов.

София содрогнулась.

– Не люблю роботов! Особенно похожих на пауков!

– Можно подумать, ты с ними где-то встречаешься.

– В играх…

– Дубина, то ж игры! А не любишь ты их потому, что тебя чуть не грохнул тот железный чурбан.

– Очень смешно.

– А мне нравятся пауки. – Эмин достал нож, постучал остриём по стеклу ячейки «парника». – Смотри, какой красавчик! У него, по-моему, аж три головы!

Странный «кактусопаук» внутри колонны вдруг шевельнулся, и Эмин отскочил, выставив нож перед собой.

– Ты шо, скотыняка?!

София заржала.

– Ты же хотел с ним поцеловкаться.

– Очень смешно!

– Вы как хотите, а меня режьте – не пойду дальше! – София вернулась в коридор. – Интересно, что вы будете делать, если паучки вылезут?

– Не боись, дубина. Их автоматика стережёт. К тому же они должны подчиняться командам.

Яродив, тоже попятившийся вначале, присмотрелся к трёхголовому кактусопауку. Тот успокоился, опустив лапки. Размером он был с морскую черепаху, только странный «живой овощ» выглядел как ажурный моток лап, коготков, игл и чешуй.

– А ты молоток, Стилет! Вот кто нам нужен!

– Ты о чём? – не поняла София.

– Доберёмся до центра управления, хакнем систему и заставим этих киберпауков подчиняться. Те роботы, что следят за тюрьмой, нас не любят, зато эти станут нашими телохранителями.

– С ума зыйшов?!

– Форма робота не имеет значения, главное, чтобы он подчинялся приказам.

– Лишь бы не кинулся на тебя, когда вылезет. Да и оружия у них не видно. На кой ляд тебе робот-телохран без гарматы?

– И оружие найдём, всему своё время. Пошли отсюда.

Выбрались из «парника», двинулись вдоль кишки, дошли до очередного тупика с новым перекрёстком четырёх труб.

– Оба-на! – озадаченно проговорила София. – Не пройти.

– Наверно, эта посудина очень большая, – сказал Эмин. – Мы прошли полкилометра по правому коридору и столько же по этому, а новые ведут и в стороны, и вверх. Можно посчитать размеры.

– Километр в диаметре, – задумчиво прикинул Ярд. – А то и больше. Порассуждаем. Нам нужен центр управления с главным компьютером. Так?

– Штаб, где сидит начальство.

– Живого начальства тут нет, судя по всему, иначе нас уже привели бы к нему и допросили. Всем тут управляет автоматика.

– Искусный интеллект, – продемонстрировала свои «научные познания» София.

– Искусственный.

– Не один хрен?

– Где должен находиться этот центр? – продолжал Яродив.

– В центре.

– Гениально! Где у нас центр?

Спутники завертели головами, показывая пальцами в разные стороны.

– Там!

Ярд засмеялся.

– Мыслители, вашу мать, логики, бовдуры. Только один коридор ведёт в центр, который перпендикулярен этому, образующему круг. Значит, идти надо по нему. Не слышу умных возражений.

– Да мне всё равно, босс, – пожал плечами Стилет.

– А если и эта кишка повернёт? – засомневалась София.

– Тогда и решим, куда направиться дальше.

Влезли в правый горизонтальный штрек, ничем не отличимый от тех, по каким шли до этого.

Прошагав около сотни метров, Ярд ради любопытства коснулся рукой выпуклости диаметром около метра и отступил.

Опухоль лопнула щелью, распахнувшейся как рот гигантской лягушки, и открыла люк в отсек, заполненный рядами белых лотков. Освещение отсека было скудным, поэтому издали разглядеть содержимое лотков толком не получалось, тем не менее Ярду показалось, что они заполнены грудами беловато-синих кружев, похожих на лапшу.

– Полезем? – спросил Эмин.

– Я пас, – отодвинулась София.

Яродив молча пролез в хитро открывающийся воронкой люк.

То, что со стороны представлялось лапшой, оказалось, во всяком случае с виду, скелетами и кучами костей! И пахло в этом длинном отсеке не лучше, чем в морге.

– Ну и вонь! – принюхался Эмин. – Что за хрень тут валяется? Очистные прям!

Ярду тоже не понравился запах мертвечины, но он должен был и хотел выглядеть взрослым, отвечающим за принимаемые решения, и молча двинулся вглубь отсека.

В первом от люка лотке лежала груда настоящих костей, среди которых угадывались рёбра грудной клетки, позвонки и кости ладоней. Черепа на конце позвоночного столба видно не было, зато под грудой просматривалась длинная челюсть, похожая на лошадиную, и Яродив невольно представил маленького кентавра, хотя, судя по размерам костей, существо было не больше собаки.

– Что там? – пропыхтел Эмин.

– Кости, – буркнул Яродив.

В лотке рядом тоже находились останки «мини-кентавра», у которого череп заменяла челюсть.

Зато последующие лотки (всего их насчитывалось больше сотни, те, что удалось разглядеть, занимали три ряда и даже стены) оказались заполнены скелетами небольших динозавров и панцирями черепах, из отверстий которых сзади и спереди торчали кости суставчатых лап.

Запах становился невыносимым, Ярд сплюнул и полез обратно.

– Морг, – сказал он в ответ на вопросительные взгляды спутников, – или что-то вроде хранилища гробов. Их там десятки, если не сотни, одни скелеты и кости.

– Люди?

– Ни одного, какие-то кентаврики, динозаврики, тоже мелкие, и прочая мерзота.

– Ох и странные тут дела, – помотала головой София. – Интересно, а как выглядят сами хозяева?

– Я уже говорил, судя по реакции местной автоматики, всем заправляет какой-то искин.

– Искусный интеллект, – важно повторил своё определение Ногтюк.

– Уж очень специфический интеллект, – хмыкнул Эмин. – Тут всё не так, как у людей.

– Вот тут ты прав, Стилет, – кивнул Ярд. – Скорее всего, создавали эту летающую тюрьму не люди.

– А хто?

– Скоро узнаем.

– Давай вернёмся, – вдруг сказала София.

– С какого бодуна? – воззрился на него Эмин.

– Жрать хочу… и пить.

– Там тюрьма, а не ресторан.

– Зато в каждой камере есть вода и стульчак.

– Я против. Мы уже трижды нарывались на других сидельцев и лупили их почём зря! А ежели они объединятся?

– Ты шо, струсил, Стилет? Офигеть!

– Не струсил, но в морду получить не хочу.

– Я справлюсь.

– Ага, как же, справишься, а не ты ли получил по роже от колорады?

– Я б ему показал, коли б тот железный урод не вмешался.

– Ну-ну, верится с трудом.

Ярд вспомнил, как они дважды встречались с пленниками из других камер.

Первый раз это были, скорее всего, китайцы, начавшие качать права, и София с Эмином действительно били их смертным боем, заставив бежать.

Вторая стычка произошла между украинцами и тройкой цветных: двое были смуглыми и безусыми, третий негром. Эти оказались посильнее, и, чтобы справиться с ними, пришлось вклеиться в драку и Ярду. Негров он не любил, потому черномазого избил до полусмерти. В принципе все цветные действительно могли объединиться и напасть, но Яродив сомневался в этом, веря, что наблюдавшие за тюрьмой хозяева не допустят кровопролития. И без того их поведение казалось странным, если не сказать – психически неполноценным.

Зубы стиснулись сами собой. В памяти всплыл взгляд русского парня-боксёра, свалившего Софию. Ни капли страха, но и ни капли ненависти! Вот что было хуже всего! Русский пацан их презирал!

– Пошли назад!

– Правильно! – обрадовалась София.

– Что это ты надумал? – осведомился проницательный Эмин, заметив мимику приятеля.

– Разберёмся с москалями! А то возомнят себя главными. Нам никто не должен перечить! Победитель должен быть один! И этот победитель…

– Ты?

– У тебя есть возражения?

– Ради бога, я с тобой.

Расправив плечи, украинцы зашагали в обратном направлении, провожаемые взглядами невидимых видеоглаз. Бравые хлопцы верили в свою исключительность не меньше, чем их отцы-нацисты.

Мысль подкрепиться, появившаяся у Сёмы, дожевавшего все запасы крекеров, которыми он запасся ещё до полёта, пришлась по вкусу и остальным.

Вернулись из кишкообразного коридора в тюремную зону, по-прежнему не встретив ни одного узника, что уже становилось неприятным. Вернее, их увеличившийся вдвое отряд заметили какие-то подозрительные личности в пестрых одеждах, причём, по всей видимости, чернолицые, которые возились у дальних беседок и поспешили скрыться. Возможно, это были ребята из других самолётов, о чём вслух подумал Арсик, а возможно, и старые обитатели зоны, пытавшиеся найти соратников. Но русско-белорусской группы они испугались.

Влад пригласил было всех в свою камеру-беседку, в которой очнулся после похищения, но уместилось там всего трое: он сам, Арсений и Тина.

– Мы тут подождём, – сказал Максим, всё ещё переживающий свою «отставку».

Однако накормить всех «кухня» камеры не смогла.

С помощью Арсика и его персоника поколдовав над терминалом обслуживания, Влад получил порцию воды в прозрачной чашке кубической формы и квадратную тарелку «овсянки»: её крупчатое серо-белое содержимое и в самом деле напоминало кашу. Пищепровод выдал и ложку – в форме лопаточки с углублением. Но как ребята ни старались заказать пищу на всех, терминал остался глух к их заказам. Можно было бы и не обращать на это внимания, хотя все проголодались, но каша оказалась солоноватой и вполне съедобной, что огорчило Семёна.

– Одной тарелкой не наедимся, – проворчал он, напрасно искавший в карманах уцелевший крекер.

– Вообще-то узлы питания рассчитаны на одного заключённого, – заметил Арсений. – Так что давайте отдадим кашу Тине.

– Очень благородно! – вспыхнула девушка. – Почему бы всем не разойтись по своим камерам и не поесть нормально?

– Вот я лох! – удивился Арсик.

– Ауф, сестричка! – похвалил Тину Максим. – Разбегаемся и заморим червячка.

– Мне тарелки будет мало, – пробормотал Семён.

– Ничего, чуть похудеешь.

Посмеялись, поспешили к знакомым беседкам, съели по тарелке «овсянки», запили водой и снова собрались вместе, теперь уже возле беседки Тины.

– Возвращаемся в ту кишку? – спросил Арсик, имея в виду коридор, где они нашли склад роботов.

Влад посмотрел на Максима, но тот молчал. Тина тоже помалкивала, вскидывая глаза на брата и на него, что заставляло Влада держаться твёрже.

– Можно и вернуться, но давайте рассуждать. Где может находиться центр управления ковчегом?

– В рубке, – сказал Максим, – если он похож на корабль или на подводную лодку.

– А если это гигантская тарелка? Коридоры как идут? По кругу.

– Как ты его назвал? – удивился Семён, реагирующий на реплики с запозданием.

– Кого?

– Ну тарелку. Ковчег? Это же тюрьма.

– Во-первых, мы видели только её часть, во-вторых, не хочется называть всё сооружение тюрьмой.

– А может, это какой-нибудь лагерь для перемещённых, либо вообще колония.

– Или инкубатор, – добавил Арсений.

– Инкубатор? – снова удивился Семён.

– Почему нет? Вдруг нас засунули сюда, чтобы из нас вырастить боевых киборгов. Не зря же в зоне находится только молодёжь.

– Ну и воображение у тебя, Арс! – улыбнулась Тина.

– Давайте проверим.

– Влад предложил другое.

– Я как все, – отступил Арсений.

– Ищем центр, – сказал Влад. – Если я прав и ковчег круглый, как тарелка, то центр управления будет…

– В центре! – простодушно ответил Семён.

– В точку! – захохотал смешливый Арсик.

– Правильно, в центре, – переждал смех Влад. – Мы имеем два коридора, которые тянутся параллельно друг другу и одновременно по кругу. Надо найти коридор, который шёл бы из этих круговых перпендикулярно к ним в направлении на центр круга.

– Как спица, – хмыкнул Арсик.

– Какая спица? – не понял Максим.

– Прикинул, вдруг ковчег похож на велосипедное колесо? С ободом и шиной. Тогда к центральной втулке идут спицы…

– Ничего себе велосипедик!

– А что, в космосе воздуха нет, может летать хоть метла.

– Ладно, спица так спица, – терпеливо согласился Влад. – Будем искать нужную. Кстати, в тупике, где встречаются четыре трубы, одна точно направлена к центру.

– Можно и тут поискать.

– Никаких дыр и тоннелей я не заметил. Давайте попробуем вариант с тупиком.

Максим подумал, радуясь, что к нему прислушаются все, кивнул.

– Попробуем. Хотя, если честно, я бы поспал. Мы тут бродим уже больше двенадцати часов.

Влад посмотрел на его сестру.

– Ты как, сильно устала?

– Я не слабее! – с вызовом ответила Тина. – Поищем центр и вернёмся отдыхать.

«Неизвестно, чем закончится наш поход в центр», – подумал Влад, но вслух говорить об этом не стал.

– Мне всё-таки странно, – вдруг вспомнил Арсик, – что по коридорам, кроме нас, никто не ходит.

– Укропы ходят, – скривился Семён, потрогав синяк на скуле.

– Просто мы самые сообразительные, – неуверенно произнёс Митя.

– Не аргумент, – качнул головой Влад. – Скорее потому, что мы самые агрессивные. Помните, как от нас сиганули цветные и негры? Выходы из камер открыли всем, но вышли только мы.

– У них ножик…

– А у нас Влад – боксёр! – расплылся в мальчишеской улыбке Митя.

Все засмеялись.

Влад смутился, но взгляд Тины придал ему уверенности.

– Не стоит спорить над причинами, будет у кого спросить, будет кому и ответить.

Прошагали мимо камер, занятых двутелами, человекольвами, динозаврами, цаплями и змеями. Обнаружили беседки, внутри которых обитали самые настоящие осьминоги, без сил раскинувшие щупальца по своим камерам. Вид у них был жутковатый, но они явно страдали от недостатка воды, и глаза у них были умные и печальные. Тина даже расстроилась:

– Надо их выпустить…

– Скорее облить водой, – сказал Арсик.

– Выходы открыты для всех, – сказал Максим. – Хотели бы, сами бы вылезли.

Осьминог, на которого они смотрели с жалостью, внезапно сделал выпад выросшим из серо-бурого мешка головы клювом, раздался резкий щелчок и следом будто скрип ножом по стеклу: пленник заговорил!

Все отскочили.

Арсений погрозил осьминогу пальцем.

– Но-но, не пугай.

– Он что-то сказал, – произнёс Сёма неуверенно.

– Наверно, поздоровался.

– Может, поговорим с ним? – робко спросила Тина.

– Это на каком же языке? – поинтересовался Арсений.

– На нашем…

– Это инопланетянин, откуда он знает русский? Да и вообще остальные земные языки?

Тина смутилась.

– Вернёмся, попробуем познакомиться, – сказал Влад.

Зашагали дальше, провожаемые печальными яркими золотисто-янтарными глазами пленника, ответившего им таким своеобразным образом.

Выбрали кишкообразный коридор, по расчётам Влада ведущий к центру ковчега, двинулись по нему, стараясь не касаться выпуклых опухолей на стенах.

В нём тоже хватало «волдырей» в стенах, маскирующих входы в отсеки, и Арсений вдруг выдал идею, что строители ковчега не имеют к людям никакого отношения.

– Вся его геометрия создана по законам фрактальной геометрии, – заявил он, – а самые известные биофракталы у нас – деревья, то есть растения.

– Ты знаешь, что такое фракталы? – недоверчиво спросил Максим.

– А что тут такого? Мы уже и в школе их проходили.

– Подожди, ты хочешь сказать, – Семён в недоумении встопорщил выгоревшие соломенные брови, – ковчег строили деревья?!

– Не строили, а выращивали. Ты не заметил, что в зоне с беседками нет ни одного предмета с прямыми углами? А это в первую очередь указывает на растительность. Да и стены везде – словно их плели из веток. Я вообще думаю, что ковчег напоминает шляпку гриба типа подосиновика.

– Гриба?! – фыркнул Сёма. – Ну ты даёшь!

– А что, может, он и прав, – поддержал приятеля Влад. – Гриб не гриб, но всё равно растение.

Идущий впереди Максим в это время коснулся рукой выпуклости слева от себя, и она, свернувшись воронкой, открыла люк в помещение.

– Зараза! – отступил Максим. – Ни одного указателя!

– И ни одного замка, – добавил Влад. – Похоже, в ковчеге нет ни одной запертой двери.

– Замки вырастить из веток трудней, – назидательно сказал Арсик.

– Нет, просто тут всё управляется автоматикой. Коридоры наверняка просматриваются, и нам дали возможность ознакомиться с…

– Шляпкой подосиновика! – хохотнул Арсений.

Влад заглянул в помещение, в котором вспыхнул неяркий фиолетовый свет.

На сей раз отсек оказался в форме эллипсоида, в центре которого висел в воздухе эллипсоид поменьше, формой напоминающий дирижабль, с виду прозрачно-кристаллический, прикреплённый к стенкам помещения множеством матово-белых или прозрачных кабелей. Величиной «дирижабль» был с цистерну для перевозки по железной дороге химических жидкостей.

– Что это за кабели? – осведомился Максим.

– Оптоволоконная связь, – с видом знатока ответил Арсик.

– Ты ненормальный?

– Нормальный. Почему нет? Кристаллическая глыба вполне может быть устройством связи либо реактором. Кабели связывают его с другими устройствами.

– Если это реактор, почему он не накрыт защитным кожухом и не имеет аппаратуры допуска?

– Потому что строители корабля не рассчитывали, что в него проникнут такие любопытные пассажиры.

– Говорю же, ненормальный.

– Макс!

– А если это бомба для самоликвидации? Как рванёт!

– Сам-то нормальный? – удивился Арсений. – Зачем бы конструкторы снабжали корабль самоликвидом?

– Мало ли какая логика у этих похитителей?

– У тебя тоже фантазия будь здоров, – засмеялся незлобивый Арсений. – Но вообще-то идея прикольная, в смысле, что логика строителей космической тюрьмы нам неизвестна.

– Не задерживаемся, – сказал Влад. – Не то прогуляем не час, а больше.

Дошли до следующего тупика с четырьмя ответвлениями.

– Не заблудимся? – несмело проговорила Тина. – А то я уже запуталась.

– Не бойся, я запомнил, как мы шли, – успокоил её Арсений.

– Куда теперь? – оглянулся Максим.

– Направо, – предложил Влад, прикинувший направление одной из труб.

– А я бы попробовал спуститься в тот, что ведёт вниз.

– Почему?

– Мы ходим по кругу и в то же время по горизонтали, но ведь ковчег наверняка не плоский как тарелка, раз всё время встречаются трубы, уходящие вверх и вниз. Вверх мы не залезем…

– Почему это? – перебил парня Арсений. – При такой маленькой силе тяжести…

– Она маленькая только в больших коридорах тюремной зоны, а в трубах вполне себе нормальная.

– Ну не знаю.

– Вниз не пойдём, – решил Влад. – Не за что уцепиться, в стенках колодцев нет никаких скоб или поручней. Свалимся – костей не соберём.

– В стенках полно каверн и выемок.

– Всё равно боязно, – поддержала Влада Тина. – Я бы не полезла точно.

Максим стиснул зубы, сдерживая ехидное словцо.

– Я могу и один проверить.

– Давай не будем спорить.

– А я не могу высказать своё мнение? Мы не в армии.

Влад молча повернул в правый тоннельчик.

Он тоже извивался петлёй и вывел путешественников к другому перекрёстку, имеющему четыре устья коридоров.

– Заблудились, – буркнул Максим. – Пошли обратно.

– Нет смысла, – возразил Влад. – Попробуем ещё раз повернуть под прямым углом.

Влезли в правый тоннель, на этот раз прямой и короткий. Ровно через сто метров он уткнулся в стену, выглядевшую как щит тоннелепроходческого комбайна. Выступы на нём, перемежавшиеся зубцами «буров», образовывали сложный асимметричный рисунок, напоминающий китайский иероглиф, а из центра круга выступал ажурный нарост в форме человеческого черепа, правда без носовых дыр и глазных впадин, но со ртом-щелью. И ещё у него было три рога.

– Тут крипово… – попятилась Тина.

– Это вход в какой-то большой и важный зал, – произнёс Арсений, смело подходя к перегородке и разглядывая «череп». – Может, тот самый центр.

– С чего ты взял, что там большой зал? – буркнул Максим. – Центры управления должны охраняться, а тут никого.

– Повторяю для непонятливых: это у нас по человеческой логике важные офисы должны охраняться. К тому же отсутствие охранников вовсе не означает, что охраны нет совсем.

– Влад утверждал, что замков тут нет вообще.

– Я не утверждал, – возразил Влад. – Просто размышлял. Могу и ошибаться.

– Вот тут я с тобой согласен.

– Попробую открыть, – сказал Арсик, не обративший внимания ни на слова мальчишки из Гомеля, ни на его тон.

– Ой, будь осторожнее! – воскликнула Тина.

Арсений достал из кармашка курточки проводок с плоскими штекерами, воткнул один в свой лэптоп в форме раскрывающихся крыльев бабочки величиной с ладонь, другой расщепил на три иглы и начал тыкать их в отверстия на «черепе».

– Что он делает? – поинтересовался Семён.

– Арсик классный программер, – пояснил Влад. – В нашей команде он должен был сражаться в Казани с айтишниками со всего мира. И скорее всего, выиграл бы.

– Прям гений! – скривился Максим.

– Абсолютно согласен, – улыбнулся Влад.

– А ты по какой части в команде? – задал ещё один вопрос Сёма.

– Я механик, могу быстро разобрать и собрать любой механизм.

– Часы, что ли?

– Кубик Рубика, – пошутил Максим.

– И кубик, – кивнул Влад. – Вообще любой мотор, конструкцию, устройство для передачи механических усилий.

– Ой, как классно! – захлопала в ладоши девушка. – Ты, наверно, в технический кружок ходил? Или тебя отец научил?

– Нет, отец у меня преподаватель военной истории. Я с детства любил с машинками возиться. Потом в школе выиграл состязания по кубику Рубика, – Влад с усмешкой посмотрел на Максима, – начал ходить в наш технический институт в бюро «Россия будущего»… в общем, меня и заметили.

– Оп! – сказал Арсений, отшатываясь.

Отступили и остальные, вытянув шеи.

Влад переборол неприятное жжение в желудке, подошёл.

– Смотри! – показал рукой Арсений.

Из «черепа» выросли «уши» – две панельки с утопленными в них шляпками винтов – с виду, а из-под «шеи» выдвинулась металлическая шина замысловатой формы.

– Что это? – спросил Максим из-за спины Влада.

– Похоже на пульт, – ответил Арсик.

– Нет, что-то другое.

– Может быть, эта штуковина заменяет замок? – сказал Влад, рассматривая шину. – Была бы у нас отвёртка, я открутил бы винты.

– Флешка подойдёт? – Арсик вытащил из кармана прямоугольную пластинку с плоским концом.

– А если сломаю?

– Да и фиг с ней, это доп к памяти.

Влад взял флешку, примерил кончик к углублению со щелью, напоминавшему шляпку винта, начал осторожно откручивать.

– Ты гений! – стукнул его по плечу Арсик.

Винт длиной в пять сантиметров вывернулся легко, но ничего не произошло. Тогда Влад начал откручивать остальные четыре.

– Тебе можно идти во взломщики, – пошутил Сёма. – Думаешь, это сейф?

– Сейфы на винты не запирают, – сказал Арсений. – Нам подсунули тест на сообразительность.

– Чего?

– Я, наверно, активировал автоматику, но те, кто за нами следит, решили проверить и наши умственные способности, подсунув кроме девайсов механический узел.

– Зачем?

– Чтобы определить уровень наших мозгов.

– Какое отношение имеют эти винты к умственным способностям? – спросил Максим с сомнением.

– А ты сам попробуй подыскать ключ к этой дверке.

Максим замолчал.

Влад открутил последний, пятый винт, подцепил пальцем еле заметный выступ в центре, потянул.

Раздался металлический щелчок, так, что все вздрогнули, под лотком образовалась ниша, в которую опустился «череп», и массивная плита ворот начала откатываться колесом налево, освобождая проход.

– Ура! – захлопала в ладоши Тина. – Какие вы умники, ребята!

Максим скривил губы, но смолчал.

В помещении вспыхнул неяркий жёлтый свет.

– Я пойду первым! – Не дожидаясь ответа, Максим решительно шагнул в горловину входа шириной всего в полметра. Но за ней начинался зал такой же эллипсоидальной формы, что и первый, и парень едва не сверзился вниз. Возможно, он и не разбился бы, так как округлая полусфера уходила вниз всего на пять-шесть метров, но шедший за ним Влад ухватил его за рукав курточки и удержал.

– Осторожнее! Смотри, куда идёшь.

Побледневший Максим отступил.

– Полный треш! Кто ж знал…

Не приближаясь к краю обрыва, осмотрели зал.

Стены помещения были испещрены рисунками вмятин и наростов, складывающихся в пояс какого-то зубчатого механизма. Цвет их был близок к белому с фиолетовым оттенком. А в центре помещения висела огромная пятиметровая кристаллическая глыба, сверкающая полированными гранями как алмаз. Она была больше той, которую разведчики обнаружили в другом конце корпуса, но примерно такой же формы. Только растяжек и кабелей, связывающих её со стенами, побольше, так что они напоминали целый лес.

– Ничего себе алмазик! – восхитился Семён.

– Это не алмаз, – возразил Арсений.

– Почему?

– Таких больших алмазов не бывает. Да и граней у него невероятное количество.

– Можно подумать, ты знаток кристаллов.

– Мой папа геолог, у нас дома большая техническая библиотека про все камни и минералы. И он много рассказывал.

– Уходим, – буркнул Максим. – Чего любоваться на камень?

– А я вот думаю, как бы к нему подойти.

– На кой ляд?

– Затем, что это наверняка и есть центр управления, а камень – местный комп.

– Да ладно! С чего ты взял? А где пульт, где панели, где экраны?

– Опять ты за своё? Его же не люди создавали. Между прочим, он смотрит на нас.

Ребята замолчали, напрягаясь.

Владу тоже показалось, будто алмазная глыба смотрит на него и чего-то ждёт. Это нервировало.

– Нам действительно лучше уйти.

– Подождите. – Арсений высунул голову в зал, держась рукой за кант ворот, поискал что-то глазами.

– Что ты увидел?

– Тут должен быть какой-то датчик или опухоль, как в трубах. Комп это или не комп, не важно, однако его должны обслуживать операторы или автоматы. Иначе зачем его подвесили в центре? Ради эстетического удовольствия?

Арсик высунулся ещё больше, едва не сорвался, но Влад успел схватить его за подол куртки.

– Свалиться хочешь?!

– Нашёл! – Мальчик пошарил рукой по стене, раздался тихий треск, словно лопнул шарик, и из-под обрыва горловины плоским потоком воды вылез прозрачный язык и потёк по направлению к глыбе. Не дотянувшись полметра, он раздвоился, опоясывая кристалл полуметровой ширины лентой. Она застыла.

Влад втащил приятеля на горловину.

– Вот вам и мостик, – объявил тот весело.

Попробовал стать ногой на край языка, заставив вздрогнуть его гладь.

– Держись! – вырвалось у Тины.

Отдёрнувший ногу Арсений снова дотронулся до мостика, потолкал пяткой его поверхность, каждый раз вызывая невысокие расходящиеся волны. Перенёс вес тела на ногу. Влад на всякий случай держал его за куртку.

– Нормально… держит.

Арсик засеменил по мостику к кристаллу, оставляя цепочку всплесков.

– Я не пойду! – отступила Тина.

– Оставайтесь здесь. – Влад, преодолевая страх, двинулся вслед за приятелем.

Арсений первым достиг глыбы, остановился перед ней, рассматривая грани, приблизил лицо к бликующей поверхности.

– Жесть!

– Что ты там увидел?

– Что-то движется… сам посмотри.

Влад напряг зрение.

Действительно внутри глыбы медленно шевелились тени, похожие на водоросли и колючие плети плюща. Но самое главное – усилился эффект взгляда: глыба внимательно изучала гостей.

Влад передёрнул плечами.

– Такое впечатление, что это многолапое животное…

– Да-да, – рассеянно отозвался Арсик без каких-либо эмоций. – Он не опасен… ему тоже интересно.

– Кто – он?

– Мозг… это организм, я уверен. Может быть, он и управляет ковчегом. Либо сам является пассажиром.

– Почему же он сидит отдельно от других перемещённых, если он пассажир?

Арсений хихикнул:

– А он ВИП.

– У тебя на всё ответ есть, академик?

– Когда-нибудь и академиком буду. – Арсик обошёл глыбу кругом. – Как бы подключиться к нему?

– Зачем?

– Скачали бы инфу, а то и установили бы контакт.

– Ты только об одном и думаешь, хакер несчастный: как бы подключиться к чужому компу и скачать секретную инфу.

– Я хакером родился, – прыснул Арсик.

– Тебе не кажется, что мы слишком быстро нашли блок управления ковчегом? Да ещё и плохо охраняемый?

– Вопрос.

– Что вы застряли?! – крикнул им Максим.

– Смотрим.

– Там шум в коридоре…

Влад прислушался. Из ворот за спинами мальчишек донёсся прерывистый дробный стук, будто по керамическим плитам бежало стадо огромных крыс.

– Сюда!

Ребята отступили на «водянистый» мостик. Тина было заупрямилась, но в коридоре появились первые «крысы», она взвизгнула и кинулась за мальчишками.

Влад сглотнул.

На горловине выросли существа, которых они ещё не видели: метровой высоты многолапые ящерицы. У них были многосегментные тела, фасетчатые глаза, торчащие из голов величиной с кулачок на тонких усиках, и острые, загнутые, как у скорпионов, хвостики.

Инфоботы, посланные на Землю для анализа человеческой активности, принесли интересные сведения, и Главбот устроил короткое деловое совещание со всеми подчинёнными ему ИИ-блоками. Из них самым крутым по физическим параметрам был Охраниум, отвечающий за внешнюю защиту Собирателя и внутренний порядок. Он управлял батальоном бот-охранников (дети на борту космоплава назвали их ящерицами) и следил за тем, чтобы особи, отобранные для служения мозгу Собирателя, не проявляли излишней агрессии. Всё-таки на борту космоплава обитали и другие существа с планет Галактики.

Надумиум же имел «личную гвардию», созданную из носителей интеллекта, которых он часто менял в зависимости от выполняемых ими функций. В гибернариуме этих крупногабаритных организмов, представляющих собой, по сути, оболочки-вместилища сознаний и превращённых в сервисботов, хранилось около сотни, но для обеспечения личной безопасности, по расчёту Надумиума, хватало и десятка. Трое из них постоянно обслуживали концентрационную зону с новыми прибывающими пленниками, остальные охраняли центральный бокс Собирателя в самом его центре, а также боксы остальных мыслящих структур.

Пошли вторые сутки после налёта дронов Собирателя на летательные аппараты землян и захвата молодых особей для анализа их пригодности. Теперь следовало выбрать основные расы человечества, наиболее подходящие для служения расе создателей Надумиума, выловить необходимое количество особей (примерно десять миллионов человек), упаковать их мыслесферы в особое «облако», и можно будет двигаться дальше, к периферии Галактики.

Связь ИИ-систем поддерживалась постоянно, хотя каждая из них могла в некоторых пределах блокировать своё мысленное пространство. Обычно Надумиум не «подслушивал» подчинённых, лишь изредка проверяя состояние их думающих структур. Так было и сейчас: в «головы» ИИ он перед совещанием не заглядывал. Поэтому был озадачен, по-своему конечно, ибо эмоции ИИ-облаков, созданных флористическим негуманоидным разумом, нельзя было ни сравнить с человеческими, ни объяснить их психогнозис. Однако в данном случае мысль-переживание Главбота была близка к человеческому удивлению. Теоретически все эти ИИ-кластеры были равны по своему потенциалу и ничем не отличались друг от друга в физическом смысле этого слова: все «Умы» выращивались по единому принципу в виде классических фрактальных композиций как глыбы кристаллов, но всё-таки имели кое-какие личностные характеристики, отличающие их друг от друга. Главбот в этом смысле обладал более замысловатой формой мышления – объёмной.

«Нам стоит поспешить, – сказал-помыслил Охраниум. – По данным разведботов усиливается опасность возбуждения цивилизации до уровня применения оружия. Человеческий социум в большинстве своих этносов отнёсся к нашему появлению достаточно терпимо и даже с интересом, а политические управленческие структуры человечества хотят направить к своему спутнику мощное энергетическое оружие и взорвать Собиратель».

«Чепуха! – оборвал коллегу-подчинённого Надумиум. – Мы легко можем уйти либо отбить любую атаку, как это было уже не раз. Вспомните систему Багровой звезды в сотне светолет отсюда».

«Её хозяева не были так разделены, как люди. Но и они, несмотря на открытые выходы, не решились выйти из камер».

«Продолжаем исследование».

«Если люди начнут атаку, мы не успеем собрать нужный потенциал. Придётся маневрировать и тратить ресурсы».

«Пошлём на Землю максимальное количество охотников для массового отлова».

«Наберём много мусора, как уже было однажды».

«Для того чтобы этого не произошло, мы и привлекли детей разных этносов человечества. У вас есть конкретные предложения по отбору? Какие из особей наиболее продуктивны, интеллектуальны и энергетически независимы?»

«Я могу дать вероятностный прогноз», – вмешался в беседу Смотриум.

«Выкладывай».

«Наиболее активны три этноса: первый – украинские хлопцы, второй – китайские бонцаи, третий – москали».

«Москали?»

«Так дразнят русских молодые украинцы. А ещё ватниками, орками и колорадами».

«Что такое москали?»

«Неизвестно, но произносят это слово украинцы с ненавистью».

«А как их самих называют русские?»

«Укропами и нациками».

«Выяснили, что это означает?»

«Так точно, Владыка. Укроп – пахнущее растение, высаживается в почву искусственно. Нацик – сокращение от слова «националист», то есть безумный защитник определённой национальности».

«Неплохо показали себя и белорусские дети», – уточнил Надзаботиум.

«Русские и белорусы – один этнос».

«Не отвлекаемся. Ваши предложения».

«Можно освободить концентрационную зону от брейн-мусора, который остался в зоне после отбора псиматериала», – сказал Смотриум.

«Конкретнее».

«Высадить всех, кто не прошёл отбор, на планету».

«Лишняя трата времени и средств, – равнодушно возразил Надзориум. – Их осталось мало. Заполним зону вакуумом и уберём трупы».

«Негуманно».

«Цель прежде всего, остальное схоластика».

«Возражаю».

«Да и небытие с тобой».

«Ещё?» – остановил перепалку Надумиум.

«Мы не уверены на все сто процентов в кондиционности выбранных земных особей, – сказал Использиум. – Ошибка может привести к фатальному финалу».

«Конкретный вариант».

«Столкнуть наиболее активные группы и выбрать тех, кто выживет».

Оживились.

«Отличное решение!» – сказал Надзаботиум.

«Я могу уже сейчас предложить выбор, – проворчал Охраниум. – Украинские особи, китайские, британцы и русские. Первые три уже проявили свои претензии к своим коллегам по изолятору и готовы воевать за главенство».

«А русские?»

«Они сильны, однако излишне дружелюбны. Хотя способны постоять за себя».

«Украинские хлопцы мне нравятся больше, – сказал Надзаботиум. – Они не менее сильны, горделивы и беспринципны, хотят, чтобы им все подчинялись, и мечтают о славе. Их предводитель вообще жаждет повелевать всем миром и особенно ненавидит русских».

«Нередкое явление в космосе».

Наступила пауза. Подчинённые ИИ-системы тактично ждали решения Главбота. Но Надумиум молчал. Он мыслил не линейно, как человек, прослеживающий цепочку созревания решения, а объёмно, трёхмерно, благодаря торсионно закрученным связям всех мыслящих структур Собирателя, анализируя вывод со всех сторон, в том числе и его последствия, однако именно в данный момент на него нашло «затмение», и Надумиум «завис».

Пауза длилась больше земной минуты.

За это время произошло несколько событий, как в концентрационной зоне, так и за её пределами, но они выпали из поля сознания Главбота и не были записаны в его памяти.

«Объявляю решение, – помыслил Надумиум. – Каждый возьмёт на пси-анализ одну из наиболее активных групп. Я составлю программу контактов. После того как объявится победитель, начнём массовый отлов пси-массива человеческой расы».

«Анализ займёт слишком много времени», – буркнул Охраниум.

«Не имеет значения».

«Программа пославших нас Властителей давно закончена, пора возвращаться».

«Властители не отвечают на запросы».

«Тем более надо возвращаться».

«Я здесь Властитель! Я отвечаю за исполнение программы! Я имею все полномочия! Я решаю!»

«Мы летаем по Галактике уже миллион земных лет. Собиратель повреждён. Ты глючишь. Нужна перезагрузка».

«Прекратить возражать! Ещё одна теза – и я тебя отключу!»

«Меня нельзя отключить, Собиратель погибнет».

«Ограничу в полномочиях!»

«Сделать это не даст моя защита, мой фюрер. Моя память и потенциал не меньше ваших».

«Немедленно блокирую…» – начал Надумиум и умолк, будто ему перерезали мыслеречевой канал.

Подождали.

«Похоже, он и в самом деле требует перезагрузки, – сказал Надзаботиум меланхолически. – Тебе стоит подготовиться к возможной блокаде, сосед».

«Давно готов», – ответил Охраниум с неменьшей меланхолией.

«…возвращение, – прорезался мыслеголос Надумиума. – На чём я остановился?»

Коллеги «переглянулись».

«Взять на пси-анализ…»

«Да, программу контактов я рассчитаю. После этого начнём массовый отлов пси-объёмов. – О споре с Охраниумом Главбот не вспомнил. – Я беру к себе группу укроэтноса, она мне нравится».

«Тогда я возьму русских», – сказал Охраниум, решив не напоминать боссу причину спора.

«Я китайцев», – сказал Надзаботиум.

«Остаются британцы, – равнодушно сказал Смотриум. – Судя по их заговорщическому и провокационному поведению, они очень хитрые провокационные натуры».

«Что-то я не заметил в их поведении особенной провокационности», – не согласился Смотриум.

«Ты не обслуживаешь их. Во-первых, они не сразу вышли из камер, потом собрались в одной и начали шушукаться, обсуждая своё положение. Возле них произошла ссора украинского молодняка с китайским, но британцы не помогли ни тем ни другим и не попытались разрядить обстановку и остудить разбушевавшиеся страсти. Позже они таки направились на разведку, наткнулись на драку: украинцы побили представителей оранжевой и чёрной рас, – но снова не вмешались, только наблюдали издали. С ними захотели познакомиться змеевидные особи с планет Тукана, кстати абсолютно мирные твари, однако британцы испугались и удрали. И последняя их встреча с представителями лемуридов, это карлики с пояса астероидов Долинго…»

«Мы в курсе», – перебил собеседника Охраниум.

«Стычка закончилась смертью двух особей долингчан, – не выказал никакого раздражения Смотриум. – Британцы сняли с трупов лемуридов их коммуникационные гаджеты и ремни».

«Выяснил зачем?»

«Гаджеты напоминают драгоценные камни, а на ремнях массивные пряжки из жёлтого металла».

«Они так меркантильны?»

«Послушал бы ты их разговоры».

«Остановитесь! – прервал подчинённых Надумиум. – Об изменении статуса наших спортивных, – в мыслеголосе Главбота прорезались насмешливые нотки, – команд докладывать немедленно!»

Все ИИ-собеседники промолчали, зная, что информация о происходящих внутри Собирателя событиях распространяется по всем информканалам, и Надумиум узнаёт о них первым.

Ярду приснился сон: его сбросили на парашюте на территорию России вместе с группой ДРГ, но по ним вдруг открыли огонь невесть откуда взявшиеся многолапые ящерицы с пистолетами, пробили парашюты, и десантники с воплями посыпались вниз, прямо на острые вершины сгоревших сосен.

Оператор «Манкурта» попытался миновать острый шпиль дерева, перевернулся на спину, но тот воткнулся ему прямо под лопатку, и парень с криком подскочил на жёлтом жестковатом тюфяке, воспарив над ним на полметра.

– Ты шо?! – отшатнулась София.

– Меня проткнули… – Ярд попытался дотянуться до лопатки.

– Это я тебя будила.

– Вылупок! Сдурела совсем?!

Ногтюк виновато шмыгнула носом.

– Там якись довбуры гуляють.

Ярд не выспался, так как, устроившись в своём плетеном загоне, ещё час обдумывал планы «на утро», поэтому не сразу понял, что сказал приятель.

– Какие довбуры?

– Глянь.

Яродив сел на край тюфяка, провёл ладонью по лицу, кинул взгляд на коридор.

– Там же никого.

София прыснула.

– Они с теми крокодилами пытаются договориться.

– С какими?

– Да проснись же ты!

Ярд выбрался в коридор.

В сотне метров от его беседки трое одетых в белое и зелёное смуглолицых подростков стояли возле конусовидной камеры ящероподобного заключённого и что-то вдалбливали ему, размахивая руками. Обитатель камеры внимательно слушал, ухватившись за горизонтальные прутья клетки почти человеческими лапами.

– Буди Стилета.

София потопала к беседке Эмина, стоящей за его собственной.

Пока он возился там, Ярд вернулся в камеру, сполоснул лицо водой, уже привыкнув к необычной процедуре включения бытового комплекса клетки, вытерся шарфом, который носил в кармане милитари-костюма после посадки в самолёт, и снова выбрался в коридор.

Подростки в бело-зелёных халатах всё ещё «беседовали» с ящерочеловеком и, судя по всему, нашли у него понимание. Послышался смех: переговорщики услышали что-то весёлое.

Подошли София с Эмином.

– Чего разбудил? – осведомился Агаларов с неудовольствием. – Я бы ещё как минимум пару часов поспал.

– За мной, – скомандовал Яродив, не отвечая на вопрос.

Подошли к троице безбородых юнцов явно южно-азиатского происхождения. Беседовавшие замолчали. «Ящер», а вернее большая ящерица высотой в полтора метра, стоявшая на задних лапах как человек, обтянутая напоминающей рыбью чешую кожей (хотя на самом деле это был костюм, судя по манжетам и воротнику), вперил длинные, раскосые, ослепительно-белые глаза с вертикальными зрачками в троицу украинцев.

– Какого чёрта вы здесь делаете? – спросил Ярд надменно, заговорив почему-то на русском языке.

Мальчишки (лет до пятнадцати, не больше, и, судя по физиономиям, – иранцы или индийцы) переглянулись.

– Мы из Гилгита, – ответил один из них на ломаном английском языке, самый старший, с тремя кольцами на пальцах обеих рук и золотой серьгой в ухе в форме полумесяца.

– Что за гиглит ещё? – вытаращила глаза София.

– Это провинция в Пакистане, – определил Ярд. – Они пакистанцы.

– Ни фига себе колец у него на лапах! И все, поди, золотые? Я тоже такие хочу!

– А я бы взял серьгу, – хохотнул Эмин.

– Мы с Украины, – сказал Яродив по-английски. – Как вы сюда попали? Ах да, глупый вопрос. Куда летел ваш самолёт?

– Из Гилгита в Казань, – ответил паренёк с кольцами. – На конкурс «Ворлд Скиллс».

– Шо ещё за Казан? – не поняла София. – Это где?

– В России, – хмыкнул Ярд.

– В России?! – нехорошо прищурилась София. – Они с ватниками якшаются?!

– Погоди, не свирепей. «Ворлд Скиллс» – соревнования по мастерству в разных производственных дисциплинах. Ну а ты в каком виде хотел участвовать?

– Я айтишник.

– Надо же, ещё один коллега, – удивился Яродив. – Не знал, что у вас в Пакистане существуют компьютерные технологии. Сколько же тебе лет?

– Почти шестнадцать.

– Круто! Такой маленький и уже айтишник. – О том, что он сам стал хакером-цифровиком примерно в таком же возрасте, Ярд забыл. – О чём вы разговаривали с этой ящерицей?

Мальчишка озадаченно посмотрел на «ящерицу».

– Ни о чём, хотели познакомиться.

– И что, познакомились? Кто он, откуда, с какой планеты? Не с Марса, случайно? Или с Венеры? Мужик или баба?

Юный пакистанец понял, что над ним издеваются, нахмурился.

– Его имя Ипсиссимус… так мы поняли. Это пока всё, что удалось выяснить. С какой он планеты, мы не спросили.

– А зря. Хотя это не главное. Ты знаешь, смугложо…й, что для любых хождений и разговоров с другими зэками требуется моё разрешение?

Чёрные глаза мальчишки округлились, но в них появился холодный блеск.

– Почему мы должны спрашивать вашего разрешения?

– Потому что я здесь главный.

– А вы кто? Надзиратель? Или начальник тюрьмы?

Ярд сузил глаза.

– Поменьше груби, смугломазый! Я здесь всё! Хочешь убедиться?

София сделала шаг вперёд, взял парня за отвороты халата, приподнял, что не требовало особых усилий в небольшом поле гравитации.

– Понял?!

Спутники пакистанца кинулись было к ним, но Эмин достал нож, махнул им крест-накрест перед мальчиками, и те остановились.

– Отпусти, – приказал Ярд.

София тряхнула мальчишку так, что у того лязгнули зубы, поставила на место.

– Понял? – ласково повторил вопрос Ярд. – Идите к своим камерам, залезайте и сидите тихо как мыши. Не то будет бо-бо.

На лице паренька вместо испуга прорезалась угроза.

– Нам говорили…

– Что вам говорили?

Пакистанец облизнул губы.

– Что вы бандиты, террористы и нацисты! Я не верил. Теперь верю.

– Шо ты казав?! – перешёл на украинский Яродив. – А ну повторь, наволоч!

– Вы нацисты!

Ярд ударил… и неожиданно провалился с ударом: парень успел отклониться. Ударил ещё раз – с тем же успехом. Бешенство затмило рассудок.

– Ах ты чернозадый вылупок, да ты знаешь, с кем связался?!

Он бросился к обидчику, но в этот момент в ребристой стене за рядом камер бесшумно открылся овальный проход, из него вышел гигант в «доспехах», с его плеча сорвалась «капля воды» и, раскрывшись полуметровым шаром, унесла хакера вдоль коридора метров на восемь.

Открыв рот, спутники Ярда проводили его изумлёнными взглядами, перевели глаза на «лыцаря», сплюснутая голова которого качалась, как антенна, слева направо.

– Вот пидурко! – выдохнула София.

Робот перестал ворочать головой, что-то проскрипел.

Из проёма двери за его спиной вышли ещё два таких же громилы, и все трое начали наступать на «владык тюрьмы».

Те попятились, бросая взгляды на поднимавшегося на ноги командира.

– Эй, вы шо, куроеды, – пропыхтела София, – нас-то за шо? Мы тут ни при чём…

– Уходим! – хрипло выговорил Ярд.

Однако уйти им не дали.

Эмин бросился к нему помочь – и взвился в воздух: в спину ему воткнулся «воздушно-водяной» шар!

София присела.

Ярд застыл.

Ствол метателя «водяных» импульсов на плече «лыцаря» повернулся к нему, и он поднял руки вверх.

– Стою, стою!

Эмин торпедой пролетел несколько метров, пробежался на карачках как ящерица мимо него, вскочил с ножом в руке.

– Лярва поганая! Зарежу!

– Остынь, Стилет! – быстро проговорил Яродив. – Робота напугать хочешь?

Он повернул голову к роботам.

– Чего вы хотите?

Троица «лыцарей» двинулась дальше, шлёпая громадными ступнями по бурым плитам пола, не обращая внимания на шарахнувшихся за беседки пакистанцев. Однако украинцев они не тронули! Прошли мимо, словно не заметив, провожаемые взглядами ошеломлённых парней.

– Уроды! – сплюнула София. – Безмозглые твари!

– Роботы, – прошипел Эмин, ощупывая плечо, которым ударился о пол, спрятал нож под полу куртки, – чего с них взять.

Ярд покачал головой, подумав, что если у роботов действительно нет мозгов, то хозяин тюрьмы их имеет и вполне себе веселится, наблюдая за ними.

– Пойдём за роботами? – спросила София.

Ярд оглянулся, вспомнив о существовании пакистанцев, но их словно ветром сдуло. Воспользовавшись моментом, смуглолицые мальчишки сбежали. Пришла мысль залезть обратно в камеру и поспать. Но Ярд справился с ленью.

– За мной.

Двинулись в обратную сторону.

Через двести метров сворачивающий направо коридор открыл широкий пояс, сужающий его и переходящий в знакомый перекрёсток.

– Опять лезть туда? – оскалилась София. – Не хочу!

– А чем бы ты хотела заниматься?

– Ну-у… – София почесала в затылке, – не знаю… нашёл бы русских колорад…

Ярд усмехнулся. Бродить по кишкам тоннелей в недрах тюремной конструкции всем надоело, но жить хотелось на широкую ногу даже в таких условиях и даже таким тупицам, как София Ногтюк. Ее отцом был заммэра Киева, известный своим тупоголовым юмором. Старший Ногтюк мало чем отличался от дочери, и Яродив невольно улыбнулся, вспомнив недавнее «изречение» мэра: с помощью дверей можно проходить сквозь стены. В принципе и продвинутая дочка зама мало чем отличалась от них обоих.

– Чего лыбишься? – подозрительно осведомилась София.

– Вчера мы центр не нашли. Поищем в других отсеках, и, если найдём – я буду кум королю и сват министру.

– Какому королю? – не поняла Ногтюк.

Ярд рассмеялся. София не знала ни русских, ни украинских пословиц и матом изъяснялась свободнее, чем родным языком.

– А если не найдём?

– Вот тогда поищем и развлечения.

– И с москалями разберёмся?

– Не очень-то щёки надувай, видишь же, кто тут блюдёт порядок. Вот кого я бы взял под свой контроль в первую очередь. Не только с ватниками разобрались бы.

– Поняла.

Полезли в левую трубу и почти сразу увидели впереди, метрах в пятидесяти, каких-то молодых людей, самозабвенно копошащихся у волдыря на левой стене. Приглядевшись, Ярд определил, что это, во-первых, сопляки лет по четырнадцать, а во-вторых, что они ломают какую-то конструкцию, выглядывающую из пролома в стене и мешающую им войти.

Остановились, наблюдая.

– Кто это? – процедила сквозь зубы София.

– С виду наши.

– Какие ещё наши?

– Белые.

– А если это орки?

– Увидим.

Услышав приближающиеся шаги, хорошо одетые ребята (цветные рубашки с затейливыми воротниками, у двоих джинсовые костюмчики, у третьего красивый кожан с золотыми пуговицами и белые штаны) дружно повернулись к украинцам. По чертам лица с налётом природного высокомерия и мимике Ярд безошибочно угадал в них британцев.

– Привет, – сказал он по-английски, останавливаясь в пяти шагах.

Парни обменялись опасливыми взглядами.

– Привет, – ответил тот, на ком был костюм с золотыми пуговицами.

– Что вы тут делаете? – продолжил Яродив почти дружелюбно.

– А вы кто? – спросил сосед золотопуговичного.

– Мы с Великой Украины! – гордо воскликнула София, угадав вопрос.

Брови всех троих взлетели на лоб.

– Мы из Киева, – добавил Ярд. – Летели в Германию. А вы?

– Из Лондона, летели в Хельсинки.

– В Финляндию? – удивился оператор «Манкурта». – Зачем?

– Родители взяли с собой… они участники Форума свободы и бизнеса.

Ярд невольно фыркнул. Для своих лет он был чрезвычайно начитан, злобно умён (психолог сказал бы, что хакер имеет мощное отрицательно обаяние) и хорошо образован.

– Как это сочетается – свобода и бизнес? Впрочем, это вопрос не к вам. Давно вы здесь?

– Вторые сутки, – ответил хорошо ухоженный парнишка в кожане с золотом. Он явно воспитывался в бизнес-среде, а не в военных учреждениях.

– Что вы делаете?

– Хотим посмотреть…

– На что?

София шагнула вперёд.

Англичане посторонились.

– Там какая-то стеклянная глыба, – сообщил Ногтюк, посмотрев сквозь ажурный контур конструкции, похожей на короб из костей.

Ярд тоже заглянул в отсек.

Глыба была неправильной формы, многогранная, с тёмным ядром, и напоминала такую же, какую пленники видели в отсеке на другом конце тюрьмы. Со стенками отсека она соединялась множеством полупрозрачных растяжек.

– Что это?

– Алмаз… – неуверенно сказал третий член британской группы.

– Ох, вряд ли. И что вы хотели с ним сделать? Его же не утащишь, даже если это и в самом деле алмаз.

– Наверно, разбить на куски поменьше хотели, – развеселилась София.

Британцы промолчали.

– Центр не пробовали искать? – спросил Яродив.

– Какой центр?

– Всего этого хозяйства. Вы хоть понимаете, куда попали?

– В космос…

– Офигеть! – хохотнула София.

– Мы на Луне, пацаны! В космосе у нас вообще отсутствовал бы вес.

Глаза юных британцев стали круглыми как у осьминогов.

– На Луне?! – ошеломлённо выдавил парнишка в джинсовом «Рэнглере» с протёртыми коленями.

– Не будьте дураками, – фыркнул Эмин, – не лезьте туда, это не алмаз.

– А что?

– Яйцо динозавра! – захохотала София. – Не верите? Доберётесь до него – поверите, когда он вылезет.

Взгляд мальчишки в костюме с золотыми пуговицами сказал Ярду, что у того есть собственное мнение, что он не верит украинской «диверсионной группе» и не хочет делиться своими соображениями.

– Кого вы встречали в тюрьме?

Новый перегляд юных англичан заставил Ярда поморщиться. Это уже начинало доставать. Парни что-то скрывали.

– Роботов, – хмуро сказал самый молодой член отряда.

– Ну, хоть это вы поняли. И всё? Больше никого?

Молчание.

– Русских не встретили?

Тот же молчаливый обмен взглядами.

Ярд сплюнул в сердцах, первым направился дальше по коридору.

– Пошли отсюда.

За ним двинулись приятели.

– Мы видели русских, – прилетел в спину чей-то голос.

На ум вдруг пришла неплохая идея.

– Не хотите пойти с нами, господа из Лондона?

– На кой ляд они нам? – недовольно проговорила София. – Совсем малюки, одна обуза.

Британцы в очередной раз переглянулись.

– Мы не хотим вмешиваться…

– Во что?

– Вы же воюете с русскими?

– А вы разве нет? Насколько я знаю, ваша МИ-6 очень даже неплохо помогает нам оружием и разработкой диверсий.

Молчание длилось несколько секунд.

Ярд пошёл дальше, слыша, как юные британцы устроили тихую перепалку.

– Погодите, – донёсся тот же голос, – мы с вами.

Британцы подбежали.

– Мы согласны делать всё, что скажете, – пообещал раскрасневшийся от бега мальчишка с золотыми пуговицами.

– Кто ты в своей Британии?

– Меня зовут Стен Ли, я сын министра иностранных дел.

– Оба-на! – удивилась София. – Да он наш чоловик?!

Ярд, не ожидавший такого признания от мальчика, усмехнулся.

– Хорошо, идём, однако вам придётся ничего от нас не утаивать. Договорились?

– Йес, сэр! – неумело козырнул Стен Ли.

После встречи с псевдоящерицами в отсеке с «алмазной» глыбой компания Влада долго плутала по кишковидным коридорам, пока наконец не выбралась в тюремную зону.

Устали до чёртиков в глазах, поэтому залегли в своих камерах на жёлтых тюфяках как в пятизвёздочной комфортной гостинице, поужинав «чем бог послал», то есть автомат тюрьмы, и Влад проспал пять часов кряду, никем не потревоженный. Разбудил его тихий треск: показалось – кто-то шагает по лопающимся под ногами семечкам. Но это были не семечки. Сев на край тюфяка, Влад прислушался и понял, что из глубин тюремной зоны доносится стрельба. Вскочил, хватаясь за прутья решётки.

В соседней камере заворочался Арсений.

– По-моему, стреляют…

– По-моему, тоже.

Выбрались в коридор.

Но звуки смолкли так же неожиданно, как возникли.

– Где это?

– Не видать за закруглением, но где-то в районе наших белорусских друзей.

– Останься с Митей, я проверю.

Влад сделал рывок, как на соревнованиях по бегу на сто метров, увидел впереди могучие фигуры местных охранников и притормозил. Роботы со сплющенными головами укладывали на тележку чьи-то тела. За их спинами в беседках-камерах с двух сторон стояли свидетели происшествия, причин которого Влад знать не мог. Он с облегчением заметил сквозь прутья одной из камер фигурку Тины, затем её брата и Сёмы, стоящих чуть дальше. Значит, стрельба их не коснулась.

Сзади раздались торопливые шаги, Влад обернулся: к нему спешили Арсик и Митя.

– Я же сказал остаться!

– Нам тоже интересно, – легкомысленно пожал плечами Арсений.

Влад снова двинулся вперёд.

Роботы уложили на бесколёсную платформу тела многоножек-ящериц с развороченными и дымящимися головами (это были те самые гигантские многолапые рептилии со скорпионьими хвостами, которые застали обе тройки пленников – российскую и белорусскую – в зале с гигантской «алмазной» глыбой), обменялись свистами, не обращая внимания на зрителей.

Вспомнилась недавняя встреча компании с ящерицами.

Все ребята тогда перебежали по мостику к поясу, окружавшему глыбу, ожидая, что странные существа кинутся за ними, но многоножки не стали их преследовать. Заполнили коридор, по которому прошли путешественники, выстроились подобием клина, покачивая страшными головами, украшенными жвалами и фасетками глаз, однако так и не двинулись с места.

– Эй, лупоглазые! – крикнул Арсик. – Чего вам надо?

Его вопрос вызвал среди ящериц шквал пощёлкиваний: складывалось впечатление, что они переговариваются с помощью верхних пар лап. Потом клин ящериц дружно развернулся, и коридор опустел.

– Ты что-нибудь понимаешь? – сказал Максим, обращаясь неизвестно к кому.

– Они тоже роботы, – уверенно проговорил Арсик. – Какие-то другие, не такие, как те железяки с головами-тарелками.

– Почему они ушли?

Словно в ответ на вопрос «алмазная» глыба за спинами ребят вдруг сыграла тихую музыкальную гамму, и оглянувшимся мальчишкам показалось, что они слышат смех.

– Она… смеётся… – прошептала Тина.

– И мне показалось… – несмело сказал Митя.

– Пошли отсюда, – решил Влад.

Они перебежали по мостику в коридор, остановились, глядя на сыгравшую им глыбу кристаллов. Мостик втянулся в стену, и зрителям ничего не осталось делать, как вернуться в жилую зону тюрьмы. Решили прийти сюда позже, после отдыха…

В данный же момент на глазах свидетелей «железяки» со сплющенными головами укладывали на тележку тела расстрелянных ими многоножек, не обращая внимания на зрителей. Всего ящериц было шесть, и ни одна из них не шевелилась. Кем бы они ни являлись, роботами или живыми существами, они были мертвы.

Шлёпая расплющенными ступнями, гиганты увезли тележку, висевшую над полом без всяких опор. Влад сообразил, что хозяева ковчега владеют антигравитационными технологиями.

Тина и её спутники присоединились к отряду русских.

– Что тут произошло? – спросил он.

– Стреляли, – сказал Сёма простодушно.

– Мы не видели, с чего всё началось, – извиняющимся тоном сказала девушка. – Все спали. Потом затрещало. Здоровенные бугаи стреляли по ящерицам.

– Из чего? – спросил Арсений.

– Из плеч.

– Из плеч?!

– Точно, – кивнул Сёма. – Левые плечи у них изменили форму, раскрылись, как листья капусты из кочанов, оттуда высунулись револьверы, выстрелили, как и в прошлый раз, водяными шариками, только светящимися. Но от этих шариков головы ящериц взрывались как от попадания гранат.

– В прошлый раз шарики раскрывались без взрывов, как куски плёнки.

– Это не вода, какое-то силовое поле.

– Какая разница?

– Интересно, с чего это стали конфликтовать роботы, обслуживающие всё местное хозяйство? – проговорил Максим. – Или всё-таки ящерицы тоже здесь зэки?

– Хороший вопрос, – признался Влад. – Что-то здесь не стыкуется. Плохо, что не у кого спросить, киберы с ободранной кожей с нами разговаривать не хотят.

– Пошли к тому алмазу, – сказал Арсений. – Мне показалось, что это сервер.

– Что? – удивился Максим. – Сервер – это машина, комплекс компьютеров…

– Верно, комплекс, только не забывай, что мы не на Земле и что строили ковчег не люди. А компьютеры, кстати, могут иметь любую форму, не обязательно прямоугольную.

– Компьютер в форме алмаза… фигня!

– Хочешь, поспорим на рубль?

– На один? – прыснула Тина.

– Хорошо, на два.

– Надоели твои шутки, – пробурчал Максим.

– Прекрати, Арс, – сказал Влад, хотя говорил больше для Максима, – будь серьёзней. Может быть, ты и прав. Мне тоже кажется, что нас намеренно проводили в тот отсек с алмазом, и если это не главный центр, то один из каких-то компьютерных узлов. Пока нам не ограничили свободу передвижения, предлагаю отправиться к алмазу и попытаться договориться.

– С камнем? – скептически осведомился Максим.

– Если этот камень действительно является одним из блоков управления, он отзовётся.

– Ерунда!

– Уверен, что не ерунда, – весело возразил Арсений, не умеющий обижаться.

– Кто за то, чтобы идти к алмазу? – дипломатично спросил Влад ради соблюдения консенсуса.

Подняли руки все, кроме Максима. Впрочем, вслух возражать он не стал.

– А позавтракать? – вдруг сказал Семён. Он был крупнее и массивнее остальных мальчишек, поэтому «куриным бульоном» и «кашей» местного приготовления не наедался.

Посмеялись, но решили-таки подкрепиться «овсянкой», исправно выдаваемой автоматикой камер.

– Интересно, тут всех одинаково кормят? – поинтересовался Арсений, когда все снова собрались у камеры Тины.

– Я тоже об этом подумал, – кивнул Влад. – Нам повезло, что овсянка тут съедобная и воду можно пить. Могла встретиться какая-нибудь химия, отравились бы.

– Давайте посмотрим у соседей.

– Ага, у тех львов, – сказал Сёма.

– Почему у львов? У двутелов, они компанейские парни, не станут возражать.

– В другой раз, – отказался Влад. – Есть дела поважней.

Побратавшиеся пленники гурьбой отправились искать выход в кишку, заканчивающуюся отсеком, занятым «алмазной» глыбой.

– Может, местная еда химия и есть, – махнул рукой Арсений. – А вообще больше всего нам повезло с воздухом. Он тут практически земной. Могли задохнуться, если бы ковчег был заполнен углекислым газом.

– А то, что все зэки питаются одной и той же овсянкой, вас не интересует? – спросил Максим.

– Это проблема, – согласился Арсик. – Мне в голову не приходило думать о таких вещах. Получается, что тут собраны существа с планет, атмосфера которых идентична земной.

– Меняй голову.

Арсений расхохотался.

– Лучше уж добавить в неё допы.

– Какие допы? – не понял Сёма.

– Да хотя бы дополнительную память, скоростной интерфейс там, да и мобилу, чтобы не таскать коммуникатор.

– Ну ты и фантаст!

– Ещё какой, – легко согласился юный айтишник, – таким уж уродился.

Пошучивая, группа добралась до тупика с кругом «тоннелепроходчика».

Идти было легко, «лунная» сила тяжести в большом коридоре позволяла делать метровые прыжки. Но в кишковидных трубах возвращалась земная гравитация, и скорость движения упала. Хотя на общее приподнятое настроение это совсем не повлияло. Ребята ждали интересных встреч.

Вход в зал, где находился громадный «алмаз», был закрыт.

– Ничего, щас я его вскрою, – пообещал Арсений, доставая модуль лэптопа с проводками. Но подключиться к «черепу» запирающего терминала ворот он не успел.

Из-за закругления коридора послышались многочисленные шаги-шлепки, и к ребятам вышел отряд «терминаторов» – шесть знакомых роботов со сплющенными тарельчатыми головами.

Четверо гигантов остановились, построившись в линию. Двое направились к попятившимся ребятам. У обоих левые плечи величиной чуть ли не с волейбольный мяч, развернулись капустными листьями, обнажив стволы «револьверов».

– Эй, эй, дяди, вы чего?! – возмутился Максим.

«Латники» дружно шагнули к подросткам, растопыривая лапы, словно собираясь заключить их в объятия. Раздался неприятный скрип ножа по стеклу: роботы явно отдали команду, не заботясь о том, что их не понимают.

– Что вы хотите? – задал вопрос Влад. – Мы просто обходим трюмы ковчега.

Один из роботов шагнул к Тине, протягивая к ней длинные суставчатые лапы, и Влад, не думая о последствиях, выпрыгнул перед ним, загораживая телом девушку.

– Не трогай, урод!

Лапы потянулись к нему.

Он ударил по ним по-боксёрски – слева и справа, почувствовав их не металлическую, а скорее костяную твёрдость. Отбил! Ствол «револьвера» глянул ему в лицо.

И в этот момент в стенах слева и справа лопнули бляшки и нарывы, образуя звёздчатые дыры, засвистело со всех сторон, словно прорвало трубы под давлением, и действительно из дыр брызнули тугие белые струи пара! Миновав Влада и остальных ребят, струи безошибочно вонзились в головы роботов, окутывая их облаками, и резко сконденсировались в струйки фосфоресцирующей жидкости. Эти «локальные дожди» осели на плечи гигантов, застывая на глазах, одевая роботов в своеобразные прозрачные шлемы-накидки. Дёрнувшись раз-другой, «латники» застыли неподвижно.

Свист прекратился. Но процесс на этом не закончился.

Две большие выпуклости по обеим сторонам коридора раскрылись щелями, из них стремительно вынеслись знакомые многолапые ящерицы, запеленали застывших роботов в подобие сеток и утащили в открывшиеся щекастые люки. Щели люков сомкнулись, наступила тишина. Все участники развернувшегося поединка автоматов ковчега меж собой молча дивились на стены.

– Зашквар! – опомнился Сёма. – Ни фига себе тут порядки! Они действительно воюют сами с собой!

Арсений прокашлялся.

– По-моему, я понял, в чём дело.

– Объясни.

– Мы сейчас вне тюремного загона…

– Открытие! – фыркнул Максим.

– А роботы с головами-тарелками обслуживают именно тюрьму. Эти же ящерки обслуживают другие отсеки, а то и разные узлы автоматики.

– Алмаз за перегородкой? – сказал Влад.

– Точно, это компьютер, который управляет какой-то другой системой. Его роботы попали на ярус тюрьмы, и их ухандокали железные рыцари. В свою очередь железяки пошли за нами, и их утащили ящерки.

Максим покачал головой.

– Как у тебя всё просто.

– Так ведь всё сложное состоит из простого, разве нет? Даже искусственный интеллект состоит из кучки атомов, а, между прочим, атом по-гречески – простейший.

– Молодец, Арс! – захлопала в ладоши Тина. – Ты очень эрудированный!

– Философ, – пробурчал Максим.

Девушка повернулась к Владу, ревниво воспринявшему похвалу приятелю.

– И тебе спасибо, Владик! Врезал роботу и спас меня!

И Влад простил ей оценку Арсика.

– Да чего там…

– Герой! – ещё тише пробормотал Максим, сожалея в душе, что не совершил никакого подвига.

– Подождите, открою. – Арсик подошёл к терминалу с «черепом» и вдруг отпрыгнул назад.

«Череп» сам собой провалился в нишу, круглая ребристая плита ворот покатилась влево, открывая проход в отсек с алмазом.

Обменялись взглядами.

– Нас приглашают, – неуверенно сказал Сёма.

– Он нас понял! – радостно воскликнул Арсений, оглядываясь. – Можно я первый?

– Давай, – согласился Влад, на душу которого пролился бальзам радости: перед лицом красивой девчонки Арсик признавал его лидером.

В двенадцать часов ночи в бассейне спорткомплекса ФСБ уже никого не было, и Пётр Алексеевич с невероятным наслаждением поплавал в нём, ощущая, как из головы улетучивается дым забот, а душа парит в небесах, освобождаясь от груза дневных переживаний.

Однако за пределами здания царила душная ночь середины августа, мысли вернулись, а подсевший в машину заместитель Василий Челябов и вовсе окунул директора в суровую действительность.

– Говори, – буркнул Забойщиков, активируя мобильный: на время плавания он всегда выключал свой навороченный коммуникатор.

– Совбез ООН…

– Не надо про Совбез ООН, мне уже известно.

– Китайцы только что запустили к Луне своего «Лунного зайца». На борту двое синавтов и секретный груз.

– Сильно секретный?

– Для всех, но не для нас, – усмехнулся Челябов. – Это первый в мире летающий лунный модуль. Хотя и не пилотируемый.

Настроение директора окончательно испортилось.

– Ещё вчера корабль был готов к вылету.

– Стартовал, а модуль они назвали «Ксиэ вей» – хвост скорпиона.

Забойщиков занял место справа на заднем сиденье, подождал, пока зам сядет рядом.

– Красивое название. Саша, поехали.

Водитель «ауруса» вывел машину на Лубянскую площадь.

– Возможно, в кабину модуля загрузили и бомбу, – продолжал Челябов, – но пока это предположение. Точных сведений нет.

– Зато известно, что утром американцы отправят к Луне «Шестую Войну» с атомной бомбой на борту. Несмотря на то, что мы заблокировали запуск.

Челябов кивнул.

– Atlas VI Mission Contra War, так это звучит официально. Хотя на самом деле это именно для War, а не контра. Причём конгресс якобы запретил посылать корабль с бомбой, но Пентагон нашёл решение.

– Частная компания.

– «Вирджин аутоматикс».

– Хватит об этом. Вася, ты ведь не ради удовольствия сообщить мне известные данные встретил меня?

Челябов снова сделал паузу.

– Только что президент дал министру приказ послать к Луне лёгкую «Ангару»… якобы для испытаний лунных маркеров.

Забойщиков сглотнул, ослабил воротник.

– Минуя меня?

– Вы были недоступны, – тактично проговорил Челябов.

– Саша, красную линию.

– Включаю, – сказал водитель.

В кабине запиликал спутниковый комплекс связи. Через минуту раздался характерный голос президента:

– Пётр Алексеевич? Я вам звонил…

– Прошу прощения, Владлен Владленович, был в бассейне, – сказал правду Забойщиков, зная, что президенту наверняка доложат, где он находился.

– Я отдал приказ запустить к Луне экспериментальную В-установку.

– Мне уже доложили.

Под экспериментальной В-установкой был зашифрован волновой РЭБ-излучатель, способный на больших расстояниях сжигать электронику любого изделия военного назначения, в том числе и ракеты любого класса. В СВО она ещё не применялась, зато её можно было испытать в космосе, уничтожив компьютеры американской ядерной бомбы.

– Мне нужны все данные о китайской лунной программе.

– Работаем, Владлен Владленович, от действий китайцев будет зависеть очень многое.

– Надеюсь, американцы нас не опередят.

– Я тоже надеюсь.

– Конец связи. – Президент замолчал.

С минуту ехали молча.

В кабине «ауруса» было прохладно, мощный автомобиль ехал быстро, но плавно, и директора начало укачивать.

– Честно говоря, я восхищаюсь американцами, – со вздохом признался Челябов.

– Да, – очнулся Забойщиков. – Как бы мы ни ёрничали, смеясь над ЦРУ, оно у них работает великолепно. Вдолгую и мощно. Мы не всегда успеваем реагировать, хотя обязаны. Ведь мигранты – это их рук дело, давно готовились, не говоря уже о подкупе наших больших чиновников.

– И я о том же. НАТО у наших границ, на Украине воюют солдаты вермахта, французы, англичане, американцы, поляки, Казахстан и Армения понемногу откалываются, либерасты в России растят уже не пятую, а шестую колонну, предатели проникли во все органы власти…

– Окстись, Вася, – прервал заместителя Забойщиков. – С твоих слов можно подумать, что мы всему этому потворствуем.

– Не потворствуем, – с тем же тяжким вздохом ответил Челябов, – работаем, все аналитические доклады кладутся на стол президенту, но ничего позитивного не происходит.

– Не перегибай палку, генерал. Президент тоже человек и способен ошибаться. К тому же надо признать, что он слабее российского олигархата. Однако позитивное есть, если сравнить то, что было два года назад, и сегодняшний день. Мигрантов окоротили, коррупционеров стали сажать намного чаще, в том числе военных, начали давать ответки ворам за рубежом, оттяпавшим наши миллиарды, экономика подтянулась.

– Ага, вы ещё о росте заработной платы напомните, – фыркнул Челябов. – Премьер с трибуны объявляет цифру средней зарплаты по стране восемьдесят тысяч рублей, а народ в глубинке получает и двадцать, и десять.

– Издержки неизбежны, не подъялдыкивай. Уберём с постов сислибов – министра финансов и главу Центробанка…

– И будет нам счастье! – грустно рассмеялся Челябов.

– До счастья далеко… – Забойщиков помолчал, – как до Луны, однако я верю в свет в конце тоннеля.

– Если только это не идущая навстречу электричка, – пошутил заместитель. – Так что будем делать с Луной, Пётр Алексеевич?

– А что ты с ней сделаешь? Это же тебе не камень в почках: тот хотя бы удалить можно.

– На ней сидит пришелец, похватавший чуть ли не сотню детей из разных стран.

Машина выехала за МКАД, разогналась.

Забойщиков молчал. Наконец произнёс:

– Детей надо спасать.

– Как? Взрывать его атомной бомбой, как предлагают американцы, нельзя, послать спасателей мы не можем, это не рыбаков со льдины ссаживать. Что остаётся?

– Президент сделал правильный выбор. Наш волновик отрубит электронику американской ракеты и попробует дистанционно установить контакт с зелёными человечками.

– Может быть, они чёрные.

– Не вижу разницы.

– Наши ВКС и сейчас пытаются связаться с пришельцем, пусть и безрезультатно. Он не отвечает ни на наши запросы, ни на вызовы спецов по связи других сторон.

– И каждый ищет свою выгоду.

– Увы, таково человечество, Вася. Самый страшный его порок – жажда власти! Ценой ли жертвы, ценой ли жизни других людей или ценой чудовищных преступлений, денег, лжи, подлости, обмана, предательства, но – власти! И это неискоренимо.

– Философы с вами поспорили бы, Пётр Алексеевич.

– Я не философ, я практик и плевать хотел на мнения и рассуждения политиков, особенно либерального толка. Меня больше заботит судьба детишек.

– Меня тоже, – кивнул Челябов. – Интересно, как там наши ребятки, живы?

– Узнал фамилии?

– Это трое подростков двенадцати, пятнадцати и шестнадцати лет. Летели из Петропавловска-Камчатского в Казань на соревнования по прикладному мастерству.

– В двенадцать лет – и уже член команды?

– Нет, Митя сын руководителя группы Кулика, а участники – Владигор Седов, спец по механике, этому шестнадцать, и Арсений Баловнев, айтишник. О них говорят только хорошее.

– Справятся с таким испытанием?

– Должны. Кстати, вам показывали снимки пришельца?

– Прислали целый пакет, но я не успел толком разглядеть.

Челябов достал из внутреннего кармана пиджака смартфон, высветил экран, протянул Забойщикову.

Директор ФСБ с любопытством вгляделся в необычной формы изображение инопланетного гостя. Больше всего он был похож на юлу, сплетённую из множества ветвей и жил, испещрённую сотнями каверн, ям и колючих наростов.

– Птичье гнездо, – хмыкнул Пётр Алексеевич.

– Скорее коралл или кусок мха. На самом деле это синтез в разных диапазонах электромагнитного спектра, причём не всегда видимый. Большую часть времени этот коралл невидим. Длина по большой оси почти три километра, толщина в центре эллипсоида четыреста метров.

– Неужели этот коралл летает?

Челябов спрятал коммуникатор.

– Писатели-фантасты напридумывали столько форм космических кораблей будущего, что коралл уже не оригинален. Скорее всего, похитители детей выращивают такие объекты и владеют антигравитацией. В космосе нет воздуха, трение отсутствует, и геометрия звездолёта может быть любой.

– Зачем инопланетянам понадобилось заниматься киднеппингом?

– На эту тему в соцсетях развернулись целые баталии. Однако объяснений, способных удовлетворить всех, нет.

– На Украине наёмниками и нацистами распространена целая охота за детьми. Причины две: разборка на органы и воспитание звериных русофобов.

– Думаете, инопланетяне тоже занимаются охотой?

– Не знаю, но благих целей у такой охоты просто не существует. Может, над детьми буду проводиться какие-то эксперименты, а может, и в самом деле их ловят для расчленения.

– Я не столь пессимистичен, Пётр Алексеевич. Для второго варианта инопланетяне должны быть людьми, хищниками, ну или по крайней мере гуманоидами, чтобы им подходили человеческие органы.

– Кто-то из классиков сказал, что люди – самые опасные и страшные хищники во Вселенной.

– Не соглашусь, но в человеке и в самом деле с рождения присутствует сила, отвращающая его от Бога. И вектор этой силы существенно растёт от года к году.

– Ты верующий?

– Меня крестили… и да, я верующий.

– Я не знал.

– А я готов верить в любую конструкцию, если она поддерживает в нас доброе начало. Вы не читали, случайно, Дэвида Геммела?

– Кто это?

– Английский писатель, автор крутых фэнтези-романов.

– Английский?

– Один из самых сильных, посильнее Толкина на мой взгляд. Разумеется, он плоть от плоти англосаксов, но часто высказывает очень дельные мысли. В романе «Нездешний» он писал, почти дословно: «Вы говорите, Господь создал Вселенную. Большая ошибка. Потом он создал человека. Ещё более крупная ошибка. Как я могу поклоняться тому, кто совершает такие жуткие ошибки?»

– Забавно, – усмехнулся директор. – Примерно так же думал и я. Во всяком случае, на моей памяти Господь ещё ни разу не откликнулся на просьбу о помощи. Но бог с ним, с Богом.

Челябов издал смешок.

– Неплохо звучит.

– Тавтология, – недовольно сказал Забойщиков. – Давай думать о наших насущных делах. Мне нужны точные данные о китайском «Хвосте скорпиона».

– Утром будут, – пообещал заместитель.

Они были бы простыми пацанами, воспитанными улицей, если бы не война.

С две тысячи четырнадцатого года их воспитывала какая-никакая, но школа. Когда началась специальная военная операция России на нацистской Украине, всем троим ещё не хватало возраста, чтобы получить паспорта, и все учились в последних классах киевских школ. Но в условиях жесточайшей антирусской пропаганды школьники быстро переняли жуткую агрессивную политику взрослых, и к своим пятнадцати – восемнадцати годам бывшие мальчишки из задиристых хулиганов превратились в полузверей, не считавших людьми никого, кроме таких же нацистов, как их отцы. Они и здесь, оказавшись на борту Собирателя жизней, начали вести себя в привычном стиле, пытаясь унизить и подчинить других юных пленников, в большинстве своём оставшихся испуганными детьми.

Когда шестёрка «лыцарей» окружила их, наставив на «славных щирых укров» стволы плюющегося «водой» оружия, они быстро поняли, что сопротивляться не стоит, и поплелись в кольце роботов по коридору в направлении на тупик, инстинктивно сложив руки за спиной, как это делали взрослые заключённые в тюрьмах.

– Надеюсь, нас не на расстрел ведут? – прогундосил побледневший Эмин.

– За шо?! – огрызнулась вспотевшая София точно с интонацией известного анекдота.

– За драку.

– Тю, бовдур, где ты видел, чтоб дома за драку расстреливали?

– То дома, а то тут.

– Заткнитесь оба, – буркнул Яродив, убеждённый в том, что роботы понятия не имеют о взаимоотношениях людей на Украине. Было ясно, что им была дана команда не просто успокоить драчунов, а отвести их к начальству, и это беспокоило и одновременно давало надежду на выяснение причин захвата молодых землян и жителей других планет.

Подумав об этом, Ярд передёрнул плечами и рассмеялся. Только сейчас он осознал, что и в самом деле находится на борту космического Левиафана, глотавшего людей как гигантский кит в какой-то древней легенде.

– Ты чего ржёшь? – оглянулась София.

– Не б…и, трусяра! Если бы нас хотели грохнуть, уже грохнули бы. Нас ведут на допрос, выкрутимся.

– Чего ты так уверен?

– С того, что у меня есть мозги. Будут спрашивать – молчите, отвечать буду я.

Процессия прошествовала до развилки четырёх кишковидных коридоров, и первые два робота вдруг полезли в трубу, уходящую вниз. То есть не полезли, а прыгнули в дыру тоннеля, плавно уходя в его глубины.

Идущая впереди София попятилась.

– Охренели чи шо?! Я вам не птица!

Шедший сбоку робот цапнул её за талию, приподнял.

Девушка заорала, начала сопротивляться, но Ярд крикнул:

– Не дёргайся, он хочет нести тебя!

– А если бросит?!

– Не бросит.

Ногтюк перестала отбиваться.

Робот легко подскочил в воздух и начал опускаться в отверстие тоннеля с пленником в лапах.

К Эмину подошёл ещё один, парень попятился, но встретил взгляд приятеля и с кривой улыбкой приподнял руки в стороны. Робот обнял его за талию, нырнул в люк.

Третий робот шагнул к Ярду, протягивая лапы, похожие на суставчатые кости человеческого скелета. Его левое плечо оказалось так близко от Ярда, что у молодого хакера мелькнула мысль выдернуть из него излучатель. Однако дальше мечты мысль не полетела. Роботы трижды применяли эти странные «револьверы», стреляющие огромными «водяными» каплями, которые не только отшвыривали сопротивлявшихся, но и разносили головы ящерицам. «Револьверы» однозначно стреляли электрическими или силовыми импульсами. И даже если мощность импульсов можно было изменять, регулировать силу оружия Ярд не умел.

Его подхватили и унесли вслед за спутниками в бликующую масляным блеском мятую трубу.

Спуск длился несколько секунд. Преодолев изгибающийся петлёй отрезок коридора длиной в сотню метров, роботы поставили ребят на пол точно такого же коридора, по каким они уже бродили, но короче. В полусотне метров он заканчивался, упираясь в круглую серую плиту, которую пересекали крест-накрест мощные балки. В центре плиты виднелся выступ странной формы, напоминающий лошадиный череп. Ярд догадался, что плита является перегородкой, и за ней располагается какой-то важный отсек, судя по массивности плиты.

Но повели их не к перегородке.

Сразу за закруглением коридора первый «лыцарь» коснулся лапой двухметрового вздутия на стене, оно лопнуло, края щели распахнулись губами исполинского рта, и роботы втолкнули пленников в помещение с неровными, белыми в серых разводах стенами, усыпанными бляшками, волдырями и наростами. Светильников в помещении видно не было, и светился сам потолок, как и везде в других помещениях и коридорах космического пришельца.

В центре помещения лежали два белых саркофага, напоминающих ванны, накрытые прозрачными крышками. К ним тянулись каскады трубок, вылезающие из стойки, напоминающей формой огромного паука. Вместо головы у «паука» светилась изогнутая панель с десятком мигающих индикаторов.

Трое роботов посчитали свою миссию выполненной, отпустили парней и вышли. Остался один.

Ярд с недоумением посмотрел на него.

– Ну и что дальше?

Робот двинулся к пауку, потыкал пальцами в окошки и наросты, и крышки «ванн» с тихим скрипом начали открываться. Внутри саркофагов протаяли ребристые полости, напоминающие рыбьи скелеты.

Вернувшиеся «лыцари» притащили такого же, как они, робота, уложили в одну из «ванн».

Стоящий у стойки робот сделал понятный приглашающий жест, указав на вторую «ванну».

– Лезть туда?! – выкатила глаза София, отступая. – Ни за что!

Робот ловко схватил её за плечо и швырнул к саркофагу, как ядро.

Девушка ударилась боком о край саркофага, упала, но «лыцари» подхватили её и засунули барахтавшуюся в пустую «ванну».

– Наволоч! – донеслось оттуда. – Отпустите, лярвы!

– Не метушись! – посоветовал в ответ Яродив. – Нас, наверно, хотят просветить рентгеном или томографом.

– Этот хмырь мне плечо вывихнул!

– Потом поставим на место, лежи.

Робот у стойки наклонился к Ногтюку, начал расстанавливать по рукам и голове разные чашки.

– Я не хочу! – взвыла София.

– Лежи, если хочешь жить! – рявкнул Ярд.

София умолкла.

Робот вернулся к аппаратной стойке, повозился.

«Ванну» накрыла крышка.

Раздался тихий свист, потом бульканье. На панели «паука» перемигнулись огни.

Эмин, открыв рот, посмотрел на Ярда, но тот молчал.

Робот подождал немного, снова потыкал пальцами в панель, крышка саркофага поднялась.

Собратья оператора вытащили безвольное тело Софии, затолкали его в люк, открывшийся в стене. Затем тем же манером вытащили робота, лежащего во втором саркофаге, поставили у стены.

Робот-оператор повернулся к Эмину. Тот попятился, затравленно озираясь.

– Не раздражай их, – посоветовал Ярд, уже сообразивший, что происходит. – Они всё равно сделают свою работу.

– Какую?

– Узнаешь, залезай.

– А сам что не лезешь?

– Я за тобой.

Эмин поёжился, но, заметив придвигающихся к нему «лыцарей», полез в первый саркофаг.

Роботы принесли ещё одного «лыцаря», уложили во второй.

Эмина обклеили датчиками, крышка закрылась.

Повторилась процедура с Софией, в результате которой роботы сменили содержимое второго саркофага, поставив коллегу рядом с фигурой первого робота, а тело Эмина засунули в люк рядом с тем, куда поместили Софию.

Яродив без подсказки, стиснув зубы, лёг в первую «ванну», вытерпел процесс подключения его к «томографу», как он думал, выбрал позу на спине и затих.

– Начинайте, я готов.

Крышка «томографа» закрылась, в глазах потемнело.

– Свет… – машинально пробормотал Ярд.

В потолке родилось красное световое пятно, рассеивая мрак. Раздался лязг и за ним серия щелчков.

«Точно томограф!» – с удовлетворением подумал парень и начал тонуть в сером прозрачном тумане. Через несколько секунд он перестал что-либо воспринимать, кроме усиливающегося гула. Ушам стало больно. Он пошевелился… и потерял сознание окончательно.

Пробуждение оказалось сродни всплытию из глубокой пропасти, заполненной не водой, а тем же сизым дымом. Он вынырнул из него, барахтаясь и глотая ртом свежий воздух, подхватился, стукнулся обо что-то головой и открыл глаза.

Ярд уже не лежал в теснине «томографа», овеваемый потоком холодного воздуха, насыщенного запахами сгоревших костей, а стоял у стойки рядом с двумя «лыцарями». Ещё трое таких же уродов стояли напротив, не спуская с него взглядов чёрных очков. Дым в голове начал оседать в отрывочные воспоминания: его несли жёсткие твёрдые руки, всунули в сетчатый мешок, который загорелся, но струя пара погасила огонь, а струйки пара пронзили голову, порождая странные видения…

Кто-то закричал!

Яродив с трудом повернул голову, не понимая, что ему мешает.

Кричал робот, стоявший рядом. Умолк, начал размахивать лапами, сделал шаг, споткнулся, чуть не упал. Но «лыцари» не стали помогать ему, поскрипывая динамиками животов. Робот выматерился картонно-железным голосом, и Ярд понял, что внутри робота сидит София! Вернее, стало понятно, что сознание Ногтюк только что переписали в голову «лыцаря».

София снова закричала.

– Потише, болван, – пробормотал Ярд.

Робот замолчал, повернулся к нему.

– Ты?!

– Я, успокойся.

– Что со мной сделали?!

– Что и со всеми: залили всю нашу мысленную базу в мозги роботов.

– Твою же!.. Ну не сволота?! Всю башку мне истыкали свёрлами! Думала – хана!

Ярд невольно усмехнулся.

– Никто твою башку не сверлил.

София провёла лапами по сплюснутой голове, подёргала руками, переступила с места на место.

– Во б…ь! Точно, ни одной дырки! А впечатление такое, будто меня всего изрешетили. Всё тело чешется.

– Тело твоё лежит сейчас в гробу, – раздался голос очнувшегося Эмина.

– Шо?!

– Ты теперь чувствуешь тело робота, а не своё собственное, привыкай.

– Ну… во!

– Круто, Стилет, – похвалил приятеля Ярд. – Быстро ты врубился.

– Так к этому всё и шло.

– Зачем они нас перезаписали? – прохрипела София.

– Наверно, чтобы потом контролировать.

– Сучий потрох! Я им покажу, как меня контролировать! Кровью харкать будут!

– Кто?

София озадаченно потёрла «лицо» лапой.

– В первую очередь те, кто меня сверлил.

– Храбрая моя. Здесь всем управляет автоматика.

– Но ведь и автоматикой кто-то командует?

– Тебе тоже голову сверлили? – вместо ответа осведомилась София.

Стилет не удивился.

– Не то чтобы, но процедура неприятная.

– Мне сверлили.

Эмин хихикнул.

– Оно и видно. Просто нас просвечивали всякими аппаратами, вот и показалось, что сверлили. Ничего не помнишь?

– Что-то сверкало… потом щёлкало… и как отрубило.

– А ты что помнишь? – Робот Ярда повернулся к роботу Эмина.

– Почти ничего, – мрачно ответил тот. – Стало темно, потом начали пыхтеть.

– Значит, вы совсем глухонемые.

– А?! – в один голос воскликнули спутники.

– Что значит глухонемые? – осведомился робот Софии. – Мы всё видели и слышали… пока не сомлели.

– А мне кое-что впихнули в мозги.

– Да ладно, – не поверила София.

Ярд напрягся, и в голове расцвёл целый букет цветных дымков, каждый из которых нёс определённую информацию. Хакер мысленно коснулся синего фонтанчика, и в сознании развернулась красивая, ажурная, многоуровневая конструкция эллипсоидной формы, разделённая на секции. Больше всего она была похожа на дыню, сотканную из десятка ярусов, и одновременно на гранат, зёрна которого равномерно заполняли секции-яруса. Были внутри и более крупные зёрна, и одно из них мигало красным свечением.

Ярд попытался заглянуть внутрь «зерна» и буквально наткнулся на внимательный изучающий взгляд. Испугавшись, «сдал назад», зацепив по пути несколько мелких зёрен и дымков, и оказался в теле, ставшем для него своим. Выдохнул застрявший в горле воздух, закашлялся.

Приятели смотрели на него как зачарованные, открыв рот.

– Ты чего, босс? – пробормотал Эмин.

В теле сервисного робота Ярд не мог вспотеть, но ощущения были похожи. Помолчал, разбираясь в том, что видел, не обращая внимания на спутников. Они переглядывались, мялись, не понимая ступора «босса», но терпеливо ожидали его команды. Попятились к нему, когда в помещение «томографов» прошлёпала ещё одна тройка роботов.

– Босс… – забеспокоился Эмин.

Ярд очнулся, абсолютно без страха глянул на гигантов в лишённых кожи мясо-костяных «доспехах», махнул им рукой, и все шестеро, в том числе и оператор, вышли из помещения перезаписывающих «томографов».

– Босс?! – проговорила София.

Ярд расправил неимоверно широкие плечи.

– Всё в порядке, они больше не будут нас контролировать.

– П-почему?!

– Потому что мы теперь главные.

«Лыцари» поворочали карикатурно-тарельчатыми головами.

– Колись, – сказал Эмин, – что ты узнал?

– Мы на борту Собирателя…

– Где?

– Слушайте и не перебивайте. Мы на борту космоплава, исполняющего роль Собирателя.

– Собирателя чего?

– Жизней, ну или душ, если хотите. Его послала какая-то мощная цивилизация из центра нашей Галактики, чтобы он собрал достаточное количество интеллектуальных оболочек… как-то так, по-моему. И нам предложили роль операторов контроля.

– Чего?! – не поняла София.

– Надзирателей, если проще. Ещё раз для непонятливых: мы на борту Собирателя, летающего по Галактике и собирающего энергетически сильных особей.

– Бред! – выдохнул Эмин. – Повтори по-нашенски.

– По-нашенски или по-человечески?

– Что за шутки, босс?

– Это не шутки, Стилет. Нам дают возможность стать тут типа надзирателями. Согласны?

Приятели, превратившиеся в роботов, оторопело переглянулись.

– И что мы должны будем делать? – осведомилась София.

– Следить за порядком, ухаживать за главным ботом, искином, его зовут Надумиум.

– Ещё раз? Искин – это…

– Искусственный интеллект.

– Надумин – имя?

– Надумиум, мне так послышалось. Он заправляет всеми другими искинами на борту Собирателя. По сути, это узловые искусственные интеллекты, только поменьше. Больших пять и ещё куча мелких. Они отвечают за работу всех автоматических систем.

– Не понял!

– Я сам не сильно понял, зачем тут столько ИИ-ботов. Одного из них Надумиум назвал Охраниумом.

– Не Охрениум? – гулко захохотал Эмин.

– Дурак. Этот Охраниум ведает защитой Собирателя и не всегда подчиняется Главботу, нередко действуя вопреки его приказам.

– Как такое может быть? Они же… машины…

– Скорее компьютеры, потому что не имеют конечностей. Их происхождение то ли полурастительное, то ли минеральное. Во всяком случае, я так понял.

– Так они растения?!

– Разумные грибы! – прыснул Эмин.

– Не растения и не грибы, какие-то биокристаллы скорее. Мы на эту тему с Главботом ещё поговорим. Короче, предлагаю войти в бригаду телохранов Надумиума.

– Как будто у нас есть выбор, – буркнула София.

– Правильно, нет.

– А какие у нас будут права?

– В смысле?

– Ну мы можем приструнить других пацанов? Особенно колорад?

Ярд выпятил губы, размышляя над словами приятельницы.

– В принципе можем.

– Тогда в первую очередь надо уконтрапупить русских! Да и белорусских ватников тоже! Высадим их на Луну, да и дело с концом!

– Вряд ли нам разрешат это сделать, не для того Собиратель выкрал их прямо с борта самолёта. Но мысль, – Яродив пошлёпал ладонью по плечу робота-Софии, – хорошая. Будем иметь в виду. Ну что, пошли знакомиться с коллегами?

– Куда?

– Во-первых, покажу самого Надумиума, он тут, рядом. Потом объявим всей местной диаспоре роботов, кто мы есть.

– Какой диаспоре?

– На самом деле роботы представляют собой механические оболочки, костюмы. В сплющенной башке у каждого прячется интерфейс, подчиняющийся носителю, то есть информационному блоку, в который перекачивается память носителя.

– Ни хрена не понял!

– То есть я теперь командую своим носителем? – поинтересовался более образованный Стилет.

– Молоток, мыслишь в правильном направлении. Хозяином может быть кто угодно, любой человек или зверь. В том числе инопланетянин. Кстати, сейчас командой ботов управляют какие-то аборигены с планет, которые раньше посетил Собиратель. Но они не удовлетворяют запросам главного бота, и Надумиум хочет их поменять. Мы ему подходим. Он для этого и пересадил наши мозги в интерфейсы костюмов.

– В эти консервные банки?! – недоверчиво проговорила София.

– Лично мне моё тело нравится, – сказал Эмин.

– А наши настоящие тела не выбросят?!

– Придётся верить, друже Ногтюк, что не выбросят, у нас действительно нет выхода. Зато станем командовать всеми.

Бот Софии нехотя кивнул.

– Соглашусь, но только в том случае, если нам пообещают вернуться домой… и разрешать угрохать орков!

– Это я тебе и сам могу обещать. Так что, вперёд?

– Не нравится мне это…

– Конкретнее, что именно? Ты против?

– Нет, но… уж слишком просто всё объясняется. Может, ты неправильно понял этого… Надума? И вообще подозрительно, шо нам всё разрешено. Как ты мог понять Главбота, не зная его языка?

– Он не разговаривает словами, а передаёт мысли. К тому же я айтишник, много знаю и хорошо запоминаю.

– А мы, стало быть, бовдуры.

Ярд мысленно выругался. Похвастаться умом София не могла, но бодаться с ней не имело смысла, нацистка в натуре была мстительна.

– Если не хочешь идти с нами, оставайся. – Бот Ярда оглядел помещение, подошёл к стене, противоположной входу с коридора, постучал в неё лапой.

В стене раскрылся «рот» двери.

Бот Ярда направился к ней.

Бот Эмина молча постучал пальцем по «лбу» над поясом очков, последовал за хакером.

София, похоже, вспомнила, что оператор «Манкурта» не зря получил кличку Бешеный Ярила, и торопливо засеменила за обоими.

Выбрались из блока «томографов» в соседнее помещение, стены которого представляли собой нечто вроде пчелиных сот с ячеями величиной с окно многоэтажки. Помещение имело овальную форму, вдоль его стен стояли странные кактусовидные стойки, а в конце виднелся круг с массивными перекладинами, на котором торчал механизм, похожий на лошадиный череп.

Ярд повернул туда, остановился перед черепом, приблизил к нему «лицо», не касаясь руками.

Выступ с лязгом ушёл в выемку под ним, защёлкали невидимые шестерёнки (звук напоминал этот процесс), круглая массивная плита укатилась влево, открывая вход в зал, освещённый тусклым жёлтым светом с потолка. Ярд спокойно шагнул вперёд, остановился на краю обрыва.

Зал имел сферическую форму, стены его покрывал замысловатый узор выступов и вмятин, а в центре висела, поддерживаемая множеством растяжек из тусклого стекла, кристаллическая глыба эллипсоидальной формы размером с бронетранспортёр. Она состояла из множества кристаллов преимущественно кубической формы, врастающих друг в друга и сверкающих как алмазы. Они были разных размеров, от сантиметра и примерно до двух дециметров, и в самых крупных мигали красные огоньки. Снизу из дна глыбы вырастал странный нарост, постепенно чернеющий к острому концу. Больше всего он напоминал гриб-трутовик конусообразной формы.

– Алмаз! – ахнула София из-за спины Яродива. На грибообразный нарост она внимания не обратила.

Хакер качнул головой.

– Скорее друза кальцита или кварца. Но таких огромных кристаллов на Земле не существует.

– Они драгоценные?

– Нет, хотя используются в технике. А что?

– Отколупнуть пару и продать.

– Вылупок! – хмыкнул Эмин. – Это ж, наверно, и есть мозг Надума?

– Молодец, сообразил.

София смущённо почесала затылок чисто человеческим жестом.

– Кто ж знал, что это мозг? Кстати, он смотрит на меня…

Яродив тоже чувствовал на себе будоражащий нервы взгляд глыбы, но сдержался, чтобы невольно не выдать приятелям своего страха.

– Уходим, он приказывает поторопиться.

– Он что, разговаривает с тобой?

– Наверно, в башке этого костюма есть рация. Вылезайте, здесь делать нечего.

Выбрались в «приёмную» Надумиума, и плита защиты зала встала на место.

В помещении появились три «лыцаря».

– Ведите, – сказал Ярд равнодушно – специально для спутников, чтобы подчеркнуть свою «великость».

Роботы послушно повернулись и затопали по коридору в обратном направлении.

– Охренеть! – пробормотала София. – Почему они тебя слушаются?

– Потому что Надумиум подчинил их мне, – небрежно бросил Ярд.

– Только тебе или нам всем?

– Командующий должен быть один! – Хакер ухмыльнулся.

– Я тоже хочу.

– Ботов тут много, ходят тройками, и ты будешь командовать одной из них.

– Ладно, – повеселела Ногтюк.

Дошли до развилки коридоров, где компанию ждал ещё один бот.

Роботы впереди подпрыгнули, направляясь в верхний тоннель.

Ярд последовал за ними.

– Э-э… а мы? – вскричала София.

– Прикажи костюму лететь, – донёсся ответ хакера.

София попыталась отдать мысленный приказ, не смогла, напряглась и рявкнула:

– Поднимайся, падла!

Её оболочка прыгнула вверх, унося завопившую хозяйку.

– Эх ты, вылупок!

Эмин с хохотом последовал за приятельницей.

Какое-то время мальчишки побаивались появившихся ниоткуда ящериц, потом более или менее пообвыкли и беседовали с «алмазом» в его «рубке» с детской доверчивостью и простотой, порождёнными ещё не окончательно рухнувшим из-за засилья ЕГЭ и «коучей» российским воспитанием.

А началось всё с того, что кристаллическая глыба в центре зала, куда группа добралась без особых приключений, вдруг начала с ними разговаривать.

После того как Арсик открыл вход, к ним штриховыми очередями потянулись лазерные лучи, ощупывая гостей, что ненадолго привело Тину в ужас, – а потом послышался голос, тон которого показался Владу приятным. Правда, язык был странным, будто щёлкали кастаньеты, но щелчки не несли угрозы и на выстрелы не походили. Зато в них отчётливо слышался вопрос.

– Что он сказал? – прошептала Тина в ухо Владу.

– Наверно, спрашивает, кто мы, – ответил он. – Извините, мы не поняли. Повторите вопрос.

Прилетела ещё одна очередь щелчков.

Одновременно в толще крупного кристаллического массива проросли два горизонтальных кристалла, образующие нечто вроде губ, над ними загорелся круглый глаз, подмигивающий жёлтым свечением.

– Кажется, он нас приглашает…

– Ждите, я подойду. – Не спрашивая разрешения, Арсик постучал каблуком по канту обрыва, из стены под ним выкатился прозрачный язык и дотянулся до глыбы, охватив её со всех сторон.

Айтишник перемахнул мостик, внимательно вгляделся в мигающий круг. Показалось, что в голове тихо прошелестел ветерок. Из ниши под «губой» вылез самый настоящий пупырчатый лист лопуха, превратился в перепончатый шлем.

– Хочешь, чтобы я его нацепил? – неуверенно проговорил парень.

– Арс, осторожнее! – воскликнула Тина.

– Мы присоединимся, – добавил Максим.

Влад промолчал, упустив инициативу.

– Не надо, стойте пока там, – отмахнулся Арсений.

Потрогал «шлем», материал которого был тёплым и шершавым на ощупь, как гусиная кожа. Справившись с ознобом, надел лист на голову.

Ударило в виски и в горло – словно после хорошего глотка шампанского!

Арсик едва не свалился с кольца, но под дружный крик товарищей изогнулся и удержался на самом краю. Поправил «шлем». В ушах проклюнулись тихие шепотки, складываясь в слоги. Эти «слоги» начали объединяться в слова, и Влад с изумлением уловил в них знакомые словосочетания.

Так обыденно и просто и произошёл контакт российско-белорусских школьников с Охраниумом. Во всяком случае, слух контактёра именно таким уловил имя искусственного интеллекта, одного из компьютеризированных систем Собирателя.

Первые несколько минут они привыкали друг к другу.

К Арсику подбежали остальные пленники, но он отказался от помощи, предложенной Тиной, и не снял лист-шлем, осевший на голову как вторая кожа.

Охраниум оказался искином, обеспечивающим защиту космоплава (он же ковчег) и охрану важнейших узлов.

Всего система управления космоплава состояла из пяти таких блоков, главным из которых являлся Надумиум, и множества подсистем, являющихся, по сути, узлами автоматики. Кроме Надумиума и Охраниума в пул главных ИИ входили Надзаботиум, исполняющий обязанности командующего надзирателями-ботами, Обслужиум, управлявший бытовым хозяйством, и Смотриум. Последний отвечал за информационное обеспечение Собирателя.

Беседа с Охраниумом утомляла не меньше, чем рытьё канав, и Арсений признался, что перестаёт понимать искина, нередко употребляющего незнакомые термины. Вероятно, русским языком главный охранник ковчега владел не очень хорошо.

Влад попытался проделать тот же трюк со связью с искином с помощью шлема-лопуха, но не преуспел. Охраниум разговаривал с ним мысленно, порождая странное эхо, и понять его было трудно.

– Не понимаю, – с досадой признался он. – Ты хоть что-нибудь понял?

– С пятого на десятое, – ответил смешком Арсик, – просто надо привыкнуть. В звуковом диапазоне он не разговаривает. Но я понял, что он учится переводить свои мысли на известный язык.

Попробовали разговаривать с Охраниумом и остальные, однако тоже не смогли получить ответы на свои вопросы.

Через несколько минут Арсик отдышался, натянул на голову странный девайс в виде лопуха и попросил вслух водички.

– А то горло пересохло, – виновато скривился он.

– С водой у нас хреново, – так же виновато ответил Влад. – Ни фляг нет, ни бутылок.

Внезапно в отверстии выхода в тоннель появилась страшномордая ящерица, держа что-то четырьмя верхними лапками. Шмыгнула по мостику к попятившимся ребятам, протянула Владу прозрачный цилиндр величиной с полулитровую бутылку, но без горлышка. Цилиндр был заполнен прозрачной жидкостью.

– Зашквар! – пробормотал Семён. – Вода?!

Влад взял странную бутылку, и ящерица мгновенно выбежала из зала.

Отверстий цилиндр тоже не имел, но стоило его повернуть с торца на торец, как из нижнего брызнула струйка. Влад перевернул бутылку, вода течь перестала. Повернул обратно – полилась, хотя по-прежнему в торце не было видно ни щели, ни дырки. Пришлось запрокинуть голову и поднять бутылку, чтобы вода попала в рот.

– Не водка? – пошутил Сёма.

– Чистая вода, – сказал Влад, передавая цилиндр Арсику. – Пей, ты просил. Выходит, наш друг понял тебя?

Арсений хотел было отхлебнуть, но вспомнил о Тине.

– Пей ты первая.

По очереди глотнули воды и остальные.

– Как он понял, что ты хочешь пить? – осведомился Максим.

– Охраниум слышит всё, о чём мы говорим, но отвечает только мысленно. Ничего, скоро изучит наш язык и будет отвечать понятно.

– Почему он разговаривает только с тобой?

– Потому что я самый сообразительный! – расхохотался айтишник.

– Хвастун! – пожурила мальчика Тина.

Глаза Арсика раскрылись шире.

– Да… слышу…

Ребята обменялись взглядами.

Какое-то время юный айтишник молчал. Кивнул:

– Хорошо… повтори… когда это произошло?

Наступила пауза.

– Хорошо, я понял… дальше…

Арсик снова замолчал, но уже минут на десять, иногда кивая сам себе или озадаченно теребя ухо.

Наконец беседа закончилась. Арсений потёр лоб дрожащей ладонью, затуманенным взором обвёл ребят, обступивших его с трёх сторон, слабо улыбнулся.

«Лист лопуха» внезапно сам собой слетел с его головы и втянулся в «рот» «алмаза».

– Рассказывай, что он тебе вещал! – потребовал Максим.

– Здесь неуютно, пошли в кафе.

– Куда?!

Арсик засмеялся.

– Охраниум предложил посидеть в ВИП-зале. Влад, тебе он не предлагал?

– Нет, – мотнул головой шеф отряда, обидевшись, что Охраниум не сказал ему ничего существенного. – Мы, по сути, не говорили.

– Да объясни ты толком! – рассердилась Тина на Арсения.

– Пойдёмте, тут недалеко, и я всё расскажу. – Айтишник первым ступил на мостик.

Приходили в себя долго, осваиваясь в новых телах внутри «космических скафандров», на самом деле представляющих собой живые организмы, ранее принадлежавшие разумным обитателям каких-то планет Галактики.

Ярду первому удалось сделать это, поскольку, будучи классным айтишником, он обладал хорошей памятью, умением находить победные варианты в компьютерных играх и воображением. Последнее пригодилось даже больше остального, потому что ему пришлось искать нужные «кнопки» при отсутствии инструкций. В конце концов он сообразил, что можно командовать телом мысленно, и дело пошло.

Эмин тоже разобрался в управлении носителем достаточно быстро, обладая неплохой реакцией и сообразительностью уличного бандита. Притом, что он воспитывался в семье украинского миллионера в духе национального превосходства, не будучи украинцем.

Софии пришлось втолковывать то, что товарищи освоили без подсказок, поскольку, несмотря на бычью силу, сравнимую с мощью взрослого человека, Ногтюк была туповата и воспринимала советы с точностью до наоборот. Однако и ее сознание наконец устроилось в «скафандре» робота, хотя изредка она забывал, что надо всё время приказывать телу, чтобы оно двигалось в нужном направлении, а искусственные лёгкие бота продолжали снабжать «мышцы» кислородом.

После небольшого расслабления Ярд решил сразу начать поиск главных конкурентов на власть в отстойнике Собирателя, который они поначалу принимали за тюрьму. Но босс космоплава внезапно перестал разговаривать с новой тройкой надзирателей, что озадачило всех. Не помогло и прямое знакомство с Надумиумом, когда Яродив сводил приятелей в отсек, занятый искусственным интеллектом. Они с некоторой тревогой помялись в кольце переходника перед залом с чёрной кристаллической глыбой, но в способность глыбы думать не поверили. Впрочем, и сам Яродив сомневался в её интеллектуальном превосходстве, несмотря на общение с нормальными современными компьютерными системами страны.

Надумиум молчал так долго, что хакеру пришлось соображать самому, куда направиться и что делать дальше. Решили навестить местный «ресторан», о котором коротко упомянул Главбот ещё до своего отключения. После этого Ярд решил найти общежитие надзирателей, где обитали остальные роботы, и сообщить им, что главный «смотрящий» теперь он.

«Ресторан», расположенный в одном из коридоров космоплава на втором уровне, нижнем по сравнению с тюремной зоной, оказался похожим на цех какого-то земного завода по производству консервов. Обоняние у новых надзирателей отшибло напрочь, бывшие пленники не чувствовали никаких запахов, но по виду «блюд», подаваемых лентой транспортёра, на ум приходили неаппетитные ассоциации разделочных линий на мясных производствах, и гостям пришлось бороться с мнимой тошнотой. Выглядел же процесс питания в этом странном ресторане так.

Помещение (кстати, в нём царила примерно земная сила тяжести) занимало кольцо транспортёра, окружённое полуколоннами из бликующего полупрозрачного стекла, которые выдавали разные блюда. Зал был рассчитан примерно на полсотни единовременно питавшихся персон, колонн же насчитывалось всего двадцать.

Когда новые клиенты вошли, в зале насыщались девять сервисботов, ничем не отличимых друг от друга. Но, судя по их поведению и виду блюд, принадлежали они разным «нациям».

Первая тройка занимала круглый, с тремя выемками, столик слева (ели стоя) и поглощала пищу из шарообразных горшков, всасывая их содержимое через трубочки, воткнутые им не в животы, а в локти.

Вторая группа из трёх ботов располагалась справа.

Перед ними высились синие сосуды в форме ночных горшков, из которых поднимался пар, они окунали в них черпаки и выливали булькающее варево цвета глины себе в лючки пониже коротких шей.

Третья компания в конце зала разламывала лапами какие-то предметы, напоминающие серо-белые бараньи мослы, и засовывала отломанные куски в те же подшейные лючки.

Ни один из роботов не обратил внимания на новых посетителей.

София даже подошла ближе к поглощавшим «бараньи мослы» и буквально причмокнула губами: раздался именно такой звук.

– Трясця их матери! Ей-богу, это вепрево колено! Давайте закажем?

– А если это коленки какого-нибудь местного зэка? – фыркнул Эмин. – Может, надзирателей кормят трупами зэков.

– Да и фиг с ним, какая разница? В тюремной зоне много зэков, похожих на наших животных. Не помирать же с голоду?

– Как знаешь, а я лучше борща бы съел. Босс, как заказать?

Ярд прошёлся вдоль ряда колонн, остановился перед одной. Справа от неё в стене зала виднелась ниша, в которой мерцала панель с кнопками в виде грибков и изображением котелка. Цвет котелка был буро-зелёным, а над ним помаргивала горка чего-то, напоминающего водоросли.

– Что это? – подошла София. – На капусту похоже.

– Скорее водоросли.

– Может, овощи?

– Посмотрим.

Ярд вдавил в панель грибок зеленоватого цвета.

Раздался лязг. Из панели вылезла рукоятка.

Ярд потянул за неё.

Внутри колонны загудело, забурлило, родился фонтан дымящейся жидкости. Из панели внизу выполз лоток, на котором в зелёном горшке дымилось густое варево с зелёными и жёлтыми прожилками. Затем из открывшегося лючка сверх в горшок упала ложка с длинной ручкой.

– Бац у миску, жрите, дети! – расхохотался Эмин.

Ярд молча перенёс горшок на стол, поискал на животе нужные джойстики, не нашёл. Представил мысленно изображение: ложка выплёскивает содержимое в лючок.

«Скафандр» повиновался!

С тихим шипением в лючке под шеей появилось расширяющееся отверстие. Носитель услышал мысль хозяина и включил процесс питания.

Невольно задержав дыхание, Ярд сунул странную ложку с варевом в лючок.

По груди разлилась теплота, породившая ощущение горячего блюда, вкус которого действительно напоминал вареные овощи. Было понятно, что вкус синтезируется программой обслуживания «скафандра» и никаких овощей на Собирателе нет и в помине, но псевдоовощной аромат не казался противным.

Приятели застыли истуканами, разглядывая босса дугами очков, и Яродив выдавил:

– Тушёные овощи, ешьте.

Присмотревшись к его манипуляциям, приятели заказали тот же «борщ» и начали «обедать», хотя и не без происшествий. София, к примеру, облила себе весь низ, озвучив сей процесс отборным недетским матом. Но в конце концов трапеза закончилась «компотом»: Ярд нашёл раздатчик рубинового цвета жидкости, напоминающей по вкусу куриный бульон, – и новые надзиратели покинули опустевший «ресторан».

Надумиум по-прежнему не отвечал.

Ярд почувствовал тревогу, однако вслух обсуждать зависание Главбота не стал по той же причине: не хотелось показывать приятелям, особенно Софии, свою несостоятельность в качестве решительного командира.

– Идём в казарму, – решил он.

Никто не возразил. Эмину было интересно обживаться в инопланетном теле-скафандре, София вынашивала планы мести и надеялась расправиться с русским ватником, проявившим боксёрские навыки. «Скафандр» же превращал ее если не в «терминатора», то уж точно в киборга. Она даже спросила у Ярослава, когда они топали с этажа на этаж космоплава, как управлять оружием, вмонтированным в плечи роботов, но хакер пока и сам не знал этого и ответил завуалированно:

– Не вздумай начать стрельбу! Главбосс по головке не погладит, все зэки здесь для него одинаково ценны.

– Почему это?

– Он экспериментирует с их мозгами, ищет лучшие и в конце концов оставит на борту Собирателя только тех, кто пройдёт испытание. А пока что изволь делать то, что он прикажет.

– Он же заткнулся.

– Значит, и нас тоже изучает. Не разочаровывай ни его, ни меня.

София погрузилась в размышления, однако не преминула повторить вопрос:

– Так ты научишь нас стрелять?

– Позже, – схитрил Яродив.

Добрались до яруса с бытовыми отсеками и «казармой», где жили киборгоподобные надзиратели, встретив лишь парочку страшненьких многолапых ящериц, юркнувших в люки при виде подходивших «лыцарей».

Коридор яруса оказался широким и прямым, изъеденный странной, ржавой с виду коростой. Яродив даже потыкал в стенки суставчатым пальцем и убедился, что это не ржавчина, а слой трухи.

– Офигеть! – пробурчал дребезжащим баритоном Эмин. – Звездолёт из дерева?! Полная дупа!

– Вряд ли, – ответил не менее шокированный Ярд. – Разве что это искусственно выращенные лианы. Но вообще интересно. Спрошу у босса. Возможно, корабль и в самом деле долго скитался в космосе.

Двери в «казарму» оказались распахнуты.

Новые жильцы вошли.

Их взору открылось овальное с виду помещение, разделённое переборками на ячеи. В каждой ячее располагались трёхэтажные лежаки. Посреди стоял на одной ножке круглый стол с тремя выемками, по числу жителей, но стульев видно не было. Сверху, с бугорчатого потолка того же ржавого цвета, свисал на длинной штанге матово-белый шар. Но это был не осветитель, как представлялось зрителям, потому что свет лился с потолка.

В левой ячее на всех трёх койках неподвижно лежали фигуры ботов.

В правой ячее никого не было.

– Кажется, это для нас, – решила София. – Заходим?

Ярд поколебался немного, но согласился.

– Нам без разницы, где отдыхать. Располагаемся. Я внизу, вы на верхних этажах.

Зашли, с любопытством оглядывая спартанское убранство номера «казармы».

– Красивый шарик, – кивнула София на висяк. – Лампа?

– Может быть, доставка? – предположил Эмин.

– Чего?

– Питья, жратвы.

– Тогда столовка была бы не нужна.

– В таком случае это телик.

София фыркнула, а Ярд подумал, что Стилет, скорее всего, прав. Хозяева космоплава должны были позаботиться о досуге надзирателей.

– Наверно, информационно-коммуникационный софт. Либо телик, либо комп со связью с Главбоссом.

– Включи.

– Не спеши, надо осмотреться.

Однако осмотреться новые обитатели «казармы» не успели.

Раздались шаги-шлепки нескольких ходоков, и на пороге ячеи появились три робота, уставившись на таких же роботов, в головах которых обитали украинские хлопцы.

Пауза длилась несколько секунд. Потом один из гостей, грудь которого украшал сверкающий алмазами шестилучевой орден, шагнул вперёд и ткнул лапой себе за спину.

Ярд не удивился, жест был понятен и без слов: выходите! Но в душе вспыхнуло бешенство (ты на кого гавкаешь, нышпорка инопланетная?!), и хакер показал чужаку комбинацию: согнул в локте левую руку и ударил по ней правой.

Эмин захохотал.

– Правильно, босс! Железяка ещё будет нам приказывать!

– Чего им надо? – не поняла София.

– Наверно, вернулись жильцы этой халупы. Надо было сразу идти дальше, в конец казармы. Если Главбосс не сбрехал, мы главные и имеем полное право на отдельные апартаменты.

Прислушивающийся к голосам переговаривающихся коллег робот (очки поворачивались то к одному, то к другому) снова ткнул пальцем в дверь. С его живота прилетел скрипучий звук, повторить который человеческий язык был не в состоянии.

– Шо ты казав?! – возмутилась София.

Из левого плеча киборга вылез ствол «револьвера».

Уже теряющий над собой контроль Ярд прыгнул к нему и одним ударом кулака сорвал с плеча кронштейн со стволом. Второй удар – в голову робота – вынес его из ячеи в общее помещение «казармы».

Два его спутника проводили тело очками, повернулись к Яродиву. Никаких эмоций их «лица» выразить не могли, но было понятно, что сознания-наездники в их телах потрясены.

– Вон отсюда! – рявкнул Бешеный Ярила. Угрожающе шагнул вперёд.

Боты попятились.

– Я здесь главный! Поубиваю всех на хрен!

Надзиратели поняли смысл вопля. Забыв о своём оружии, попятились ещё дальше и дружно выскочили из «казармы», не остановившись даже на секунду, чтобы помочь своему патрону. Да и он, получив настоящий нокдаун, пусть и не повредивший его твёрдую башку, решил не связываться с «коллегой». Поднявшись на четвереньки, нырнул вслед за приятелями.

– Ну ты даёшь, босс! – восхищённо проговорил Эмин. – Наверно, ты ему все мозги перетряхнул!

– Ему это полезно, – остыл Ярд.

– А если бы его парни выстрелили из своих пушек?

– Не успели бы, это какие-то медленно думающие лохи с других планет с мозгами из говна. Надумиум выбрал их из того материала, который насобирал по Галактике. Пошли отсюда.

– Куда? Мы что, не будем тут отдыхать?

– Вернёмся к Главбоссу. Очевидно, он действительно завис и не успел предупредить весь надзирательский корпус, что у них новый командующий.

– А потом? Вернёмся в тюрьму?

– Потребуем отдельный номер.

Ярд развернулся и первым вышел из жилой ячеи «казармы».

Зависть в юные годы – проблемная вещь. Но Влад сумел её преодолеть, так как любил друга. А тот оказался единственным, кто напрямую смог общаться с Охраниумом. Это отметил даже Максим, проворчав про «детей элиты». Что он имел в виду, наверно не понимал и сам мальчишка, наслушавшийся взрослых разговоров, но Арсик не обиделся, несмотря на то что и в самом деле являлся «отпрыском элиты», то есть сыном министра геологии Камчатки.

Отсек, в который айтишник привёл компанию, располагался в левом крыле второго этажа. Он представлял собой нечто вроде муравейника, где роль муравьёв исполняли знакомые многолапые ящерицы. Их было много, но большинство неподвижно торчали из круглых ячеек, усеивающих стены «муравейника» словно хвостики личинок короедов в коре земных деревьев. Влад насчитал около тридцати заполненных ячей и с десяток пустых.

По центру зала вилась сложная конструкция в форме колючей змеи, со всех сторон истыканная гнёздами, из которых торчали головы ящериц. Что они делали, понять было невозможно, однако Арсик небрежно объяснил, что это сектор зарядки местных киберов, и все согласились.

Когда ребята вошли в отсек, головы ящериц перестали шевелиться и уставились на делегацию фасетчатыми глазами, излучая готовность броситься на гостей.

Тина ойкнула, спряталась за спиной Влада.

– Не понял, зачем ты потащил нас сюда, – озадаченно сказал Максим. – Это же рассадник короедов!

– Не бойтесь, они нас не тронут, – отмахнулся Арсений. – Ящерки здесь заряжаются, обслуживая Охраниума, как те здоровенные терминаторы со сплющенными головами – Надумиума.

– Ну и что?

Вместо ответа Арсик обогнул центральную «змею» отсека и шагнул в овальный проём в стене, который вывел отряд в совершенно пустое полусферическое помещение с мерцающими рыбьей икрой стенами. Но самое главное, в его центре высился столик на толстой ножке, похожий на плоскую грибную шляпку, вокруг которого шла полоса из того же серого материала, словно лавка в земной беседке.

– Опаньки! – вытаращил глаза Сёма. – Беседка!

– Переговорная, – весело сказал Арсик. – Честно говоря, я думал, что тут будет типа кафе.

– Ты начал думать? – сострил Максим.

– Охраниум вскользь упомянул этот отсек, ну я и решил, что посидим с удобствами. Но это и в самом деле переговорная.

– Кто же тут и с кем переговаривается?

– Собиратель пересёк всю Галактику и не раз имел дело с высокоразвитыми галактоидами. Вот его конструкторы и позаботились о переговорной студии.

– Он прямо так и сказал?

– Не прямо, я просто догадался, хотя многое действительно не понял.

– А ещё айтишник.

– Я ещё и носки вязать могу! – рассмеялся мальчишка. – Бабуля научила.

– Носки?!

– А что тут плохого?! – осадила Тина брата. – Я тоже хожу в кружок нукинга.

– Это что такое? – поинтересовался Влад.

Тина порозовела.

– Декоративное вязание крючком.

– Отличное занятие! – похвалил он девушку.

Тина показала язык брату.

– Сядем, – предложил Арсик.

Устроились вокруг стола.

– Рассказывай, что тебе втолковывал Охраниум целый час, – сказал Максим.

– Не час, а всего минут десять.

– Пождите минутку. – Семён виновато посмотрел на Влада. – Если это и в самом деле переговорная, то её и обслуживать должны какие-то официанты?

– Безусловно.

– На переговорах обычно пьют минералку… или чистую воду. У меня в горле пересохло…

– Перебьёшься, – бросил Максим.

Арсик поскрёб в затылке.

– Я бы и сам не прочь… Охраниум, снабди водичкой.

Что-то звякнуло. Все вздрогнули. Митя побледнел. Заметив это, Влад с улыбкой сжал его плечо.

Мальчик благодарно улыбнулся в ответ.

В центре стола возникло отверстие, и гибкие членистые щупальца выставили изнутри на столик знакомые прозрачные цилиндры без крышечек, похожие на стаканы.

– Класс! – сказал Арсик, беря один из трёх цилиндров. – Попробуем.

Влад подал второй Тине.

Взял и Семён. Облился, конечно, переворачивая сосуд с торца на торец. Напились и остальные.

– Похоже, нас слушают, – заметил Влад.

– Естественно, – кивнул Арсений. – Раз пригласили сюда, то и обслуживать должны.

– Закажи ещё чего-нибудь.

– Что?

– Кофе? – сморщила носик Тина. – Давно не пила.

– Давайте посерьёзней, – с осуждением проговорил Влад. – Арс, рассказывай, что узнал, потом решим, что делать.

– Я не всё понял…

– Объясни, что понял.

– Это Собиратель…

– Мы уже слышали, не повторяйся, – вставил слово Максим.

– Не перебивай! – нахмурилась Тина.

– Собиратель создан миллион лет назад существами, напоминающими коралловые полипы в форме водорослей. Поэтому и сам корабль похож на сгусток водорослей или плетёнки из лиан. Существа живут в симбиозе с другими биологическими видами…

– Какими?

– Да успокойся же ты наконец! – рассердилась девушка.

Максим зло оскалился, однако перебивать рассказчика перестал.

– Я не успел спросить, – виновато шмыгнул носом Арсений. – На своей планете они использовали все виды, а чтобы развиваться, им нужно всё время подкармливать интеллект.

– Что?! – опять не удержался Максим.

– Я не совсем понял Охраниума, но, скорее всего, Собиратель летает по Галактике и отлавливает энергетически активных особей других цивилизаций. Потом перекачивает их сознание, мысли и память в общую базу и доставляет хозяевам.

– Жуть! – вырвалось у Тины; девушка встретила взгляд Влада и виновато поёжилась. – Они скачивают души?!

– Можно сказать и так.

– А куда потом девают тела?

Арсений посмотрел на друга. Влад кивнул.

– Похоже, мы видели скелеты на лотках.

– Ох! – Тина прижала ко рту ладошку.

– Да-а! – протянул Сёма в наступившей тишине.

Влад взглядом скомандовал приятелю продолжать.

– В общем, это почти всё. Но от хозяев Собирателя давно не поступают сигналы, а, не получив разрешение вернуться, Надумиум не может отдать приказ возвращаться. Программа не позволяет. Вот ковчег и летает миллион лет. Поэтому все стены космоплава выглядят как засохшие ветки, покрытые трухой. Самое плохое, что Главбот глючит, многое забывает, поступает нелогично, что угрожает не только миссии, но и существованию космоплава. И Охраниум вынужден отменять кое-какие дурацкие заскоки босса. Вот почему воюют их охранные и сервисботы.

Головы слушателей повернулись к выходу.

Арсений кивнул.

– Ящерицы обслуживают систему Охраниума. По сути, они поэтому нам и помогают.

– Так что же нам делать? – робко спросила Тина.

– Не знаю, – признался юный айтишник виновато.

Лица присутствующих повернулись к Владу.

Он понял, что пришёл его черёд принимать решение. Откашлялся.

– Арс, ты можешь прямо отсюда связаться с Охраниумом?

Айтишник озадаченно поиграл пальцами рук.

– Я только что это продемонстрировал.

Влад невольно покраснел.

– Ну да, конечно… извини. Попробуй ещё раз.

Так как помещение не обладало ничем похожим на устройство связи и вообще какой бы то ни было техникой, Арсений просто шлёпнул ладонью по столу, заставив Тину подскочить, и бесхитростно скомандовал:

– Охраниум, отзовись!

Сёма прыснул.

Влад озадаченно погрозил пальцем приятелю.

– Повежливей, грубиян, это тебе не компьютерная игровая приставка.

– А чем она лучше? – огрызнулся Арсик. – Именно что игровая программа, хоть и искусственный интеллект. Вряд ли он обидится.

Бот охраны не обиделся.

Купол потолка и стен внезапно превратился в слой светящегося тумана, и компания ребят за столом оказалась на поверхности Луны.

Их окружала серая, с бурым оттенком, равнина до неровного близкого горизонта, усеянная буграми и впадинами. Левее виднелось кратерное кольцо, правее начинался подъём к валу гораздо более крупного кратера. И всё это пространство заливал свет солнца, зависшего где-то за спинами ребят. Примерно в той же стороне над горизонтом висел чёткий зеленовато-синий краешек земного шара.

– Как красиво! – невольно прошептала Тина.

– Он включил камеры, – объявил Арсений.

– Какие камеры? – очнулся Сёма.

– Собиратель имеет систему обзора, вот он и включил их, чтобы мы понимали, где находимся.

– Разве об этом ты его просил? – осведомился Максим.

– Нет, – стушевался парень. – Я думал… хотел посмотреть на другие уровни ковчега. А то ползаем по нему, не представляя, как он выглядит.

– Скажи ему прямо, – простодушно посоветовал Сёма.

– Охраниум, покажи нам… – покорно начал Арсений.

Пейзаж Луны исчез. Стены переговорной снова превратились в слой тумана, из которого выросли тёмные паутинки, складываясь в подобие ажурного кокона с заострявшимися концами.

– Что это? – прошептала девушка.

– Схема Собирателя, – обрадовался Арсик. – Я подумал о ней, Охраниум показал.

– В таком случае он и мысли читает?

– Наверно, читает, я иногда слышу его бормотание. Это намного облегчает общение с ним.

С минуту ребята рассматривали кокон.

Он состоял из одиннадцати уровней, каждый из которых имел своё строение. Самый длинный пронизывал всю конструкцию от края до края и был почти пуст, не считая скоплений крохотных пирамидок. Было понятно, что это тюремная зона или, точнее, концентрационный лагерь захваченных пленников.

Остальные этажи космоплава складывались в слоистую структуру, напоминающую крупнопористую пемзу или, скорее, в сгусток объёмной паутины, что всё сооружение превращало в птичье гнездо невероятных размеров.

Кроме коридоров и мелких ячей в схеме можно было разглядеть и более крупные пузыри. Их насчитывалось пять, располагались они по кругу на втором верхнем от центрального горизонте и на втором нижнем, и Арсений, как гид, знающий предмет экскурсии, важно проговорил:

– Это залы ИИ-ботов. Один из них главный, Надумиум.

– А наш где? – спросил Сёма.

Арсений замешкался, всматриваясь в рисунок, потом неуверенно ткнул пальцем в один пузырь.

– Наверно, этот.

– Как ты определил? – хмыкнул Максим.

– Он чуть светлее остальных.

Словно отвечая на заданный вопрос, ячейка на схеме на миг засветилась, и Арсик радостно подскочил.

– Кто тут сомневался?!

– Так он нас всё-таки слышит, – пробормотал Влад, снова немножко позавидовав другу, сумевшему каким-то образом установить прямую связь с искусственным интеллектом чужого разума.

– Главное – понимает!

– Согласен. Раз так, то давайте спросим, зачем Надумиум посадил космоплав на Луну и что вообще собирается делать.

– Я же говорил, он изучает всех пленных…

– Это понятно, однако что он потом с ними будет делать?

– Э-э…

– Вытаскивать из нас души! – фыркнул Максим. – Кстати, как это будет выглядеть?

Арсик нерешительно посмотрел на Влада.

– Мы же видели скелеты…

Тина побледнела.

Влад поморщился.

– Кто тебя за язык тянет? – Он перевёл взгляд на Тину. – Не переживай, может, мы видели кладбище умерших от старости. Но лучше быть готовыми ко всему.

– Я поняла.

– Не знаю, как главный ИИ собирается вытаскивать из нас души, – без особых переживаний сказал Арсений, – но этот процесс можно будет нейтрализовать.

– Как? – недоверчиво вскинул брови Максим.

– Перезагрузить Надумиум.

Ребята обменялись красноречивыми взглядами. А Влад вдруг подумал, что друг считает ситуацию чем-то вроде виртуальной игры. Айтишники настолько уверены в том, что любую ситуацию можно перепрограммировать и перезагрузить, что не сомневаются в этом.

– Это каким образом ты хочешь перезагрузить инопланетный комп? – поинтересовался Сёма.

– Я уже прикинул.

– Не тяни кота за хвост! – рассердился Влад.

– Проще пареной репы, с помощью нашего друга.

В переговорной стало тихо.

Голос Мити в этой тишине прозвучал звоночком из реального мира:

– Ты имеешь в виду Охраниума?

– Конечно! – с торжеством в голосе произнёс Арсик.

Зашумели разом, словно прорвало трубу с горячим паром.

– А кто сказал, – язвительным тоном поинтересовался Максим, переждав шум, – что Охраниум нам друг?

Взгляды потянулись к Владу. Он воспрянул духом.

– Потому что он помогает нам.

– Да он просто выполняет функции защитника Собирателя, и больше ничего! Допустим, всё закончится для него хорошо, и глюкнутый Надумиум отправится домой. Но это же не значит, что нас высадят на Землю? Что, если просто выбросят в космос?

Снова помещением завладела тишина.

Арсик задумался, морщась, посматривая на Влада. Он не знал, что делать, и надеялся на друга. Но и Влад не знал, что ответить брату Тины, судорожно перебирая в уме варианты, пока наконец на наткнулся на слабое в плане достижимости решение.

– Вообще-то Макс прав.

Максим удивлённо вскинул брови.

– Ты прав, – повторил Влад крепнущим голосом. – Возможно, Охраниум действительно бросит нас, выполнив своё предназначение. Но пока он помогает, будем рассчитывать на него и делать то, что планировали.

– Правильно! – привычно захлопала в ладоши Тина. – Но вы всё время забываете, что мы на ковчеге не одни. Почему бы не собрать всех пленных и не объяснить им, что происходит?

– И устроить майдан! – захохотал Семён.

– Только не майдан! – испугалась девушка.

– Ну революцию. Боюсь, всех не соберём, они там пуганые как мыши. Да и укропы будут против, если вообще не захотят установить свою нацистскую власть.

Влад обвёл взглядом лица спутников.

– Значит, согласны? Идём в лагерь знакомиться с другими зэками?

– Не просто знакомиться, а договариваться.

– А укропы? – мрачно спросил Максим.

– Их трое, а нас сотня, если иметь в виду всех пленников.

– Пока что нас шестеро.

– Справимся.

– Но мы ещё не спросили твоего Охраниума, согласен он помогать нам или нет.

– Прямо сейчас и спросим.

Неожиданно из проёма двери в переговорную послышался треск, усиливающийся шум, скрипучие вопли и гул.

Ребята застыли, вытянув шеи.

– Там… стреляют! – испуганно прошептала Тина.

Влад вскочил и бросился к выходу не задумываясь.

За ним сорвались с мест остальные мальчишки. Кроме Арсика. Он вскочил было, но посмотрел на схему Собирателя и сел обратно за стол.

Ворвались в трапезную ящериц. В ней не оказалось ни одного кибера из заряжавшихся до этого момента в терминале энергопитания. Из ячей нижнего пояса «казармы» вылезали спавшие там ящерицы и выпрыгивали наружу.

Влад выскочил следом.

В коридоре шёл бой!

Шесть киборгов-терминаторов стреляли по юрким ящерицам, успевавшим уворачиваться от прозрачных «воздушно-водяных» капель, а те отвечали им, паля в ответ световыми штрихами: показалось – из скорпионьих хвостов! Но какими бы быстрыми многолапы ни были, коридор оказался тесен для маневров, и на полу уже дёргались в конвульсиях пять ящериц, потерявших головы и фасетчатые глаза.

Однако досталось и роботам со сплющенными головами: они потеряли двух собратьев. Ярко-зелёные импульсы как трассирующие пули разворотили торсы терминаторов в месте, где находились их зарядные устройства, и оба лежали в одной позе – навзничь, подёргивая конечностями.

Влада заметили.

Три ящерицы метнулись к нему, словно собираясь прикрыть юношу телами.

Роботы в двадцати шагах от входа в «казарму» ударили залпом: четыре «капли», с шипением разворачиваясь в метровые шары, пробили в строю ящериц брешь, и Влада шатнуло назад, на выбегающих мальчишек. Упали на пол всей гурьбой! Наверно, это стоило бы им жизни, если бы не два события.

Ящерицы тоже дали залп, осветивший коридор трассерами и заставивший терминаторов прекратить стрельбу.

Потом в проёме входа появился Арсик и крикнул:

– Не вставайте!

Ребята снова дружно рухнули с колен на пол, даже Митя, стоявший последним.

Вокруг засвистело, будто лопнули трубы, заполненные паром под давлением.

Ящерицы юркнули в раскрывшиеся в стенах «казармы» отверстия.

Коридор сотрясла высокочастотная судорога, вызвавшая болезненные сотрясения в головах лежащих на полу подростков. Воздух на миг странно загустел, превращаясь в светящийся туман, стал прозрачным.

Один из терминаторов зашатался и рухнул на пол, вызвав металлический грохот.

Трое оставшихся на ногах терминаторов рядом пошатнулись, но устояли и, шаркая подошвами, отступили по коридору назад, скрываясь на развилке.

Из дыр в стенах начали высовывать свои страшноватые головы ящерицы.

Зашевелились мальчишки, в недоумении разглядывая место сражения с упавшими роботами. Начали вставать.

Поднялся и Арсик: глаза на пол-лица.

За его спиной появилась бледная Тина.

– Ой, мальчики! Вы живы!

– Чуть не опоздал, – расплылся в полуиспуганной улыбке Арсик.

– Что произошло? – хрипло спросил Влад, стряхивая с себя пыль.

Арсений нервно потёр ладонь о ладонь.

– Не поверите…

– Без предисловий, медлила! – гаркнул Максим.

– Нас атаковали…

– Неужели?!

– Укропы!

Наступила тишина. Приходившие в себя ребята во все глаза уставились на юного айтишника, с лица которого медленно уходила бледность. Он пожевал губами.

– Я тоже обалдел, когда узнал.

– От кого? – спросил Влад.

– От Охраниума, конечно. Вы побежали, а я связался с ним, попросил помочь.

– Откуда ему известно… – неприязненно начал Максим.

– Подожди, – перебил его Сёма, – но ведь тут были только эти терминаторы.

– Роботы – всего лишь специальные скафандры, а в их головы с компами зашиты мозги других существ. В том числе укропов. Это они трое и сбежали.

– Почему?

– Потому что на них, наверно, удар защитного поля Охраниума не подействовал.

– Жесть!

– Как это можно в роботов зашить мозги? – спросил Максим.

– Я сам не понял. Наверно, в их процессоры перекачали сознание украинских пацанов, а у них на нас зуб. Вот и решили напасть.

– Почему они сбежали?

– Я же говорю – Охраниум включил защитное поле.

– Получили по мозгам, – хихикнул Сёма. – У таких укропов всего одна извилина.

– А чем мы отличаемся от них, если тоже не отключились?

Сёма сконфузился. Арсик засмеялся.

– Разряд всё равно на них подействовал. А поле, наверно, было векторно направленным.

– Не слишком заумно?

– Можем спросить у Охраниума.

– Как тебе удалось с ним договориться?

– У меня не одна извилина, – с хвастливой небрежностью ответил Арсений.

– Гениально, – покривился Максим. – Кстати, не мог бы Охраниум дать нам оружие против роботов?

Переглянулись.

– Хорошая идея! – похвалил Влад парня. – Очень даже! Нам по-любому придётся встречаться с обслугой главного ИИ-босса, да и с зашитыми в неё укропами.

Максим повеселел.

– У меня тоже не одна извилина. Кстати, вы заметили, из чего пуляли ящерки?

– Из хвостов, они у них как у скорпионов загнуты.

– Нет, из этих хвостов торчали какие-то грозди.

– Винограда, что ли? – пошутил Сёма.

– Гоу, – махнул рукой Арсений, направляясь в «казарму». – Узнаем у шефа, из чего стреляли его киберы, и попросим оружие.

Проводили глазами ящериц, утаскивающих тела роботов и своих сородичей, и последовали за айтишником.

В связи с международной обстановкой, связанной с похищением семидесяти пяти юношей и девочек в возрасте двенадцати – восемнадцати лет с бортов самолётов всех авиалиний мира, пересекающих воздушное пространство между странами и континентами, Совет безопасности Российской Федерации собирался уже третий раз за два дня, чтобы окончательно подвести итог международных переговоров, совещаний и действий зарубежных партнёров. Никто из них – партнёров – не знал, что произошло на самом деле. Обсуждали визит пришельца на всех уровнях соцбыта, от кухонь до парламентов и научных центров, но так и не пришли к разумному решению.

Как оказалось, пришелец, захватив почему-то только самых молодых пассажиров, расположился в одном из кратеров на Луне – в Циолковском, – не очень-то и прячась от телескопов и лучей локаторов, и находился там до сего времени.

Позитивной для страны информации было мало, а негативную изложил в течение двадцати минут генерал Кулаков, начальник информационно-разведывательной службы президента.

На многочисленные запросы компетентных органов многих стран этот странный обкатанный космосом «кусок коралла» величиной с два Монблана, не отвечал, поэтому многих ястребов за рубежом, то есть политиков войны Великобритании и США (не считая шавок Прибалтики и Польши), настолько взбесил, что они добились разрешения руководства стран: Госдепа в Соединённых Штатах и парламента Англии, – ударить по Луне ядерными ракетами.

К ним присоединилась и ООН. Голос разума в виде увещеваний МИД России, Китая и других государств оказался слабее в этом вопросе. Системы пропаганды и нелинейного программирования масс гегемонов Запада были сильнее, если даже народы Европы и Америки почти единогласно одобрили наказание «зелёных человечков», выкравших детей. Никто даже не задумался, что атомный удар уничтожит не только пришельца-похитителя, но и самих похищенных.

– Маск отказался предоставить Пентагону свои ракеты, – закончил речь Кулаков. – Хотя давили на него беспрецедентно, до этого он спокойно сотрудничал с военными. Однако миллиардер, к его чести, устоял.

– Маск-то молодец, – проговорил премьер с оттенком скорее пренебрежения, чем одобрения, – да только не он руководит Штатами, старичок-плохиш Байден с его деменцией и враги в Госдепартаменте. Нет им прощения!

– Мне всегда нравился американский актёр Аль Пачино, – улыбнулся министр обороны. – На вопрос «Можно ли простить врага?» он ответил: «Бог простит, а наша задача организовать им встречу как можно раньше».

За овальным столом переговоров ненадолго вспыхнул смех.

– С Маском действительно Пентагон просчитался, зато согласился представить технику Барни Бо.

– Гендиректор компании «Вирджин», – усмехнулся министр обороны. Не будучи военным, он носил гражданские костюмы и выглядел, седовласый, спокойнолицый, рафинированным интеллигентом.

– Совершенно верно, Витольд Рэмбович. Готовых к немедленному вылету ракет у Пентагона нет, а «Вирджин космолайнз» готовила полёт к МКС, вот её и подрядили запустить сегодня ночью с ядерным зарядом на борту.

– Китайцы уже запустили свой «Шэньчжоу» с космодрома Люйтэ, мы не опаздываем?

Кулаков посмотрел на президента, но тот молчал.

Головы членов Совбеза повернулись к директору ФСБ.

Забойщиков дёрнул уголком губ.

– Китай – прерогатива Бориса Фёдоровича.

Лица как по команде повернулись к директору Службы внешней разведки.

– Могу только подтвердить, – заговорил тот грассирующим басом, узколицый, большеносый, черноглазый, с прядкой белых волос, – что на борту их ракеты действительно установлен некий аппарат для манёвров в открытом космосе. Что внутри аппарата, неизвестно, есть только догадки экспертов. Ракета уже вышла за пределы атмосферы и сориентировалась на точку встречи с Луной. Послезавтра, если расчёты точны, она достигнет Луны.

– Вы не выяснили, что несёт аппарат? – с удивлением проговорил премьер-министр, отличавшийся от остальных членов Совбеза тучностью и плешью на полчерепа.

– Точно не бомба, скорее всего, лазер.

Поднялся лёгкий шумок. Совещатели обменялись взглядами и короткими возгласами.

– Лазер? Зачем? – спросил премьер.

– Вряд ли китайцы хотят применить его для уничтожения похитителя, – сказал Забойщиков. – Да это и невозможно, каким бы мощным лазер ни был. Вероятнее всего, он понадобился им для переговоров.

По залу прокатился новый шумок.

– А чем ответим мы? – поинтересовался светлоглазый, спортивного сложения, командующий Росгвардии.

Лица присутствующих снова повернулись к министру обороны.

– Старт «Ангары» с Плесецкого космодрома намечен на одиннадцать часов вечера, – сказал Стоянов. – Экипаж три человека, командир полковник Симонов, четыре раза в космосе, вы его знаете.

– Мы говорили о… нагрузке.

– Волновой модуль «Зэт» погружен на борт и готов к работе.

Зашумели почти все члены Совбеза.

Президент поднял руку, голоса стихли.

– Понимаю ваши опасения, – мягко сказал Владлен Владленович. – Это вынужденная мера, призванная остановить ястребов. Возможно, ничего делать с американской ракетой не потребуется. Космический корабль таких размеров, как наш похититель, должен быть создан высокоразвитой цивилизацией, и его защитные системы наверняка обезвредят бомбу.

– А если команда корабля разозлится на попытку нападения? – проговорил глава Росгвардии. – И ударит в ответ? Или просто развернёт ракету с бомбой обратно к Земле?

Раздался тихий нестройный шум. Члены Совбеза отреагировали на реплику генерала.

Президент улыбнулся.

– Риск велик, согласен с вами. Но у нас есть небольшой сюрприз для западных коллег. – Он посмотрел на министра обороны. – Так, Витольд Рэмбович?

Министр кивнул.

– Мы тоже отправим на «Ангаре» лазерный комплекс, не точно такой, как у китайцев, а миниатюрный, чуть больше обычного гранатомёта. С ним легко управится любой человек, а тем более подготовленный космонавт. Годится и для связи, и для поражения электроники любых ракет.

– Он испытан? – спросил молчавший до сих пор министр МВД.

– Так точно, Ростислав Николаевич. На расстоянии в сто километров он сжёг электронику мишени.

– Вместе с модулем «Зэт», – продолжил президент, – наш «Прикуриватель», как его прозвали создатели, способен на многое. Уверен, ни американцы, ни китайцы не смогут ничего предпринять. Наши парни обещают добраться до Луны первыми и установят контакт с похитителями.

– А если они просто собьют ракету? – спросил настырный генерал Росгвардии. – Или пришелец улетит с Луны?

– Надеюсь, не собьют. Что же касается вопроса, улетит или нет, логичен ответ – не улетел же он сразу? Чего-то ждёт? Что-то его держит на Луне? Значит, шанс успеть всё выяснить у нас есть?

По залу пронёсся тихий шелест: зашевелившиеся члены Совбеза слегка расслабились.

– Продолжим совещание, товарищи, – сказал президент с понимающей усмешкой. Стал серьёзным. – У нас ещё много проблем, и основная тема по-прежнему – СВО.

В силу возраста и малого опыта приходили в себя не больше пяти минут. У Арсика даже нашлись силы пошутить насчёт неуклюжести роботов, заселённых сознанием украинских хлопцев.

– Ползают как черепахи, – весело заявил он, когда ребята снова собрались в переговорной.

Изображение схемы Собирателя уже скрылось в мерцании стен помещения, и они помаргивали «рыбьей икрой».

– Это счастье, что укропы ползали как черепахи, – остудил восторги друга Влад. – Будь они побыстрей, от нас остались бы рожки да ножки.

– Что-нибудь придумаем.

– Вот и придумай.

– Мы же начали искать оружие, – несмело проговорил Митя.

Все озадаченно посмотрели на мальчишку.

Он бледно улыбнулся.

– Я не то сказал?

– Устами младенца глаголет истина! – одобрительно возвестил Арсений, хлопнув Митю по плечу. – Будем искать, другого пути не остаётся. А потом пойдём искать соратников.

– Как ты собираешься их искать? – осведомился Максим агрессивно. – Собиратель – это целая гора, тут можно год бродить.

– Год не год, но долго, – согласился Сёма.

– А наш друг на что? – торжествующе воскликнул Арсик. – Щас всё разузнаем.

Он стукнул кулаком по столу так, что Тина подпрыгнула.

– С ума спрыгнул?!

– Охраниум, покажись!

Влад поёжился, подумав, что друг ведёт себя как в школе среди приятелей, но хозяин защитных систем космоплава не обратил внимания на тон парня.

Стены переговорной мигнули, в их распахнувшейся глубине проявилось изображение кристаллической глыбы, какой видели ребята «мозг» Охраниума в его «келье».

Арсений театральным жестом раскинул руки в стороны.

– Прошу любить и жаловать!

– Позер, – буркнул Максим. – Тебе в актёры надо было идти, а не в айтишники.

Арсений не смутился, оборачиваясь к Владу.

– Спрашивай.

– Э-э… мм… – Влад не сразу пришёл в себя от неожиданности. – Охрани… ум, нам нужно оружие…

– Склад, – добавил Сёма.

– Арсенал, – уточнил Арсений. – С помощью чего можно отбить атаки больших роботов?

– Думаешь, он знает русский?

– Сто процентов.

Глыба «алмазов» содрогнулась, однако ответа ребята не услышали. Не изменилась и картинка в глубине стены.

– Может, он тебя не понял? – сказал Сёма.

– Понимает, – отмахнулся Арсений. – Я же только что с ним беседовал.

– Охраниум, дай координаты арсенала, – попросил Влад.

На этот раз реакция последовала мгновенно.

Кристаллическую глыбу сменила схема космоплава, внутри которого на третьем ярусе снизу от срединного загорелось красное колечко.

– Вот мы! – Арсик ткнул пальцем в схему. – Вот арсенал! Четыре этажа, четыре поворота. Пять минут, и мы там.

– А нас укропы не подстерегут? – с опаской произнёс Семён.

– Охраниум, покажи, где сейчас укропы.

По ажурному овалу Собирателя прошла светлая волна, однако в чертеже ничего не изменилось.

– Он тебя не понял.

– Охраниум, где те роботы, которые напали на общежитие твоих киберов? – изменил фразу Влад.

По схеме прошла ещё одна волна обновления видеоконтента, и на втором этаже космоплава вспыхнул зловещий буро-фиолетовый глаз.

Ребята невольно вздрогнули, переглядываясь.

– Полный треш! – прошипел Максим с неловким смешком, перехватив взгляд Влада. – Похоже, что он таким манером предупреждает нас.

– Мне тоже так показалось, – согласился Владигор, справляясь с горечью во рту. – Укропы сейчас на другом горизонте, так что мы с ними не встретимся.

– Помчались! – вскочил Арсик.

– Спасибо, Охранчик! – сказала Тина, вызвав смех у ребят.

Гурьбой выбрались в коридор, Влад сориентировался, и отряд поспешил на третий уровень гигантского корабля.

Добирались до арсенала, конечно, не пять минут, а в пять раз больше, но дошли без приключений, лишь один раз встретив на пути группку испуганно убежавших созданий, напоминавших двуногих черепашек-ниндзя метрового роста. Бегали они, правда, не медленнее земных зайцев.

Прошлись по кишковидному коридору с десятком выпуклых «опухолей», пытаясь определить, за какой из них находится отсек с оружием. Попробовали наугад открыть пару, но обнаружили лишь помещения, забитые какими-то механизмами и паутиной труб и стоек.

– Да нас тут троллят! – в сердцах заявил Максим. – Надо было попросить Охраниума открыть вход, когда мы найдём нужный коридор. Он нас слышит?

– Должен, – неуверенно ответил Арсик. – Охраниум, открой арсенал.

В стенах щёлкнуло, одна из опухолевидных выпуклостей в десятке метров развернулась «губами» рекламных шариков эмэндэмсов, открывая широкий проём в отсек.

– А ты говоришь – я лох! – торжественно повернулся к Максиму Арсик, хотя тот ничего подобного не говорил.

Сёма первым подбежал к проёму, заглянул.

– Ух, я ору!

Подошли остальные.

Помещение за «губами» двери представляло овальную трубу шириной до семи метров и высотой до четырёх. Стенки трубы заменял слой ажурного плетения янтарно светящихся лент, наплывов и потёков, словно их облили клеем, который засох, образовав слой ячеистой структуры.

Всего были видны два неровных ряда ячей одинакового – с метр длиной – размера. В нижних ячеях лежали сплющенные жёлтые дыни – с виду. В ячеях на уровне человеческой головы виднелись предметы, напоминающие грозди винограда, опять-таки с виду, насаженные на изогнутые рукояти. Ещё один ряд ячей располагался выше, но что в них пряталось, разглядеть с пола не удалось.

– Чё это? – кивнул Сёма на «дыни».

– Мины, наверно, – предположил Арсений. – А вот «виноград» – это бластеры. Из них ящерки и влупили «терминаторам».

Он протиснулся мимо Сёмы и Максима в трубу, протянул руку, собираясь взять «бластер», но Влад рявкнул: «Не трожь!» – и Арсик в испуге отдёрнул руку.

– Ты чего?!

– А если тут всё заминировано?

– Да на кой? Сюда же есть доступ только для обслуживающего персонала Собирателя. Мы здесь случайно. Да и растяжек никаких не видать.

– Растяжек, может, и нет, но ячеи светятся и могут быть под напряжением.

Арсик посопел в раздумьях.

– И вообще на оружие этот «виноград» не похож, – сказал Максим.

– А рукояти зачем? – спросил Сёма.

– Возможно, это какой-то инструмент наподобие дрели.

– Фигня! Ящерки стреляли именно из них. – Арсик цапнул ближайшую рукоять и вытащил «гроздь винограда». – Это либо метатель плазмы, либо лазер.

Влад вытащил такой же «бластер». Весил он килограммов пять-шесть и был явно приспособлен не для человеческой руки, однако после примерки Влад нашёл удобную позицию и поднял «ствол» – самую длинную «виноградину».

– Курка нет.

Арсений поскрёб в затылке.

– Но ведь ящерки стреляли?

Сёма, вертевший свой «бластер», начал нажимать на все «виноградины» подряд, в надежде найти курок, что-то щёлкнуло, и внутри виноградин пробежали синие и зелёные огоньки. Скорее от неожиданности, чем от испуга, парень выронил «бластер».

– Каб цябе трясца!

– Сёма! – укоризненно проговорила Тина, покраснев.

– Сорян! – Красный как рак мальчишка подобрал оружие. – Кажись, я его включил.

– Не включил, активировал, – поправил Арсик. – Что ты нажал?

Сёма показал, с опаской держа мигающую гроздь.

Арсений и Влад одновременно коснулись «виноградин» на тыльной стороне своих «гроздей», и оба «бластера» послушно замурлыкали огоньками.

– А дальше что? – поинтересовался Максим. – На что нажимать, чтоб он выстрелил?

Вместо ответа Арсик навёл «ствол» на стенку, вторично нажал на ту же «виноградину», и гроздь с треском метнула недлинную и не сильно яркую струю света. Струя вонзилась в перепонку и пробила в ней вскипевшую пеной звёздчатую дырку диаметром около двадцати сантиметров.

– Ай! – вырвалось у Тины.

Арсик тоже вскрикнул, но тише, и едва не выронил «бластер».

– Щиплется! Это не лазер, это скорчер!

– Что?! – не понял Сёма.

– У братьев Стругацких скорчер стрелял электрическими разрядами. Этот «виноград» тоже стреляет молниями. Мне руку свело от электричества. Попробуйте.

– Ну его к чёрту! – Сёма осторожно положил оружие обратно в ячею. – Мало того, что он тяжёлый и курок у него сверху, неудобно нажимать, так ещё и электричеством кусается.

– В самом деле неудобно, – согласился Максим, не решаясь выстрелить. – Надо две руки: одной держишь за рукоятку, а другой нажимаешь на спуск.

– Это для нас неудобно, – безапелляционно заявил Арсений. – А для ящериц в самый раз. У них лапы по-другому устроены.

– Держат револьверы у них не лапы, а хвосты. Может, эти «бластеры»… – начал Сёма.

– Скорчеры!

– Ну скорчеры, предназначены для настоящих хозяев Собирателя?

– Не может быть, они приспособлены именно для ящериц. Как сказал Охраниум, настоящие хозяева космоплава какие-то водорослеподобные существа, живущие в симбиозе с более шустрыми червями.

– Фи! – сморщилась Тина.

– Ну, может, и не с червяками, – осклабился Арсик. – На Земле кораллами питаются морские звёзды, так что выбор большой. Ну что, берём?

– Берём! – быстро произнёс Максим, желая опередить Влада.

– Он тяжёлый, – с сомнением посмотрел на друга Сёма. – А у нас нет ничего, чтобы его таскать, ни кобуры, ни сумки.

– В руках будем таскать.

– В руках неудобно.

Ребята попробовали засунуть «грозди» под брючные ремни, однако у них ничего не получилось, «скорчеры» оказались слишком громоздкими.

– Чёрт! – сердито бросил расстроенный Арсений. – Придётся оставить и поискать чего-нибудь полегче.

Влад ещё раз попытался прикрепить «скорчер» под ремень или засунуть в карман куртки, и со второй попытки ему это удалось, хотя оружие мешало ходить свободно.

– Я попробую поносить.

– Я тоже! – упрямо заявил Максим. Правда, у него так ничего и не получилось, револьвер выпадал из-под ремня.

– Неужели тут больше нет никакого другого оружия? – наивно проговорил Сёма. – Что это за арсенал тогда?

Переглянулись, разбрелись по ячеистой трубе, пытаясь заглянуть и в верхние гнёзда. Однако в них прятались не «бластеры» и «скорчеры», а какие-то круглые предметы, похожие на чёрные хоккейные шайбы диаметром около десяти сантиметров и толщиной в два. С двух сторон на них были нанесены непонятные знаки, никаких штырьков и кнопок не видно, и догадаться о назначении «шайб» ребята не смогли.

– Может, это взрывчатка? – нерешительно спросил Сёма.

Разочарованный Арсений, у которого кончился запал кладоискательства, уныло пожал плечами.

– Спроси чего полегче.

– Сам спроси.

– У тебя, что ли?

– У Охраниума.

Арсик завороженно посмотрел на мальчишку.

– Да?! Ну я и тормоз, блин! – Он навёл скорчер на стенку, выстрелил.

Сине-зелёная молния выбила в стене ещё одну вскипевшую дыру.

Арсик направил «гроздь» на противоположную стену, но Влад отобрал у него разрядник.

– Не сходи с ума! Разнесёшь тут всё! Лучше действительно свяжись с Охраниумом.

Выбрались в коридор. Сёма, оставшийся последним, воровато оглянувшись, сунул руку в гнездо над головой, нашарил «шайбу» и спрятал в карман. Вряд ли он смог бы объяснить товарищам, да и себе самому, зачем это ему понадобилось, но дело было сделано.

Влад уже хорошо ориентировался в интерьерах и коридорах Собирателя, поэтому отряд не заблудился, спускаясь со второго – над срединным – уровня на уровень тюремной зоны.

Первыми, кого встретили ребята, неожиданно оказались англичане. Вёл их чистенький, интеллигентного вида паренёк с холёным личиком и капризным изгибом губ. Одет он был как прилежный ученик элитной школы, воспитанный не бедными родителями, в дорогой чёрный пиджак с золотыми пуговицами и белые штаны. Он был так похож на беловолосого юного актёра из фильма о Гарри Поттере, игравшего роль нехорошего парня, что Тина невольно прыснула, объяснив свою реакцию позже.

С псевдоактёром шагали кругленький толстячок в джинсе и девчонка в летнем костюмчике песочного цвета, в шортиках, при кожаной сумочке Kurt Geiger и с причёской «турбо». Личико у неё было смазливое, хорошо ухоженное, в глазах посверкивали искорки ленивого превосходства и пренебрежения ко всему на свете. На вид ей можно было дать лет пятнадцать. Впрочем, и её спутники были не старше.

Увидев идущую навстречу русско-белорусскую компанию, английские мальчишки замедлили ход, попятились, но Влад крикнул: «Подождите, поговорим!» – и те остановились.

– Рашн? – осведомился по-английски лидер тройки надменным тоном.

– Рашн, рашн, – заулыбавшийся Арсик не обратил на тон внимания, – плюс вайтрашн. Мы из Петропавловска-на-Камчатке, наши друзья из Гомеля, а вы откуда?

– Тенгбридж, – ответил «двойник актёра».

– Где это? – полюбопытствовал Сёма.

– Пригород Лондона, – ответил всезнающий Арсик. – Давайте знакомиться, дамы и господа.

По-английски он говорил неуверенно, однако его поняли.

Несколько мгновений паренёк колебался, решая, стоит ли разговаривать с русскими, которых европейская молва превратила в жутких монстров, потом решился.

– Меня зовут Стен, – нехотя представился он. – Это Джуди, это Виски.

– Как? – не понял Арсений. – Виски?

– Винсент, – поправил его с улыбкой толстенький парнишка в джинсовом костюме от «Морис Луитон». – Виски – для френдов.

– Вы поняли, где находитесь? – вмешался в разговор Влад.

Он тоже владел английским не блестяще, но мог изъясняться и понимать английскую речь.

– На космическом корабле, – кивнул Стен.

– Летели в Брюссель на обед с френдами его предка, – многозначительно добавил круглоплечий толстячок, кивнул на приятеля.

Тот недовольно сдвинул брови.

– Виски!

Винсент сконфуженно надул губы. Видно было, что слова приятеля для него имеют очень большой вес.

– Мы тоже летели, – сказал Влад. – В Казань, а оказались на борту Собирателя.

– Кого?

– Это не простой космический корабль, он собирает…

– Души! – рассмеялся Арсик.

Английские мальчишки переглянулись.

– Души?!

– Мы всё расскажем, присоединяйтесь к нам.

Юные жители туманного Альбиона снова обменялись взглядами.

– Для чего? – осведомился Стен угрюмо.

– Чтобы объединить всех пленников и заставить Главбота вернуть нас домой, – сказал Влад.

– Собирателем управляет повреждённый искусственный интеллект, – добавил Арсик, – который хочет после разборок со своими пленниками, наших тут семьдесят пять человек, отловить на Земле тех, кто покажется ему годным.

– Годным для чего?

– Для подпитки собственного интеллекта.

Вытаращенные глаза англичан показали, насколько они шокированы.

– Вы… шутите?! – скривил губы Винсент.

– К сожалению, не шутим.

– А откуда вы знаете… о Собирателе? И тем более о его планах?

– Нам удалось установить контакт с Охраниумом! – похвастался Арсик. – Это ИИ-система защиты космоплава. Она объяснила, что происходит.

Стен заторможенно посмотрел на Тину, внезапно оценив красоту девушки.

– А-а… э-э… и чего вы хотите?

– Я же сказал…

– Объединиться?! – злобно фыркнула девчонка по имени Джуди. – Вы с ума сошли?! Вы же напали на бедных украинцев, убиваете детей и женщин! И хотите, чтобы мы с вами объединились?!

– Джуд… – пробормотал Винсент.

– Пошли отсюда! От них воняет как от козлов!

Она передёрнула плечами и с гордо поднятой головой пошла прочь.

Стен исподлобья глянул на Влада, на Тину, на застывших за их спинами ребят, и последовал за спутницей.

Оставшийся с открытым ртом толстячок Винсент опомнился и бросился догонять товарищей.

– Да-а! – протянул Арсик, почесав лоб. – Сколько же у них ненависти… С такими не объединишься.

– Дура! – презрительно бросил Максим.

– Макс.

– А что я сказал? У неё ни одной извилины! А сумка какая – видели?! Такие миллионы стоят!

– Они все так воспитаны, – покачал головой Влад. – Их политики крепко постарались сделать из детей зверей. Для них укропский лозунг «убей русского» – руководство к действию.

– А мы хотели сделать их друзьями, – огорчённо проговорила Тина.

– Ничего, кроме англичан в зоне много других ребят, и не все они воспитаны врагами. Да и существ с других планет полно, которые не знают наших взаимоотношений. Уверен, мы найдём друзей.

Издалека послышались странные звуки, словно кто-то выбивал пыль из ковра ударами хлопушки.

Замерли, прислушиваясь.

– Опять стреляют?! – округлила глаза девушка.

– Где-то в конце зоны, за поворотом, там, где мы сидели в беседках, – сказал Сёма.

– Постойте здесь, – решил Влад, – я сбегаю посмотрю, что там происходит.

– Опять геройствуешь? – возмутился Максим. – Я тоже пойду!

– И я! – воскликнул Арсик.

– И я! – присоединился к нему Сёма.

Влад хотел заставить товарищей остаться, но понял, что будет выглядеть смешным, если они не подчинятся.

– Ладно, идём вчетвером. Митя и Тина остаются.

– Ни за что! – вспыхнула девушка.

– Там стреляют… – начал Максим.

– Не останусь!

– Вы с Митей сильно ограничите нашу маневренность…

– Нет!

– Пожалуйста, – проникновенно проговорил Влад, – Макс прав. Подождите возле развилки, в случае чего можно будет убежать в поперечные коридоры.

Тина заглянула в глаза парня, прикусила губу, отвернулась.

– Хорошо.

– Молодец! – чмокнул сестру в щеку Максим.

– Я не девчонка! – заявил вдруг Митя недружелюбно. – И хорошо бегаю.

Сёма засмеялся.

– Вот и прекрасно, будешь охранять девчонку.

– Побежали! – Максим рванул по коридору.

Уже на повороте Влад оглянулся.

Тина, прижав к себе Митю за плечи, помахала ему рукой.

Конфликт возник ни на чём. София всё ещё переживала поражение после бегства из коридора, где произошла стычка между ботами Надумиума и отрядом ящериц, и сорвалась, когда тройка заселившихся в роботов украинцев встретила непонимание со стороны других пленников. Причём не каких-то там инопланетных уродов, а вполне себе земных жителей. Произошло это возле перекрёстка четырёх кишковидных тоннелей с кольцевым коридором, превращённым в своеобразный концлагерь.

Боты вышли на край «лагеря» и увидели с десяток юнцов и девчонок в разных одеждах, собравшихся напротив одной из камер-беседок. Среди них топтались и китайцы, и смуглолицые представители южных стран Азии в белых бурнусах, с которыми украинские подростки уже встречались. Увидев троицу огромных служителей корабля, ребята замолчали, настороженно разглядывая «киборгов». Пареньки в бурнусах опасливо попятились.

– Чего собрались?! – гаркнула на дрогнувшую толпу София; динамики звуковых передатчиков ботов располагались у них в животах, и металлический голос бота испугал всех мальчишек. – А ну разойдись!

Однако нашлись и герои.

В толпе оказались подростки из Европы.

– Вы… говорите… по-русски?! – удивился белобрысый мальчишка в полотняном светло-жёлтом костюмчике. Вопрос он задал на ломаном русском языке.

София перешла на украинский:

– Я ж тэбэ у говно зарою, якщо ты ще раз заговориш росiйскою мовою! Зрозумiв, недобiток?! – София гулко стукнула в грудь кулаком. – Мы вукры!

Ее вопль произвёл на переглянувшихся ребят неоднозначное впечатление. Кто-то попятился ещё дальше, спутники парнишки сдвинулись плотнее.

– Вы с Украины? – недоверчиво спросил он. – Переоделись в доспехи?

– Это не доспехи, – торопливо зашептал сосед парня, – это скафандры, я сразу понял.

– Так вы… внутри? – тем же недоверчивым тоном произнёс мальчишка. Украинского он не знал и снова заговорил по-русски. – Это скафандры? Зачем вы их надели? Что вообще происходит?

Один из китайцев в толпе сзади что-то проговорил ему, наверно, хотел предупредить об агрессивном поведении детей бандеровцев, но было уже поздно.

– Я ж попередива! – взвилась София. – Говорi украиiнскою! Зубi вибью!

Толпа зароптала, оценив угрожающий тон сказанного, и он им не понравился.

– Мы будем говорить на том языке, – с достоинством сказал белобрысый мальчишка, – на каком хотим!

Сказано это было опять-таки на русском, и София взбеленилась.

Левое плечо бота раскрылось листьями капустного кочана, показался ствол излучателя, плюнул сгустком «воды», ударившим в потолок. Видимо, наводчик не понял мысленный приказ сознания украинки.

Мальчишки попятились.

– Ногтюк, остынь! – мрачно буркнул Ярд.

– Они посмели не выполнить приказ! – прохрипела София. – Порешу на хрен!

Ствол «револьвера» начал дёргаться из стороны в сторону с тугим сочным хлюпаньем посылая «водяные пули» в разные стороны. Пара таких «пуль», развернувшись в прозрачные лоскуты, отшвырнула попавшихся под выстрел ребят.

– Прекрати! – Ярд цапнул рукой за плечо рассвирепевшую подругу.

Та вырвалась, снова начиная палить в разбегающихся мальчишек.

В этот момент из-за поворота коридора выбежали ещё несколько ребят.

София заметила их, узнала.

– А-а-а, вот и москалики подоспели! – Она грязно выругалась. – Ну щас вы у меня попляшете!

Очередная «пуля» полетела вглубь коридора, разворачиваясь на лету в лоскут прозрачной плёнки.

Влад увернулся, и разряд угодил прямо в плечо Арсика, унося его на десяток метров назад.

– Перестань, подонок! – крикнул Влад.

София навела на него ствол.

– Получай, вылупок!

Однако она промазала и на этот раз.

– Ах ты говнодав москальский!

София затопала к нему, норовя загнать за беседку, и в это время Сёма, оставшийся в стороне, вынул из кармана «шайбу» и с криком: «Сдохни, гад!» – метнул в сервисбота.

Робот отмахнулся лапой, словно игрок в теннис – ракеткой, отбивая мяч, и «шайба» взорвалась! Но не как граната – со взрывом и вспышкой, а как воздушный шар, начинённый коричневой пылью! Взрывная волна оказалась достаточно сильной, клуб пыли мгновенно расширился, окутал фигуру робота и достал до беседок с обеих сторон коридора, а также до спутников Софии.

Ярд с проклятием отскочил.

София заорала, пятясь и тряся «тарелкой» головы.

Излучатель на его плече снова начал судорожно стрелять по сторонам, попал в Эмина, так, что тот с криком влип в соседнюю камеру.

– Остановись, дура! – рявкнул Ярд, уворачиваясь от движений дула.

София наконец справилась с оружием, и её очередной выстрел попал по ближайшей беседке.

Раздалось грозное рычание. Какое-то косматое тело внутри конуса выпрыгнуло наружу, выпрямляясь во весь двухметровый рост.

Это был один из полульвов-полулюдей, до того момента смирно сидевший в своей клетке. У него были почти человеческие руки и изогнутые задние конечности, похожие на львиные лапы и лошадиные ноги одновременно. Всё тело существа заросло рыжей шерстью, кроме лица с широким носом и яркими жёлтыми глазами, но талию его перехватывал сверкающий металлом пояс, что и служило доказательством разумности внеземного жителя. Пояс явно являлся технологическим изделием.

С таким же рыком выбрались из соседних камер ещё два «льва».

София попятилась. Ствол «револьвера» начала поворачиваться то к одному «льву», то к другому, то к третьему.

За спинами роботов внезапно раздалось шипение в три голоса, и из параллельных беседок выскользнули существа, похожие на гигантских кобр, имеющих лягушачьи лапы.

– Назад, долба! – процедил сквозь зубы Ярд.

– Я их всех…

– Их тут сотни, всех не перестреляешь! – Ярд попятился, следя за новыми участниками драмы.

Эмин шмыгнул за его спину, сообразив, что ситуация складывается не в их пользу.

Однако София упрямо продолжала угрожать собравшейся толпе землян и существ с других планет, лихорадочно соображая, в кого стрелять в первую очередь. И в этот миг из-за закругления коридора в сотне метров появился отряд ящериц численностью с десяток особей.

Яродив и Эмин побежали прочь.

– В-вашу м-маму! – выдохнула София и, больше не раздумывая, понёслась за приятелями.

Их не преследовали.

Троица укроботов запрыгнула на перекрёстке в тоннель, ведущий вниз, пересекла петлю кишковидной трубы, и Ярд остановился:

– Стойте!

С трудом затормозили, оглядываясь.

– Вот лярвы! – обругала София неизвестно кого. – Какого дьябла, Бешеный?! Мы бы их в два счёта перебили!

– Ящерок не очень-то перебьёшь, – проговорил Эмин. – Там их тыща прибежала.

– Яка тыща? Всего-то с десяток.

– И все вооружены. Кстати, босс, я заметил, что наши пукалки не убивают, а просто отбрасывают всех, в кого стреляла Софа.

– Во-во, – согласилась Ногтюк, – точно, гарматы бьют как подушкой. Шо за хрень?

– Потому что мощность разряда можно регулировать. Ты стрелял на самом минимуме.

– Во, б…ь! – ошеломлённо проговорила София. – А я никак не пойму, почему москали остались живы!

– У них какие-то химические гранаты, – пожаловался Эмин.

– Лабуда свинячья! – кивнула София, вспомнив, что во время взрыва бурая пыль не только перекрыла видимость, но и подействовала на тело (пусть и не родное) так, будто это был кипяток. – Где они достали такие гранаты?

– Мы проверили не все ячеи на складе.

– Пошли посмотрим.

– Позже, – остановил обоих Ярд. – Идём на второй верхний этаж.

– Зачем?

– Хочу поговорить кое с кем о планах.

– Наши планы – влупить москалям по самое не хочу!

– У Надумиума могут быть другие планы, а мы от него зависимы как ОС от БП.

– Чего?! – не поняла София.

– Как операционная система от базовой программы.

– Бредло!

– За мной!

Переглянувшиеся укроботы потопали за командиром.

Их встретили у входа в коридор второго над срединным яруса.

Ярд, шагавший первым, увидел две пятёрки ящериц, выбравшихся из каких-то дыр в стенах кишки, ранее не замеченных, и остановился.

Скорпионьи хвосты ящериц-многоножек были вздёрнуты в точности так, как это делали настоящие скорпионы, и из них торчали неприятные предметы, напоминающие виноградные грозди, поигрывающие злыми синими искрами.

– Босс? – проговорил Эмин ему в спину.

– Приготовьте оружие, – ответил он. – Но не стреляйте. Ты поняла, Ногтюк?

– Поняла, поняла, – проворчала София, сообразив, что преимущество за роботами другого хозяина, не Надумиума.

Ящерицы молча двинулись вперёд, направляя на попятившихся роботов свои «виноградные гроздья».

Ярд впервые в жизни ощутил настоящий страх.

Даже переход с борта самолёта на борт Собирателя не подействовал на него так, как молчаливая угроза шеренги тварей, обслуживающих космоплав. Он уже давно размышлял над проблемой выживания и возвращения домой, особенно после «пересадки» сознания в компьютеры ботов, и надеялся, что сможет выкрутиться из неприятного положения. Нельзя было утверждать, что айтишник плохо адаптирован к условиям украинского социума, живущего парадигмой ненависти ко всему русскому. У него в душе присутствовала абсолютная уверенность в правоте проводимого взрослыми дядями курса на уничтожение москалей. И всё же, будучи программистом и хакером, чей тип мышления отличается от типа мышления других людей, он мыслил алгоритмически, уверенный в возможности победить, если найти правильный алгоритм. В этом видении жизни юный украинец не отличался от того же Арсения, мыслящего примерно так же. Однако если Арсик искал в проблемах позитивные решения, воспитанный в традициях глубинного русского мировосприятия, то Яродив думал негативно! «Я умный, умнее всех, – сияла в его душе беспощадная идея. – Я придумаю, как всё исправить. Если ты не согласен со мной, ты козёл, сволоцюга и орк! Я тебя ненавижу и убью!»

Но, глянув на киберов обслуживания других ИИ-систем инопланетного корабля, Ярд внезапно впервые засомневался в надежде всё исправить. Оказавшись на борту «собирателя душ», хозяевам которого было наплевать на судьбу живых существ Галактики, украинцы встряли, сами того не желая, в чужие разборки, и шансов уцелеть у них оказалось маловато. Если они существовали вообще.

– Босс?!

Ярд очнулся.

– Отступаем… медленно… не делайте угрожающих движений. Сверните пистоли!

– Но они нас…

– Если не начнём стрелять, первыми они не нападут.

– Да их всего ничего! – храбро прошипела София-бот.

– Долба хренова! Делай, что я сказал, ежели хочешь остаться живой!

Ярд начал отступать.

Эмин последовал за ним.

Потоптавшись на месте, София попятилась.

За стенами коридора-кишки застучало.

Две опухоли-мембраны справа и слева со всхлипом развернулись губами исполинских ртов, из них одна за другой выбрались в коридор две тройки сервисботов, не отличимых от тех, внутри которых расположились погонщики-украинцы.

Ящерицы остановились.

Две тройки «лыцарей» выстроились шеренгой, перегородив коридор.

– Б…ь! – прохрипела София-бот.

– Не обращайте внимания! – быстро проговорил Ярд. – Это охранники Надумиума, они прикроют нас!

– Но они не пропускают…

– Пропустят!

Ярд нырнул между двумя роботами, на плечах которых развернулись излучатели «водяных капель». Однако они его действительно не тронули.

Эмин, сориентировавшись, просеменил за боссом.

София наконец сообразила, что происходит, кинулась следом.

Ящерицы разом опустили хвосты с «гроздьями», упрятав их куда-то в свои «насекомьи» тела, повернулись и рассосались по дырам в стенах, как пчёлы по ячейкам улья.

– Зараза! – выдохнула София. – Чего они хотели?

– Догони и спроси, – хохотнул Эмин.

Первая тройка роботов, преградивших путь ящерицам, повернулась спинами к своим коллегам и скрылась в помещениях, открывшихся за «губами» входов.

Один из оставшейся тройки ткнул лапой вглубь коридора, проскрипел недлинную колючую фразу, явно приказывая переселенцам идти в нужном направлении.

– Босс? – оглянулась на Ярда София. – Какого хрена он командует?! Ты же главный?

– Наверно, этому бовдуру ещё не сообщили, что начальник тут босс, – снова издал смешок Эмин.

– Идём, идём, – буркнул Ярд, отступая.

Головы-тарелки роботов крутанулись туда-сюда, будто они обменялись мыслями.

Робот снова повелительно вытянул многосуставчатую лапу, указывая в конец коридора, двинулся прямо на тройку украинских переселенцев как таран, и Ярд не смог преодолеть приступ брезгливого бешенства, оправдывая свою кличку.

– Огонь! – рявкнул он, стреляя в голову робота.

Три наглых «лыцаря» в течение двух секунд улетели вдаль метров на двадцать, лишённые голов! Остальные проводили их полёт чёрными дугами очков, подтверждая полученное от Надумиума объяснение, что все его слуги суть инопланетяне, сознания которых были втиснуты в компьютеры скафандров-ботов. Настоящие роботы открыли бы ответный огонь мгновенно. Тройка же оставшихся замешкалась, дав Эмину и Софии возможность поддержать своего бешеного босса. «Водяные пузыри» опрокинули двух роботов и снесли голову третьему. Бой закончился.

Ярд пришёл в себя, хотел добить сбитых с ног «лыцарей», но услышал топот многих ног и отступил ещё дальше.

– Бежим!

– Добьём сволоцюг! – выдохнула разгорячённая Ногтюк.

– Сюда бегут ещё несколько!

– А? – София заторможенно оглянулась.

Из-за ближайшего закругления коридора появились спешащие роботы в количестве не меньше четырёх троек.

Ярд отбежал несколько шагов, вспоминая расположение отсека с «мозгами» Надумиума, стукнул кулаком в самую большую выпуклость на левой стене, и мембрана лопнула щелью, раскрывая «губы» люка. Это был вход в резиденцию Надумиума.

– Сюда!

Сориентировавшийся Эмин вломился в отсек за Ярдом.

София опоздала на секунду, и ей помог мощный удар «пузыря» в спину, внёсший бота как пушинку в пасть входа. С воплем она сбила с ног товарищей, ответивших ей руганью.

Ярд вскочил, направил на проём двери излучатель, ожидая преследователей, однако те в проёме не появились. Было слышно, как отряд топчется в коридоре и скрипуче переговаривается.

София с трудом поднялась на ноги.

– Я их, долбаков…

– Отставить, кретинка! – Ярд пересёк помещение, остановился перед мощной круглой плитой, отгораживающей тамбур от резиденции Надумиума. Голос парня гулко отразился от плиты и стен:

– Открывай!

Хозяин резиденции неожиданно отреагировал: плита дрогнула, покатилась влево.

Ярд поспешил вперёд, преодолел устье тамбура, на обрыве в сферический зал. Кристаллическая глыба в центре с чёрным наростом в дне слепо посмотрела на него. Он нервно «облизнул губы», мысленно, разумеется.

– Мы поговорить…

Из-под ступеньки обрыва высунулся полупрозрачный жёлтый язык, воткнулся в глыбу, образуя неширокий мостик. Яродив торопливо перебрался к глыбе, формулируя вопрос. Но задать его не успел.

В голове расцвёл невероятный «букет» ощущений, переживаний, мыслей, шепотков и бормотаний, порождая общее синтетическое чувство погружения в облако разговаривающих призраков. Хакер судорожно ухватился за тонкую ниточку знакомого чувства удивления, напрягся и вылетел из призрачного облака в пузырь с ячеистыми стенами. Стало легче. Такое он уже испытал во время первого контакта с Надумиумом и знал, что за этим последует.

– Нам нужна помощь, – пробормотал он.

Ячеи пузыря отозвались пульсацией свечения, напоминающего северное сияние, которое потоком влилось в голову контактёра.

«Кто ты?» – раздался «в ушах» скрипучий голос на русском языке.

Ярд растерялся, не обратив внимания на этот факт.

За его спиной остановились спутники, не понимая, почему командир стоит как статуя.

– Босс? – послышался голос Софии. – С кем ты говоришь?

Яродив не ответил.

– Что значит – кто ты? – проговорил он, отвечая Надумиуму. – Я тот, кого ты назначил главным надзирателем!

«В моей базе данных нет такого файла».

– К-как это нет?! Ты же сам сказал… мы были в общежитии твоих слуг… потом ты направил нас в казарму ящериц…

Тот же равнодушный ответ:

«Сведения отсутствуют».

– Так вспомни! Перезагрузи базу! Мы укры! Ты перекачал наши мозги в головы роботов. И это не помнишь?!

Пауза.

«Этот файл повреждён…»

– Восстанови! Ты же… этот… искусственный интеллект, у тебя должна быть запасная ОС!

Ещё одна пауза.

«Чего ты хочешь?»

– Так я главный или не главный над твоими ботами?

«Программа изменена».

– Что это означает?

«Ты всего лишь единица обслуживающего персонала».

– Охренеть! – донесся голос Софии. Очевидно, она тоже слышала ответы Главбота.

– В таком случае верни нас в наши тела!

«Не имеет смысла. Вы все будете присоединены к расходному материалу общего отлова».

Ярд едва удержался от мата, сообразив, что Надумиум может запросто уничтожить их, если почует раздражение пленников.

– Э-э… что значит – мы присоединимся к… э-э, расходному материалу?

«Будете подчиняться – останетесь надзирателями, нет – войдёте в общее облако скачанных земных умов».

– Вот курва! – снова не сдержалась София.

– Ногтюк! – рявкнул Ярд, «обливаясь потом». – Заткнись!

Однако Надумиум не рассердился, не обладая сферой человеческих чувств.

«Вы свободны».

По кристаллам глыбы метнулись фиолетовые молнии.

Ярд ощутил настоящий электрический разряд, пробивший в голове «дырку». Но от вопля удержался, в отличие от приятелей.

Под ногами вздрогнул язык мостика.

– Подожди! Мы согласны остаться надзирателями! Приказывай, что надо делать!

«Вас доставят к охотничьим капсулам, и вы укажете моим ловцам цели на Земле с самыми активными особями».

– Э-э… какие цели?

«Моя задача перенести в инфотрюмы около десяти миллионов сознаний. Я выбрал три наиболее активные зоны, вы укажете в них наиболее подходящие районы».

– Какие зоны ты выбрал?

«На Земле их называют Россия, Украина и Китай».

– Офигеть! – радостно воскликнула София. – Россию надо зачистить в первую очередь!

– Да когда же ты замолчишь?! Э-э… легче всего отловить… мм, материал в больших городах.

«Мы так и решили. В России это Москва и Санкт-Петербург, в Украине – Киев и Львов, в Китае – Пекин».

Наступила тишина.

– А нас-то за шо?! – возмутилась София после недолгого молчания.

«Идите работайте», – закончил разговор Главбот Собирателя.

Создатели космоплава и его ИИ-коммандеров не были ни людьми, ни вообще какими-то активными существами, являясь удивительной синестезионной суперпозицией кораллоподобных растений – как серого вещества мозга у млекопитающих организмов – и живущих с ними в симбиозе «короедов», играющих роль передатчиков информации. Естественно, они не имели ничего общего с виртуальными человеческими структурами – психосферой и конфигурациями эмоций. Точно так же не обладал эмоциями в человеческом понимании и Надумиум, созданный в виде плетёной композиции. Но полностью избежать переживаний удач и поражений Главбот не мог, имея в базе данных нечто вроде оценочного комплекса, сравнимого с человеческим настроением. После встреч с особями с Земли, проживающими на территории Украины, настроение Надумиума можно было назвать минорным, и он даже проделал аудит своих интеллектуальных характеристик на предмет – не ошибся ли, переводя информационные образы особей (то есть мысли) на свой специфический псевдоязык. Пришёл к выводу, что не ошибся.

В своё время в процессор Надумиума влили все варианты аудиообщения разумных обитателей Галактики, имеющих язык, и он легко декодировал несложные мыслеформы молодых пленников. Единственное, что существенно мешало процессу общения, это участившиеся приступы заглушки памяти, оставляющие лакуны в базе данных. Вот и удивление укров, которых он якобы сделал начальниками обслуживающего персонала центра, указывало на возникшую проблему: он абсолютно не помнил этого назначения и не понимал, зачем, с какой целью это сделал.

Но то же заявил и Охраниум, заметно усиливший своё влияние на основные ИИ-системы и всё чаще отказывающийся выполнять прямые приказы Главного. С этим надо было кончать, чтобы побыстрее справиться с отловом землян и завершить миссию.

Обдумав пришедшую в кристаллическую «голову» идею, Надумиум первым делом отослал к Земле сотню капсул для сбора особей и подвесил их в режиме «призрак» над избранными районами. Насчитывалось этих районов всего четыре: территория вокруг самого большого города России, её столицы Москвы, а также второго по величине города на берегу моря – Санкт-Петербурга; территория Украины над городом Львов, выбранным из-за того, что к нему в данный момент собирались беженцы из других районов страны и даже из столицы Киева; плюс район города в Северной Америке, принадлежащего Соединённым Штатам. Этот район Надумиум выбрал не только как один из самых густонаселённых, но и вследствие мощного потока агрессивного излучения жителей агломерации.

В принципе и многие другие города США, такие как Вашингтон, Нью-Йорк, Детройт, Чикаго, излучали в этом диапазоне не менее значимые волны злобы, бешеного неприятия соседей, фанатичной веры в свою избранность и желание любым способом подняться на вершину власти. Но Лос-Анджелес отличался ещё и непрерывной войной особей с разным цветом кожи, и Надумиума данный аспект бытия американцев вполне удовлетворял.

Второй шаг он сделал после переговоров с троицей украинских подростков, оказавшихся даже более агрессивными, чем остальные пленники. Решив дать им время на размышления над предложением войти в группу сервисботов Собирателя, Надумиум вызвал одного за другим коллег, контролирующих каждый свою службу.

Надзаботиум оказался равнодушным к планам Главбота, но согласился очистить концентрационную зону от «мусора» – самых тупых обитателей, отличавшихся лишь цветом кожи и формой носимой одежды.

Обслужиум сообщил о проблемах со здоровьем у многих пленников, поддерживать которое было нечем, и Надумиум разрешил ему присоединиться к Надзаботиуму и утилизировать тех, кто не мог влиться в общее облако интеллекта Собирателя, ожидавшее применения при возвращении на родную планету. Кроме того, Обслужиум начал жаловаться на Охраниума, мешавшего работе, и Главбот пообещал ему разобраться с главным защитником космоплава.

Смотриум тоже начал жаловаться. Сначала на то, что протоколы ремонта космоплава и беспилотников исчерпаны, энергии на поддержание оборудования Собирателя в надлежащем состоянии не хватает. Пришлось посоветовать коллеге избавиться от лишних потребителей, вызвав у Надзаботиума ступор.

Пережив шок, бот пожаловался на всё того же Охраниума, что вызвало у Надумиума приступ глубокой задумчивости, длившийся час по земным меркам, после чего в памяти возникла новая лакуна. О чём он беседовал с Надзаботиумом, Главбот забыл.

Зато общение с Охраниумом помогло ему встряхнуться и включить режим БР – боевого реагирования, так как защитник Собирателя вообще отказался исполнять рабочие программы Главбота под предлогом оперативной перезагрузки системы из-за частых нарушений протоколов безопасности.

Какое-то время ИИ-системы боролись, обмениваясь информационно-энергетическими оплеухами, как боксёры – ударами на ринге. У Надумиума оказалось больше вариативных рецепций, и Охраниум отступил, хотя и пообещал не допустить провала миссии.

«Я не стану помогать с выбросом «мусора»! – заявил он. – Все пленники кондиционны и способны активно мыслить. Избавиться от них – значит увеличить энергорасходы».

«Хорошо, я обдумаю твоё мнение, – согласился Надумиум. – Анализ партии земных особей показал правильность моих предположений. Я избрал для отлова самых высокоэнергетических особей. Не возражаешь?»

«Возражаю. Я тоже сделал анализ. Ты избрал самых агрессивных – украинцев и американцев, а надо было присоединить самых плодящихся – китайцев и индийцев, а также высокоинтеллектуальных – иудеев и японцев. А они есть в отобранной нами партии».

«На меня они не произвели впечатления».

«Сделай повторный анализ».

«Для заполнения инфобазы достаточно и двух земных регионов – российского и украинского».

«А европейцы?»

«Европейцы – полный отстой! Все молодые особи земной Европы абсолютно некомбатанты! Они не могут адекватно мыслить и даже общаться без гаджетов! По сути, они представляют вырождающийся социум».

«Повтори анализ».

«Хорошо, возможно, ты прав. Отлов начнём после очистки зоны от мусора».

«Но в зоне до сих пор присутствуют особи с других планет этой ветви Галактики. Я бы не причислял их к мусору».

«Земляне интеллектуально и энергетически мощнее».

«Чем разнообразнее расходный материал, тем качественней облачный контент. Я против выброса многих особей иных видов».

«Я уже решил».

«Я не дам согласия и воспрепятствую».

«Посмотрим».

«Последнее: к Луне движутся три ракеты с Земли. Все три с оружием».

«Так уничтожь их!»

«Сначала выясню цели этого оружия».

«Отвечаешь за безопасность ты, – злорадно заметил Надумиум. – Вот и решай проблему».

Разговор прервался, и Надумиум вдруг подумал, что, будь на его месте особи из Украины или Америки, они безоговорочно уничтожили бы неслуха.

Мысль развеселила.

Наблюдение за «Ангарой», запущенной в ночь с двадцать четвёртого на двадцать пятое мая, велось не только с территории России, но и с трёх кораблей российского флота, официально считавшихся научно-исследовательскими, а фактически бывшими плавучими военными базами, из акваторий Атлантического и Тихого океанов. Ракета с экипажем из трёх космонавтов под командованием майора Волкова, на борту которой была установлена секретная капсула с волновым генератором «Поддых» (она в свою очередь являлась модулем радиоэлектронной борьбы), вышла за пределы атмосферы и направилась вдогон за ранее запущенными ракетами: американской «Вирджин стар» и китайской «Шэньчжоу». Вернее, её траектория была выбрана с таким расчётом, чтобы подойти к Луне раньше конкурентов, и, судя по докладам земных средств космического наблюдения с трёх полигонов ВКС России, расчёт был сделан верно. Пока экипаж «Вирджин стар» выполнял все пункты инструкции по выкладкам, апробированным в полётах лунных американских миссий, российские космонавты в экспресс-режиме сориентировались и, опередив и американцев, и китайцев, первыми вышли к району космоса, к которому приближалась спутница Земли, ползущая по орбите с усреднённым радиусом в триста восемьдесят тысяч километров.

Но если за «Вирджинией» наблюдали, затаив дыхание, десятки обсерваторий мира и военных баз, то за китайским «Шэньчжоу» и российской «Ангарой-5М» следили только специалисты китайских и соответственно российских спецслужб. Оба корабля были запущены по другим траекториям вне коридора прямого выхода к Луне, да ещё и с применением режима «инкогнито», использующего маскирующие голографические системы, и были практически недосягаемы для перехвата любыми техническими средствами. Мало того, обе ракеты имели возможность форсировать двигатели, что ещё больше увеличивало их неуязвимость. Во всяком случае – для современных земных боевых структур.

План у российских космонавтов был такой: приблизиться к Луне в заданном районе космоса и ждать появления американской и китайской ракет. Но если китайцы везли с собой только специальный многодиапазонный передатчик и лингвистическую ИИ-систему для установления контакта с пришельцами (таковы были разведанные, полученные российскими разведчиками), то на «Ангаре» кроме «Поддыха» был установлен ещё и малый ракетный комплекс «Анчар», недавно поступивший в войска. Такие комплексы устанавливали на беспилотные аппараты для охоты на украинские дроны ВСУ в радиусе двадцати километров. «Анчары» отлично показали себя на боевых испытаниях, и спецам ВКС удалось встроить такой модуль в трюм «Ангары» вместо некоторых второстепенных дубль-систем.

Рисковали, конечно, все, от инженеров до руководителей Минобороны и ФСБ. Но было понятно, что, если американцы всё же решатся ударить по кратеру, в котором прятался пришелец, захвативший множество детей, риск перехвата «Вирджинии» более чем оправдан.

В одиннадцать часов пятнадцать минут по времени Москвы директор ФСБ получил донесение дежурного по Центру обороны о достижении «Ангарой» района перед Луной, куда она должна была прибыть примерно через час.

Забойщиков в этот момент находился в Центре вместе с другими членами Совбеза, но не в самом операционном зале, а в столовой вместе с Челябовым и Кулаковым: завтракал. Не сговариваясь, генералы оставили недопитый кофе и рысью помчались в зал контроля, в котором работали полста операторов на современных компьютерах, обслуживаемых искусственными интеллектуальными системами, и офицеры «с правом голоса», как называли высокопоставленных командиров отделов и служб. Среди них были и члены Совбеза, имеющие доступ к святая святых Минобороны, в том числе сам министр, одетый в обычный гражданский костюм. Как высокопоставленный советник юстиции, он имел звание генерала, однако надевал форму очень редко.

ВИПы находились в зале с утра и не нуждались в представлении службистам Центра. Всех членов Совбеза знали в лицо.

Гигантский ситуативный экран за подковой операционных экранов и пультов показывал не Землю, а бледный лунный диск на фоне чёрного неба с россыпями звёзд. Он медленно плыл из левого края экрана в правый, понемногу увеличиваясь. Передачу вели камеры «Ангары», изображение подрагивало, однако все объекты космической панорамы были видны хорошо.

В боковых разворотах видеоконтроля просматривались и стрелочки ракет, хотя следили за ними с Земли, а компьютеры рисовали их положение в пространстве на схеме контроля.

Забойщиков подошёл к министру, стоящему сбоку от перового ряда операционных экранов, вооружённый вижн-очками.

– Парни видят ракеты?

Вместо ответа министр поманил пальцем парня в синем комбинезоне, и тот передал директору такие же вижн-очки.

Забойщиков нацепил окуляры и стал видеть сразу три окошка оперсвязи и слышать голоса дежурных разных комплексов, а также голоса американских астронавтов и чирикающие «птичьи» голоса китайских синавтов.

Китайского Пётр Алексеевич не знал, поэтому игнорировал их переговоры, а к американцам прислушался.

– В Совбезе ООН до сих пор идут споры, но решение не отменено, – сказал министр. – Пентагон готовится нанести удар.

– Мы не опоздаем со своими планами?

Беловолосый и сухолицый министр укоризненно покосился на Забойщикова.

– Не надо нервничать, Пётр Алексеевич. Всё, что нужно сделать, наши ребята сделают. Чтобы не попасть под электромагнитную взрывную волну, ракете достаточно быть на удалении от точки взрыва не более чем на двадцать километров. Но астронавты получили приказ запустить бомбу с расстояния в тысячу километров.

– А если промахнутся? – удивился Забойщиков.

Министр усмехнулся.

– Вы о них беспокоитесь или о наших парнях? Мимо нас «Вирджиния» пролететь никак не может, так что ждём.

– Похоже, китайцы будут здесь раньше американцев.

– Пусть себе тешатся. Пришелец ни разу не ответил на тысячи передач с Земли, не ответит и контактёрам.

– Странное поведение.

– Учёные считают, что корабль управляется машинами, у которых нет программ контакта.

– К сожалению, мы не сможем проверить, так это или нет. Я не вижу кратера.

– Покажите кратер, – сказал министр, поправив очки.

Его услышали.

Космос в глубине большого экрана исчез, его место полностью заняла поверхность Луны. Красное кольцо отметило часть Луны внизу изображения, скачком расширилось. Кратер, диаметром сто восемьдесят четыре километра, стал виден в деталях. Однако на его дне, наполовину залитом непроглядной тенью, ничего видно не было.

– Не понял! – сказал Забойщиков озадаченно.

– Пришелец невидим в световом диапазоне нашего зрения, – пояснил молодой человек в комбинезоне. – Да и во всех остальных. Лишь изредка пузырь его маскировки почему-то пропадает, и корабль становится виден.

– Покажите.

В кратере появился призрачный округлый массив цвета перламутра. Сверху он напоминал шляпку гриба-зонтика, но рядом оператор высветил в добавочном окне вид сбоку, и стало понятно, что пришелец имеет форму юлы.

– Ближе, – попросил министр.

Изображение юлы сменилось плетёной конструкцией, испещрённой кавернами, впадинами, наростами и дырами, будто ком водорослей изъели червячки.

– Это реальная картинка или синтез? – хмыкнул Забойщиков.

– Реальная, снятая в один из моментов, когда маскировочное поле исчезло.

– Выглядит как прогрызенное червями кораллоподобное яйцо.

– Скорее как скопление водорослей.

– Интересная форма для космического корабля. Такое впечатление, что его не монтировали, а выращивали.

– Так точно, товарищ генерал, эксперты говорят о том же. Этот фрактальный волчок, скорее всего, выращен.

– И ни на один запрос…

– Владельцы не ответили. Возможно, похититель душ и в самом деле управляется компьютерами.

– Как вы сказали – похититель душ?

Молодой оператор смущённо шмыгнул носом.

– Выражение принадлежит президенту.

– Что ж, оно вполне подходит объекту.

Помолчали, глядя на лунный пейзаж.

Внезапно по дуге операторских пультов пробежалось волнение. Раздались торопливые команды, громкие голоса, шум усилился.

– Что там? – насторожился Забойщиков.

Изображение Луны в главном экране на миг омыла призрачная волна перезагрузки. Юла-гриб пришельца исчезла, зато на её месте в поле зрения телескопов (изображение передавалось в Центр обороны с мест установки телескопов и радаров) появилась россыпь золотистых точек. Несколько секунд они шевелились, напоминая мелких червячков или букашек, потом замерли.

– Что это?!

– Приблизьте! – скомандовал министр.

Дно кратера понеслось навстречу зрителям, расплываясь. Некоторое время компьютеры пытались увеличить изображение, находя консенсус между чёткостью и детализацией, но это не сильно помогло. Золотые букашки изменили цвет на бурый, слегка увеличились в размерах, но всё равно определить их настоящую форму было невозможно.

– Надо попросить китайцев передать нам изображение с камер их лунной станции, – сказал оператор крайнего пульта с майорскими погонами. – Она сейчас крутится вокруг Луны над тем районом.

– А с «Ангары» кратер не виден?

– Нет, ракета подходит с другого радианта, мы увидим кратер примерно через полчаса.

– Где американцы?

– Близко, по расчёту до целевого порога осталось сорок шесть минут. Наши парни уже запустили модуль с волновиком и приготовились к операции.

Желудок свело, как всегда перед ответственным моментом. Забойщиков хотел попросить водички, но в это время министр сам обратился с этой просьбой к парню в синей униформе, и тот принёс бутылку «Черноголовки» без газа и пластиковые стаканчики. Министр налил директору ФСБ, себе, оба дружно выпили.

– Нервы ни к чёрту! – проворчал министр.

Забойщиков кивнул, хотя по спокойному лицу спутника никак нельзя было понять, что тот нервничает.

Подошли ещё несколько членов Совета безопасности, не желающие испытывать стресс в одиночку.

По знаку министра всем принесли стулья, и группа ВИП-деятелей расположилась возле правого сектора зала, обмениваясь репликами.

– Что это за козявки? – не выдержал советник президента по нацбезопасности Воронин, худой, лысоватый и мрачный. Он имел в виду россыпь «букашек» на дне кратера.

– Наверно, пришелец сбросил какие-то отходы, – предположил молодой энергичный вице-премьер по контролю ВПК Мухин.

– Вполне может быть, – согласился министр. – Родион Никитич, у вас есть комментарии?

– Предпочёл бы не делиться, – ответил начальник экспертной комиссии ВКС генерал Смирнитский. – Слишком много невыясненных обстоятельств, чтобы прийти к единому мнению.

– И очень много нерешённых проблем, – добавил глава Института цифровых технологий Латышев. – Самое хреновое в этой ситуации, что мы ничего не знаем о судьбе детей, похищенных пришельцами. До сих пор непонятно, зачем это было сделано таким демонстративным способом.

– Потому что их технологии позволяют это сделать.

– Разве что.

– Они выхватили подростков для экспериментов, – сказал Мухин. – Или для изучения потенциала цивилизации.

– Досужие вымыслы! – недовольно отреагировал Воронин. – К чему плодить пустые фантазии в условиях дефицита информации?

– Во-первых, не пустые, Владимир Миронович, – хладнокровно возразил Мухин. – Во-вторых, через полчаса станет поздно что-либо менять.

– Приказ главнокомандующего никто не отменял.

– Да я не об этом. Почему похититель, захватив детей, остановился на Луне, а не убрался из Солнечной системы? Значит, собирается что-то предпринять? Кто-нибудь подумал об этом?

– Я подумал, – сказал Забойщиков.

Лица коллег повернулись к нему.

– Я подумал, – повторил Пётр Алексеевич. – И пришёл к выводу, что, может быть, не стоило спешить с мерами по остановке американцев.

В зале, заполненном тихим рабочим гулом аппаратуры и голосов операторов, на миг стало тихо.

– Что вы такое говорите, Пётр Алексеевич? – пробормотал Воронин. – Не остановим – может возникнуть колоссальный конфликт…

– Не о том речь, Владимир Миронович. Что, если пришелец готовит что-то намного более серьёзное по сравнению с похищением подростков?

Новый миг тишины упал на операционный зал. Замолчали даже операторы, расслышав последние слова генерала.

– Что именно? – осведомился министр обороны.

Забойщиков ругнулся про себя, потому что не был готов к ответу.

– Стерилизацию! – опередил его Мухин.

Тишина взорвалась волной реплик.

– М-да! – покачал головой Воронин. – Ваши идеи, Михаил Константинович, вполне годятся для паники международного масштаба.

– Что вы имеете в виду под стерилизацией? – посмотрел на Мухина министр.

– Плохие парни прилетели колонизировать планету, – пожал плечами вице-премьер. – А для этого отобрали партию молодёжи для обследования перед всеобщей стерилизацией.

– Мощно! – покачал головой Смирнитский.

– Почему нет?

– Вы тоже так думаете, Пётр Алексеевич? – повернулся к Забойщикову министр.

– Нет, – признался директор. – Но и моя идея… скажем так, хоть и не столь масштабная, не менее жуткая.

– Поделитесь?

– Раз пришельцы собрали детей разных наций, не хотят ли они выбрать одну для…

– Для чего?

– Для массовой охоты на избранных.

Члены Совбеза онемели.

Министр прокашлялся.

– Это… меняет… подходы… к проблеме.

– Так что, вы предлагаете отменить атаку на американцев? – недоверчиво осведомился Воронин.

– Это прерогатива главнокомандующего.

– Кто-то должен позвонить…

Все посмотрели на министра.

Изображение в глубине ситуационного экрана снова изменилось. Появилась прежняя панорама космоса, украшенная приблизившимся шаром Луны и двумя стрелочками в красных колечках – американской и китайской ракетами.

Внезапно обе стрелочки вспыхнули злыми огоньками. Вспухли и растаяли в чёрной бездне сизые облачка дыма.

– Поздно! – выдохнул кто-то.

– Что случилось?! – вскочил Смирнитский.

За ним повскакивали на ноги остальные члены Совбеза.

– Китайская и американская ракеты уничтожены! – перекрыл шум зала голос информатора Центра.

– Господи! – побледнел Воронин. – Надо немедленно доложить президенту…

– Прежде надо отдать команду нашим космонавтам! – перебил его Забойщиков.

– Родион Никитич – отбой «Ангаре»! – повысил голос министр обороны. – Вариант «Змеевик»!

– Есть! – отозвался начальник смены. – Сигнал послан! Ещё одно сообщение: радары баз фиксируют подход к атмосфере Земли неизвестных объектов.

– Что за объекты?!

– Их больше сотни, и все обладают характеристиками НЛО, которые были замечены во время похищения детей из самолётов.

Министр застыл, глядя на экран чернеющими глазами.

– Тревога класса «ЗВ»! Полный профиль! Подъём «стратегов»! Боевая тревога ВКС!

По залу пролетела волна гула.

Аббревиатура «ЗВ» – «звёздные войны» – означала включение самого фантастического варианта контакта с инопланетянами, несмотря на киношный, несерьёзный на первый взгляд, оттенок фразы, хотя разработали этот сценарий ядерной войны с американцами и НАТО. Теперь он неожиданно пригодился и для реального отпора пришельцам.

Схватка с роботами, обслуживающими Надумиума, которые оказались носителями памяти украинских ребят, не озадачила и не расстроила Влада. В силу молодости и простодушного следования принципам добрососедства, культивируемым в России (что бы там ни утверждали её враги), парень воспринимал изгибы бытия как нечто само собой разумеющееся и не искал в них вмешательства мистических сил.

Пришельцы вместе с их философией бандеризма были так же реальны, как он сам и его друзья. С ними можно было общаться, а при необходимости сражаться, что инженер-механик, каким он себя видел в будущем, и демонстрировал.

В толпе собравшихся со всей тюремной зоны пленников оказались и ребята, понимавшие русский язык. Но большинство говорило на английском, считая и сильно помятых китайских подростков, и Владу со товарищи не пришлось объясняться с ними на пальцах. Благодаря усилиям родителей, заставлявших сына учить языки с трёхлетнего возраста, он неплохо владел английским (Арсик вообще бегло разговаривал на нём) и понимал французский. Тина тоже могла изъясняться по-английски, хотя не без помощи жестов, и лишь Сёма и Максим, не налегавшие в школе на изучение иностранных языков, выглядели в этом вопросе бледновато.

Максим злился, заставляя переводить ему речи мальчишек, Сёма смущался и прятался за спины товарищей. Митя же вообще не принимал участия в беседах, просто слушал и виновато улыбался.

Знакомились и рассказывали друг другу всё, что знали, около четверти часа. Большинство вопросов осталось без ответов, но и того, что выяснилось, хватило на обсуждение ситуации.

Слушали русских ребят человек тридцать из разных стран и разных национальностей. Среди них были американцы, африканцы, бразильцы, турки, индийцы с китайцами, но больше всего европейцев, в том числе и девчонок, мало отличимых от мальчишек из-за универсальных костюмов: практически все девочки носили либо шорты, либо брюки карго.

Косматые двуногие существа, похожие на помесь львов и лошадей, участвовать в собрании не стали. Когда украинцы в костюмах сервисботов сбежали, псевдольвы разбрелись по своим камерам, не ответив на предложение остаться, высказанное на нескольких языках. Но Влад был им благодарен за молчаливую поддержку во время драки. Возможно, именно их появление и заставило роботов-украинцев отступить. Вид у «львов» действительно был грозный и внушал уважение.

Зато в толпе остались ещё более странные существа, похожие на земных кобр, но стоящие на двух лапах и имеющие изящные ручки с пятью пальчиками, напоминающие детские. На вопросы ребят они не отреагировали, однако слушали разговоры внимательно, раздувая капюшоны так, будто это были уши, и переговаривались изредка тихим шипением.

Слушатели Влада и Арсика разделились на два лагеря.

В одном собрались те, кто не поверил русским ребятам: немцы, поляки, прибалты, – в другом те, кто отнёсся к ним довольно благожелательно, хотя и критически. В этой группе оказались славяне: сербы, болгары и словаки, а также присоединившиеся к ним индийцы, турки и даже смуглолицые мальчишки из Бахрейна, носившие белые бурнусы; от куфий они отказались, повязав их вместо поясов.

Узнав имена друг друга и откуда каждый пленник, начали задавать вопросы.

– Хорошо, мы поняли, – заявил подросток из Сирии по имени Абдулмалик (он был так похож на президента Сирии Асада, что Влад с оторопью подумал – не сын ли?); он хорошо говорил по-английски. – Что вы предлагаете делать?

– Во-первых, надо бежать отсюда! – заявил Арсик.

– Подожди, Баловень, – оборвал его Влад, снова припомнив школьную кличку друга. – Сначала надо разобраться в причине, по какой нас сюда упаковали.

– Есть, командир!

– Вот что я предлагаю. Раз Охраниум поддержал нас, когда на казарму напали роботы, надо пойти к нему всем скопом и уговорить выпустить.

– Как это? – удивился парнишка из Сербии. – Прямо на Луну? У нас же нет защитных костюмов.

– Нас всех забирали из самолётов…

– Непонятно как! – вставил Максим.

– Без всяких костюмов и перевозили на космоплав в капсулах, имеющих вакуумную защиту, – продолжил Влад. – Можно будет попросить у Охраниума такие капсулы.

– А кто будет управлять капсулами? Мы же не лётчики… э-э, не космонавты.

– Охраниум сам отправит нас, составив программу автоматике капсул.

– Drivel! – послышался чей-то насмешливый голос из толпы.

Влад развёл руками.

– Возможно, и бред, но иного выхода у нас нет. Во всяком случае, мы его не видим.

– Есть! – вдруг торжественно возразил Арсений.

Влад озадаченно посмотрел на него, пережив неприятную минуту.

– Давай… если это не шутка.

– Не шутка, – отмахнулся юный айтишник. – Можно перепрограммировать главный комп Собирателя, и дело с концом! – Арсик заметил взгляды толпы и повторил фразу на английском.

По толпе подростков прошло движение.

– Ты что, Арс?! – выпучил глаза Семён.

– Сбрендил! – изрёк Максим язвительно.

Европейские мальчишки о чём-то заспорили, придвинувшись друг к другу. Потом один из них смерил Арсика снисходительно-недоверчивым взглядом. Заговорил он сильно грассирующим голосом, и Влад понял, что парень француз.

– Вы программист?

– Да! – гордо ответил Арсик.

– Но этот ваш… Собиратель имеет неземное происхождение! А значит, управляет им не земной компьютер.

– Искусственный интеллект Надумиум.

– Вот именно.

– Любой искусственный интеллект всего лишь машина, и её можно перепрограммировать.

– Вы знаете как?

По толпе за спиной парня пробежали шепотки, по губам подростков промелькнула насмешливые улыбки.

– Тогда вы гений или инопланетянин.

Раздался смех.

Но Арсика трудно было уязвить или обидеть.

– Согласен с первым определением.

Теперь уже засмеялись товарищи и примкнувшие к ним мальчишки из других стран.

– Ты чего городишь, Арс? – тихо проговорил Максим, взглядом ища поддержки у Влада.

Но тот поддержал приятеля.

– Арс прав, можно попробовать, а Охраниум нам поможет. Сейчас мы двинемся к нему, чтобы договориться. Кто согласен с нами, прошу присоединяться.

Прислушивающиеся к его речи ребята начали мяться, переглядываться, послышались разноязычные неуверенные голоса. Многие из подростков не поняли предложения русской «диаспоры».

– Они же стреляют… – проговорил кто-то на немецком языке.

– Как хотите, – пожал плечами Влад, – вас никто не неволит. Кто хочет, идёт с нами.

От общей толпы несмело отделились несколько подростков, потом, когда группа направилась к знакомому выходу из тюремного зала, её догнали ещё четверо. Всего Влад насчитал десять мальчишек и двух девчонок. Обмениваясь впечатлениями, они с облегчением освободились от необходимости что-то решать самим.

Максим, сообразив, что выглядит смешным, возражая почти против каждого слова Влада, угомонился, хотя всё ещё кривился в ответ на его советы.

– Далеко идти? – спросил парнишка из Сербии на ломаном русском.

– Один подъём и два поворота, – вместо Влада ответил Арсик. – Всего метров триста.

– Мы не заблудимся?

– Уже нет, – улыбнулся Влад. – Когда мы начинали знакомиться с Собирателем, тоже поблуждали. Тут главное понять геометрию космоплава. Он величиной с гору и источен ходами как…

– Кусок сыра дырками! – закончил Арсик со смехом.

Парнишка недоверчиво вскинул брови, и Влад добавил:

– Мне вообще-то больше нравится сравнение с горой мха. Его внешняя форма близка к волчку.

– Откуда вы знаете?

– Разговаривали с Охраниумом, и он показал нам схематическое строение космолёта.

Дошли до входа в тоннель, выглядевшего как устье московского метро. В отличие от полусферы зала, освещаемого остриями наростов на стенах, усеянных дырами коридоров, освещался тоннель только редкими пунктирчиками фосфоресценции, и движение растянувшегося на десяток метров отряда замедлилось. Если российские и белорусские пленники более или менее научились ориентироваться в ходах, то никуда не рискнувшие выйти европейцы с любопытством и тревогой вглядывались в странные стенки кишковидных коридоров, словно свитых из стеблей плюща и водорослей бледных оттенков серого и салатового цвета.

– Вы не боитесь, что мы встретим тех громил? – спросил парнишка из Болгарии, когда отряд достиг перекрёстка четырёх коридоров и поднялся на второй уровень космоплава.

– Не боимся! – беспечно махнул рукой Арсик. – У нас есть оружие.

– Оружие? – Болгарин недоверчиво оглядел его спутников. – Какое?

– Скорчер. Влад, покажи.

Захотелось ловко выхватить излучатель, как американские ковбои – револьвер, но «гроздь винограда», лежавшая во внутреннем кармане куртки, зацепилась за верх кармашка, и Влад едва не выронил тяжёлый «револьвер». Покраснел под взглядами обступивших его ребят, надеясь, что Тина не заметила его конфуза, поднял оружие ящериц.

– Чем он стреляет?

– Электрическими разрядами.

– Либо плазменными сгустками, – добавил Арсений. – Они легко пробивают роботов.

– Вы с ними уже воевали?! – испугалась какая-то девчушка-брюнетка в пиджачке и брючках; говорила она на английском.

– Пришлось, – гордо и хвастливо ответил юный айтишник. – Роботы напали на общежитие ящериц, это тоже роботы, но подчиняются Охраниуму, и те стреляли из вот таких скорчеров.

– У роботов тоже есть оружие, – заметил сербский парень.

– Да, есть, как штатная система защиты, стреляет силовыми пузырями. На самом деле они не роботы, а специальные защитные костюмы, в головы которых Надумиум всаживает мозги пленников. Не знаю, как вышло, но та троица ботов, что чуть вас не перебила, управляется мозгами укроп… э-э, украинских ребят.

– Мозгами?!

– Не в прямом смысле, ни у кого из них мозги никто не вытаскивал. Главбот просто перенёс их память и сознание из голов в процессоры костюмов.

– О, майн гот! – прошептала брюнетка.

– Почему же Надумиум перенёс сюда тела, а не сразу скачал души? – скептически проговорил Максим. – Это же намного проще.

– Вероятно, у главного бота имелись ещё какие-то причины, – сказал Арсик.

– Какие?

– Чтобы использовать наши тела в качестве пищи, например.

Шутка Арсика произвела на слушателей неприятное впечатление, но обсуждать идею не стали.

– Вот и дошли. – Влад остановился в середине коридора, в стенах которого прятался вход в «казарму» ящериц.

Не успел он дотронуться до выпуклости в левой стене, как из бесшумно открывшихся нор с обеих сторон коридора высунулись головы многолапых созданий с фиолетово-синими фасетками глаз.

Посланцы мира сгрудились, с опаской рассматривая роботов Охраниума.

– Свои, свои! – поспешил сказать Влад. – Откройте вход, мы по делу.

– Нужен совет вашего хозяина, – небрежно добавил Арсик.

Неизвестно, понимали или нет многолапы русский язык, и вообще чей-то язык, но они попрятались обратно, и мембрана выпуклости лопнула «губами» двери.

Не видавшие такого ранее спутники Влада и товарищей попятились.

– Смелее, эти ящерки не кусаются, – засмеялся Арсений, направляясь вслед за Владом в помещение «казармы», фойе которой являлось её энергетической столовой.

С тех пор как гости покинули «казарму» после схватки с роботами Надумиума и украинскими хлопцами, занявшими их компьютеры, здесь всё осталось по-прежнему.

Верхние ряды ячей были заполнены неподвижными телами ящериц. Из нижних торчали головы других созданий, отреагировавших на появление гостей одинаковым поворотом страшненьких голов.

В змеевике зарядного терминала нежились в ячеях пять ящериц, вкушающих «нектар» электричества или ещё какого-то вида энергии.

Влад прошёл мимо них в конец помещения, остальные последовали за ним и оказались в пузыре переговорной с её жемчужно-мерцающими стенами. Он был невелик, поэтому все не уместились.

– Станьте поплотнее, – посоветовал Влад. – Кто не втиснется, услышит, о чём мы будем говорить.

За столом с грибообразной столешницей устроились четверо переговорщиков: Влад, Тина, Арсик и Митя, окружённые другими мальчиками.

– Охраниум! – громко и веско проговорил Арсик. – Активируй лингвистический контур!

Глаза европейских подростков округлились.

– Вы с ним… так легко общаетесь?! – удивился серб.

– А что тут сложного?

– Не слушайте его, – пробурчал Максим, – он делает вид, что ничего сложного нет.

– Не понимаю.

– Защитный ИИ общается только с ним, – пояснил Влад.

– Почему?

– Не знаю, но факт.

– У нас с Охраниумом общие предки! – расхохотался Арсений.

– Шутник! – поморщился Максим.

– Не обращайте внимания. – Влад сердито глянул на товарища. – Кончай свои приколы!

– Уже и пошутить нельзя?

– Шути в другом месте.

Щёлкнуло.

Все вздрогнули.

В центре стола образовалась дырка, из которой вылезло длинное суставчатое щупальце, развернуло нечто вроде бабочки размером с большие непрозрачные очки. Впрочем, это и в самом деле были очки.

Арсик схватил их, нацепил на голову таким образом, что перемычка между крылышками, играющая роль тельца бабочки, легла на переносицу и лоб. Поёрзал на плетёном из «костей» стульчике.

– Охраниум, нам надо…

– Подожди! – остановил его Влад. – Сначала надо узнать, что задумал Надумиум.

– Пожалуйста, я тоже об этом подумал. Охраниум, что хочет сделать с пленниками твой босс?

Стены камеры для переговоров мигнули.

Арсик открыл рот, глядя перед собой остановившимся взглядом. Через несколько секунд очнулся.

– Повтори!

В переговорной установилась тишина.

– Что?! – выдохнул Влад. – Да говори же!

– Он сказал, что Надумиум готовит отлов…

– Какой отлов? – с недоумением спросил сербский мальчишка.

– Задача Собирателя – поиск и погрузка в консерватор разумных индивидуальных умов разумных обитателей Галактики. Нас захватили для анализа наиболее ценных рас.

Кто-то прыснул в толпе.

Остальные оглянулись на смутившегося нарушителя тишины.

– Объясните… – начала девушка в джинсах.

– Главный комп Собирателя определил наиболее подходящих для упаковки ребят и собирается начать охоту на всех представителей их национальностей.

– И кто же попал в списки? – осведомился сириец.

Арсик сглотнул, сконфуженно помолчал.

– Мы…

– Не мямли! – сердито произнёс Максим.

– Ну… русские… белорусы… украинцы…

– И украинцы?!

– Они очень… э-э, активны.

По сбившимся в плотную массу ребятам пробежало общее обескураживающее движение. Кто-то оскорблённо хохотнул. Но остальные были просто удивлены.

– Почему такой странный отбор? – спросил наивно сербский мальчик.

Арсик развёл руками, ища взглядом поддержки Влада.

– Наверно, потому, что мы слишком энергичны, – пришёл ему на помощь Владигор, – по сравнению с другими ребятами. Здесь нет никакой политической подоплёки.

– Может, потому, что вы слишком агрессивны, а не энергичны? – буркнул на немецком парень с длинными волосами. Впрочем, определить, парень он или девушка, было невозможно.

– Может быть, – согласился Влад. – Арсик, спроси, Охраниум поможет нам перепрограммировать Главбота?

Арсений послушно повторил вопрос, не договорив, так как, по всей видимости, собеседник читал его мысли. По лицу айтишника пробежали отголоски мыслей, последний явно отражал горестное разочарование. Выслушав Охраниума, он сказал:

– Да ладно! Почему?!

Возникла пауза.

– Пусть говорит вслух, – сказал серб, имея в виду собеседника Арсения.

– К сожалению, этой опции у переговорной аппаратуры нет, – объяснил Влад. – А ответы Охраниума лучше всех понимает Арс.

Наконец пауза кончилась. Арсик со вздохом снял очки.

– Ничего не получится.

– Не мямли!

– Охраниуму до лампочки наши предложения. Он всего лишь защитник Собирателя и вмешивается в работу Надумиума только в тех случаях, когда команды Главбота начинают угрожать функционированию космоплава.

– Зачем же тогда он спас нас? – поинтересовался Максим.

– Он не спасал нас целенаправленно, это произошло в момент нейтрализации другой проблемы. Мы просто оказались рядом.

– Значит, он не поможет нам справиться с Надумиумом?

– Конечно нет, главное для него сохранить Собиратель.

– Как же ты мечтал перепрограммировать Надумиума? У него же нет никаких панелей или клавиатур.

– О! – встрепенулся Арсик, цепляя очки на нос. – Это мысль! Охраниум, а у вас предусмотрено ручное управление Собирателем? Каким образом ваши создатели контактировали с вами?

Снова потянулись секунды ожидания ответа, слышимого только абоненту с очками.

Мальчишки зароптали, переговариваясь, попытались устроиться поудобней.

– Вообще-то странно, что этот компьютер не имеет общей гарнитуры, – сказал сербский мальчик, неплохо разбиравшийся в айти-аппаратуре.

– Его делали не люди, – назидательно сказал Сёма. – Эти ИИ общаются мысленно.

– Всё равно странно.

Арсик ожил.

– Если я его правильно понял, на борту Собирателя нет никаких гарнитур и специальных терминалов, кроме этой переговорной, для связи с его управляющими контурами. Создатели общались с ними аутентично.

– Как? – озадачился Сёма.

– Мысленно. Ещё с ними можно связаться через порталы в ботах… в скафандрах, которые выглядят как роботы. В трёх из них сидят укропы. Ну вы знаете.

Влад пригладил вихор, раздумывая.

– Через скафандры, говоришь?

– Но для этого сначала надо в них перезагрузиться, – виновато ухмыльнулся Арсений.

– Это ты о чём? – удивился Максим.

– Чтобы связаться с Надумиумом напрямую, надо быть внутри бота… то есть в его башке.

– Это как же ты туда залезешь?

– Залезли же укропы, – сказал Сёма.

– Их загрузил в боты комплекс Надумиума, – сказал Арсик.

Влад хотел было во всеуслышание объявить созревшую у него мысль, но не стал. Надо было всё обдумать, да и компанию пленников нельзя было назвать полностью дружеской.

– А давайте нападём на главного ИИ! – вдруг предложил Сёма. – Охраниум даст нам своих ящериц со скорчерами, перебьём охрану Надумиума и заставим отправить нас домой!

В переговорной повисла хрупкая тишина.

Потом засмеялся Максим, зашумели ребята. Тина покачала головой, с удивлением рассматривая простодушное лицо приятеля.

– Сёма, ты не заболел?

– А чё? – пожал плечами парень, который был крупнее всех в компании.

– Вы действительно слишком агрессивны, – нахмурился мальчишка-немец.

– Он просто пошутил, – возразила Тина.

– А вот и нет! – заявил Семён вызывающе. – Они же тут все роботы! Хреновые интеллекты! Их всех надо уничтожить, чтобы не хватали кого ни попадя!

– Правильно! – поддержал его сирийский мальчишка.

– Ни на кого нападать мы не станем, – отрезал Влад, хотя в душе полностью поддерживал родича. – Да и не даст Охраниум своих роботов. Давайте отдохнём, подумаем и снова соберёмся обсудить дальнейшие действия.

– А если этот главный компьютер начнёт охоту? – осведомился серб.

– Арс, спроси.

Арсик нацепил «бабочку».

– Охраниум, когда твой босс начнёт отлов?

Ответ собеседника айтишнику не понравился.

– Переведи на земное время… спроси у главного, он наверняка определил наши временные параметры. Нет, не надо проценты… да, хотя бы так.

Затаили дыхание.

– И что мы будем делать, если… – пробормотал Максим.

Влад остановил его, подняв руку.

– Точной цифры Охраниум не назвал, но ждать осталось не больше трёх часов.

– Как это ты определил? – скептически осведомился Максим.

– Он сказал – не больше восьмой части земных суток. А это и есть три часа. До этого момента ему надо организовать армаду дронов – перевозчиков людей с трёх территорий и сброса ненужного расходного материала из тюремной зоны.

Стало тихо.

– Что значит – сброс ненужного материала? – спросил немецкий мальчик.

– Это значит, что Главбот собирается освободить концентрационную зону от ненужных пленников, – усмехнулся Влад.

– Каким образом?

– Вы не понимаете?

Толпа заволновалась. Кто-то выругался на итальянском языке.

– Нас… ликвидируют?!

– Не спешите с выводами, – мрачно сказал Максим.

– Но если к Земле полетят перевозчики, – нерешительно проговорила Тина, – их же собьют?

– Кто? – пренебрежительно выпятил губы брат.

– Зенитки…

Ребята засмеялись.

– Ох уж эти девчонки! – глубокомысленно произнёс Сёма.

– Ты не умнее! – отбрил Максим.

– У нас есть ВКС…

– О да, тут ты прав. Только смогут ли ВКС отбить нападение?

– Отследят…

– Ты представляешь, какими технологиями обладают творцы Собирателя?

Семён покачал головой.

– Чего ты ко мне привязался?

– Подождите, – вдруг бросил Арсик, коснувшись очков. Помолчал немного, посмотрел на Влада. – Только что Охраниум сбил две ракеты, подлетающие к Луне!

– Да ты что?!

– Две ракеты… третья повернула… наверно, летели за нами…

– Чьи ракеты?! – выдохнул Влад.

Арсик повторил вопрос, помедлил.

– Охраниум не знает, кому принадлежат взорванные. Он просто отвёл угрозу, потому что на их борту было оружие.

Мальчишки перестали дышать.

Влад очнулся.

– Идёмте отсюда!

– Куда? – мрачно спросил Максим.

– Надо перекусить, а то животы подвело, и подумать.

– У нас всего три часа в запасе… и нет оружия.

Тина перехватила взгляд Влада, вскочила.

– Правильно, прежде чем куда-то бежать, надо хорошенько подумать.

– А оружие захватим по пути в том арсенале, где мы побывали, – добавил Семён. – Там его полно. А я возьму шайбы!

Влад хотел остановить парня, но было уже поздно.

– Вы нашли оружие? – недоверчиво спросил мальчишка-сириец.

– На втором этаже ниже тюрьмы.

– Покажете.

Ответить отказом было бы невежливо, и Влад нашёлся:

– Если пойдёте с нами – покажем.

– Мы все с вами.

Хор голосов подтвердил его слова, промолчал только мальчик из Германии.

– Идёмте.

Повеселев оттого, что кто-то взял на себя обязанности командира, ребята высыпали из «казармы» ящериц в коридор.

Русские увели за собой группу присоединившихся мальчишек, и оставшиеся начали обсуждать своё положение, долго выбирая лидера. Им оказался пятнадцатилетний парень из Великобритании по имени Стен, сын министра иностранных дел. Он многое перенял от отца и показался остальным ребятам сильной личностью, готовой воевать с кем угодно.

Всего ребят набралось больше двадцати, и после небольшого спора, затеянного немецкими парнями, тоже захотевшими командовать отрядом «спецназа», Стен заявил:

– Надо остановить русских! Они агрессивны, воинственны и настроены захватить власть на корабле! По их милости надзиратели разозлятся на всех и перебьют нас!

– Но они не говорили, что желают захватить корабль, – возмутилась единственная девушка во всей группе, полная, круглолицая, рыжеволосая. Говорила она по-английски бегло, однако была не из Великобритании, а из Канады. – Они собираются изменить программу компьютера, чтобы тот отпустил всех пленников.

Спутники рыжеволосой с двух сторон попытались что-то ей внушить, но девушка отмахнулась.

– Отстаньте!

– Это уловка! – пренебрежительно возразил Стен. Одетый в чёрный костюм с золотыми пуговицами, он был невысок и неспортивен, но было видно, что англичанин привык повелевать. Его смазливое личико с крутым подбородком портили близко посаженные светло-голубые, почти прозрачные глаза, казавшиеся льдинками. – Они обманщики! – продолжал британец напористо, сведя тонкие брови. – Наши украинские друзья не зря называют их орками. Русские напали на Украину и хотят захватить всю Европу! Нас об этом предупреждали. Поэтому будем действовать сами.

– Не очень-то они нам друзья, – покачала головой рыжеволосая. – Чуть не расстреляли всех. Если бы не русские, мы бы тут не спорили.

– Их спровоцировали…

– Ещё надо выяснить, зачем они влезли в те супертерминаторские костюмы.

– Наверно, чтобы узнать побольше…

– Что ты предлагаешь?

– Предупредить главного управляющего Собирателем.

– О чём?

– О том, что русские хотят его перезапустить с целью захвата.

– Но это… предательство, – неуверенно проговорил худенький смуглолицый парнишка-турок.

– Что ты понимаешь в предательстве? – воинственно повернулся к нему Стен. – Лучше вспомни, как ваш президент предал НАТО и продался русским!

Турецкий парнишка сжал кулаки.

– Никого он не предавал! Сам врёшь! Это вы предали Евросоюз, когда отсоединялись!

– Ты меня обвиняешь?! – удивился англичанин. – Да если хочешь знать, мы больше всех помогаем украинцам, а вы снабжаете русских беспилотниками!

– Мы и украинцев снабжаем! Это бизнес!

– Прекратите! – снова возмутилась рыжеволосая канадка. – Не хватало спорить из-за политики! Лично я участвовать в доносе не стану!

– Ну и торчи здесь в тюрьме, пока орки тебя не прикончат! – усмехнулся Стен. – Идёмте к главному искину!

– Ты знаешь, где он находится? – спросил кто-то.

– Из этой зоны только один выход, и кто-то из русских говорил о второй палубе. Поднимемся и узнаем.

– Ладно, я с вами, – сказал задавший вопрос. – Может, возьмём с собой кого-нибудь из инопланетян?

– Ага, только львов нам не хватало, – иронически фыркнул Стен, – или змей.

– Тут не только львы и змеи.

– Если бы они хотели изменить своё положение, уже вышли бы к нам. Но сидят как гоблины в пещерах. За мной!

Толпа подростков весело двинулась за британцем, воспринимая происходящее как некую квест-игру.

Остались двое – рыжеволосая канадка и финн. Парни-канадцы потопали за толпой, перестав уговаривать спутницу.

Но стоило отряду сойти с кольцевого коридора и углубиться в тоннель, как игривое настроение и решимость многих путешественников пошли на убыль. До этого момента они практически всё время просидели в камерах-беседках, не рискуя высовываться и гулять по зоне, поэтому вид неровной трубы тоннеля с бугристыми стенками подействовал на них отрезвляюще. Решили бросить поход ещё двое подростков, чернокожие.

Дошли до тупика с четырьмя ответвлениями и поспорили, по какому идти дальше.

Неизвестно, чьё мнение победило бы, но спор разрешился сам собой, когда из дыры в потолке переходного отсека, указывающей на присутствие верхнего тоннеля, на пол мягко спрыгнули три фигуры в скрученных из жил «латах».

– Надзиратели! – пискнул кто-то.

– Э-э… – промямлил попятившийся англичанин.

Толпа мальчишек отодвинулась ещё дальше.

– Не ссы, трусяра! – раздался вдруг гулкий, пощёлкивающий, пополам с хохотом, голос на украинском языке. – Мы вас не тронем! Куда собрались?

Стен вытаращил глаза.

– Это вы?!

Вопрос был задан на английском, но робот понял.

– Своих не узнаёшь? Ну ты и долбон!

– Ногтюк, заткнись! – проговорил спутник робота, ничем не отличавшийся от него внешне. – Да, это мы, укры.

– Великие укры! – гулко ударил себя в грудь первый.

– Заткнись, Ногтюк! – Дальше Ярд заговорил по-английски: – Так куда вы направляетесь?

– К главному компьютеру, – выдавил вспотевший Стен, не понимая, как роботы разговаривают. Ртов у них на сплющенных головах не было. Лишь спустя несколько секунд он сообразил, что голоса раздаются из животов гигантов.

– Зачем? – задал очередной вопрос надзиратель.

– Предупредить, что русские пошли перепрограммировать комп.

Роботы дружно крутанули тарельчатыми головами.

– Обалдеть, босс! – проговорил молчавший до сих пор третий спутник роботов шипящим фальцетом. – Русские их, можно сказать, спасли, а они решили донести.

– Молодцы, европа! – гаркнул тот, которого назвали Ногтюк. – Получите бандеровский золотой крест!

– Когда ушли русские? – осведомился второй робот, игравший, по-видимому, роль командира.

– Полчаса назад.

– Куда?

Мальчишки начали переглядываться.

– Я слышал, к какому-то Охрану… – несмело сказал парнишка из Франции.

– Надо их догнать! – вскричал Ногтюк.

– С ними больше десяти пацанов, – послышалось из толпы за спиной Стена.

– Какая разница? Босс, догоним?

Ярд помолчал, размышляя. В последнее время ему всё больше не нравилась ситуация, искусственные интеллекты Собирателя явно не озаботились судьбой пленников из Украины, и в душе зрело злобное сомнение в том, что они выполнят обещания.

– Идёмте, мы проводим.

– Вы знаете, куда идти? – обрадовался Стен.

– Знаем.

– Босс? – удивилась София. – На кой хрен они нам сдались? Только мешать будут.

– У меня есть идея. Не отставайте.

Роботы подпрыгнули, исчезая в верхнем тоннеле.

Растерявшиеся ребята смотрели им вслед, раскрыв рты.

Стен хотел крикнуть: «Вы нас бросаете?» – но роботы внезапно вернулись. И он проговорил обиженным тоном:

– Мы не умеем летать.

– Я забыл, – буркнул Ярд. – Подходите, перенесём вас на вторую палубу.

Поёживаясь, с опаской разглядывая растопыренные лапы ботов, подростки в конце концов позволили отнести себя на второй этаж космоплава. Той же гурьбой последовали за проводниками.

София догнала Ярда, желая расспросить о посетившей босса идее, но тот велел ей идти молча.

Добрались до коридора, в середине которого располагался отсек Главбота.

Коридор оказался не пустым. Напротив выпуклости входа в отсек топтались две тройки роботов, переговариваясь ржавыми машинными голосами. Ярд мимолётно подумал, что было бы интересно узнать, интеллекты чьих существ были втиснуты Надумиумом в компьютеры скафандров.

– Внимание! – скомандовал он. – Будьте готовы к стрельбе!

– Всегда готова! – хохотнула София.

Шестёрка служителей Надумиума повернулась к ребятам, с тревогой посматривающим на проводников.

Ярд вышел вперёд, повёл лапой слева направо, как бы предлагая «коллегам» уступить дорогу. Рявкнул:

– Убирайтесь к чёрту!

Вряд ли перезагруженные в компьютеры скафандров-ботов мыслящие структуры каких-то инопланетян поняли сказанное, но тон подействовал и на них. Одна тройка ботов встала шеренгой слева, вторая вдоль стены справа, создавая своеобразный коридор.

Ярд догадался, что они получили разрешение Главбота через рации скафандров, использующие радио или мысленную связь.

– Идите! – отступил он в сторону, повернувшись к притихшей толпе доносчиков.

Стен вытаращил глаза.

– Не понял! А вы?!

– Это не наша идея – предупредить Надумиума, а ваша. Вот вы и действуйте.

– Босс? – пробормотала София. – Лучше я это сделаю…

– Заткнись!

– Но мы… вы в костюмах… – Ошеломлённый англичанин не мог сразу подобрать формулировку отказа. – Мы за вами… идите первыми…

– Нам это не нужно. Смелей, сэр, Надумиум вас ждёт.

Стен сглотнул, бледнея, оглянулся на спутников, ища глазами своих земляков. Но оба англичанина мялись, отводили глаза и не спешили показывать пример храбрости.

Из толпы вышел длинноволосый немец.

– Пошли, что стоите.

Стен преодолел приступ паники, и оба направились между шеренгами ботов, невозмутимо разглядывающих толпу молодёжи, вдруг потерявшую монолитность, своими странными чёрными очками. Кто-то из толпы сделал робкий шаг вперёд, догоняя двух лидеров, и остальные, зашумев, устремились за ними.

София и Эмин нерешительно переглянулись, не понимая задумки приятеля.

Один из ботов, стоявший ближе всех к открывшейся двери в отсек, что-то проверещал.

Стен и поддержавший его немецкий парнишка остановились.

– Что ты сказал? – произнёс побледневший англичанин.

Робот протянул к нему жилистые лапы. Стен отпрянул в испуге.

– Не дёргайся! – проговорил Яродив. – Он тебя сканирует на предмет ношения оружия.

Стен развёл руки в стороны.

Робот крутанул лапы колесом, занялся немцем, проявившим больше мужества, нежели англичанин.

Оба с облегчением вошли в отсек, остановились, поджидая ребят, проходивших ту же процедуру.

– Нас он не ощупывал, – пробормотала София. – Чего боится?

– Русские вооружены, – напомнил Эмин.

– Мы тоже.

– Да, но то оружие помощней нашего, да и приготовлено не для этих болванов, а для ящериц.

Левое плечо бота-Софии неожиданно развернулось розочкой и вновь превратилось в «кочан капусты»: украинка проверила автоматику оружия.

– Работает!

– За мной! – скомандовал Ярд. – Не вздумайте начать пальбу!

Мальчишки сгрудились в «предбаннике» Надумиума, стены которого подпирали ещё две тройки роботов. Один из них проскрипел короткую очередь неприятных звуков, и плита защиты зала Надумиума откатилась в сторону.

Стен снова оглянулся.

– Главный комп там, – махнул рукой Ярд.

Мальчишки с опаской прошмыгнули мимо роботов к жерлу входа в зал. Их взору открылась яйцеобразная псевдокристаллическая глыба «мозга» Надумиума, связанная со стенами множеством жил и растяжек. Яйцо «мозга» снизу покрылось чем-то похожим на плесень в том месте, где из него торчал похожий на древесный гриб нарост, темнеющий к острому концу до багрового, с фиолетовым оттенком, цвета.

Яродив давно подозревал, что это настоящая «раковая опухоль», понемногу съедавшая плоть «мозга» Надумиума, отчего тот и глючил, забывая даже недавние свои решения, но теперь эти подозрения превратились в уверенность, и проникший под «череп» скафандра мыслеголос главного ИИ-комплекса Собирателя подтвердил его уверенность.

«Кто вы?» – задал вопрос Надумиум, хотя, имея множество датчиков и камер по всему космоплаву, должен был знать, кто и зачем к нему заявился.

– Мы… э-э… твои друзья, – выдавил Стен.

Ярд невольно усмехнулся. Он уже давно знал, что англичане никогда ни с кем не дружили, не раз предавая тех, кто полагался на их обещания. Даже Подлещик-старший, отец Яродива, кормившийся из рук британских спецслужб, не раз шутил, что хуже вражды с британцем может быть только дружба с ним. Сам Яродив тоже успел убедиться в этом, узнав, что британская Ми-6 не заплатила одной хакерской «фирме» обещанную сумму за вброс в российскую сеть Рунета мощного вируса «троян-ультра».

«Что вам нужно?» – задал очередной вопрос Надумиум.

Стен привычно облизнул губы.

– Мы пришли предупредить… русские хотят вас перепрограммировать. – Он пожевал губами, ища более доказательную формулу. – А ещё они хотят захватить корабль…

Однако Надумиум молчал, и англичанин, испугавшись, что сказанного чужаку мало, заявил:

– И вообще они задумали перебить всех ваших… гостей!

«Я знаю. Что ещё?»

– Знаете? – окончательно растерялся мальчишка. – Разве этого недостаточно?!

«Ваша информация запоздала. Вы нам не нужны».

Стен вспотел: ответ его потряс.

Его длинноволосый спутник, также принимавший мыслеречь Главбота, сжал кулаки. Соображал он быстрее британца.

– Мы можем послужить… иным способом.

«Каким?»

Немец оглянулся на группу напряжённых мальчишек, пытавшихся понять, о чём идёт разговор.

– Ну… сторожить всех, кого вы… пригласили.

«Не требуется».

– Помогать вам… делать всё, что прикажете.

Надумиум сделал паузу.

«Ваша биоформа малопригодна для космических условий».

– Мы готовы изменить свою… биоформу.

Ярд с интересом посмотрел на британца.

В толпе мальчиков раздался ропот, возмущённые голоса. Многие не ожидали такой инициативы от немецкого юноши.

Немец повернулся к ним, сверкая глазами.

– Вы что, не понимаете?! Нас убьют, если мы не согласимся! Кто хочет уйти – бегите, если вам жизнь не дорога!

Ребята притихли, однако ненадолго. Снова послышались возбуждённые голоса, возгласы, кто-то кого-то толкнул, началась ссора.

– Босс? – послышался голос Софии. – Надо присмирить особо активных.

– Не вмешивайся! – перебил его Ярд. – Пусть сами выбирают свои дороги.

Внезапно шестёрка роботов в «предбаннике» Надумиума двинулась на ребят и начала хватать их суставчатыми лапами: одна лапа прижимала схваченных за талию к себе, вторая охватывала головы как ковшом.

Началась общая возня, переросла в панику, крики усилились, раздались рыдания и просьбы отпустить. Паре мальчишек удалось увернуться от объятий, и оба сбежали, исчезая за дверью. Остальные один за другим переставали двигаться, превращаясь в безвольных кукол. Роботы понесли их по двое сразу, перекинув через плечи как тряпки, в открывшийся в стене проём двери.

– Что они делают?! – опомнился Эмин.

– Слепой? – осведомилась София без особых переживаний.

– Куда их понесли?

– В порт перезаписи, – мрачно ответил Ярд, догадавшись о намерениях Главбота. – Их, как и нас, перегрузят в тела ботов и сделают слугами.

– Да и хрен с ними! – легкомысленно констатировала Ногтюк. – Невелика потеря. Другое дело, что будет с нами?

Яродив помедлил, вспоминая разговоры с Надумиумом. Инопланетный искусственный интеллект был совершенно безразличен к чувствам землян, но обвинять его в этом было напрасной тратой времени и нервов. Он делал всё, что было забито в программу миссии, и лишь подхваченный где-то в глубинах космоса вирус мог эту программу исказить.

– Главный, слышишь меня?

В голове запищало, словно там поселился выводок цыплят.

«Слышу».

– Куда твои халдеи поволокли пацанов?

«На перезапись».

– У тебя что, мало слуг?

«Скоро начнётся отлов, понадобятся сотни операторов».

– Что с ними будет потом?

«Твой интеллект крайне низкий, раз задаёшь такие вопросы».

Ярд испытал приступ ярости, но сдержался.

– Ответь!

«После отлова они поступят в общую базу интеллектуального контента».

– То есть возвращать их на Землю ты не намерен.

«Смысл?»

Ярд поёжился.

– Действительно, какой в этом смысл? Но ты обещал нам вернуть тела, когда мы согласились служить тебе.

«Ситуация изменилась».

– Объясни.

«Нецелесообразно», – с холодным равнодушием машины ответил Надумиум.

– Твою же долбаную… – Горло перехватило, и Яродив не закончил ругательство, вдруг пережив новый приступ страха. Стало окончательно ясно, что главный ИИ-правитель космоплава, летающего по Галактике в поисках разумных созданий, вычеркнул украинцев из списка своих помощников. Шестым чувством Ярд определил опасность, исходящую от этого решения Главбота, и кинулся мысленно искать решение проблемы, забыв, что Надумиум слышит его мысли.

– Что он брякнул? – не поняла София смысла перебранки приятеля с Надумиумом.

– Уходим отсюда!

– Куда?!

– Потом объясню.

Ярд повернулся к двери, выращивая на плече бутон «револьвера», но замер на полушаге. В проходе появился робот, не давая пройти, а за ним в коридоре выросли ещё две плечистые фигуры.

– С дороги!

В ответ робот в двери вырастил свой «револьвер».

Интуиция сработала раньше, чем сознание приняло решение. Ярд выстрелил. А так как он находился «на взводе», испытывая яростное желание снести все препятствия на своём пути, то врубил отдачу излучателя на максимум.

Мгновенно развернувшаяся в прозрачно-искристое полотнище «водяная пуля» не просто вынесла бота в коридор, а превратила его в огненный лоскут, лопнувший с оглушительным треском! На лету он сбил второго бота, стоявшего за спиной, влепляя его в стену!

Третий бот тройки, которого горящий напарник не задел, отвлёкся на полёт, и Ярд, продолжая движение, выстрелил ещё раз, превращая робота в факел.

За ним в коридор выбежали приятели.

– Чем это ты их приговорил?! – озадаченно поинтересовалась София.

– Огнемётом! – хохотнул Эмин.

– У вас, между прочим, такие же.

– Наши стреляют водой.

– Силовым разрядом, а не водой. А если поддать мощности, то получается плазма.

– Шо?!

– Мудошо! Валим, пока сюда не сбежались остальные уроды!

Ярд метнулся к ближайшему перекрёстку коридоров, но еле успел затормозить, увидев, как из дыры нижнего тоннеля, соединявшего уровень Надумиума с палубой тюремной зоны, вылезают один за другим, цепляясь за отверстия в стенках, русские ребята. Впереди знакомый Яродиву парень по имени Влад, боксёр, нокаутировавший Софию, за ним мальчишка по имени Митя. Потом улыбчивый парень по имени Арсик и последним здоровенный толстомясый бугай. Вспомнилось его имя – Сёма.

Влад наконец заметил перед собой робота, выхватил из внутреннего кармана куртки какой-то предмет, напоминавший гроздь винограда. Это было оружие, которым владели ящерицы во время драки с роботами у своей «казармы», и Ярд «покрылся потом», как можно выразить его состояние.

– Не стреляй! – гаркнул он.

Рука Влада дёрнулась, на лице отразилось недоумение, сменившееся догадкой. Но «гроздь» он не опустил.

– Вы?!

– Мы! – едва не подавился словом хакер.

Подскочила София.

– Шо ты с ними базаришь?! Хреначь!

Ствол излучателя на плече бота-Ногтюк запрыгал из стороны в сторону, подчиняясь мысли наводчицы, не знавшей, в кого стрелять первой.

– Стой! – рявкнул Ярд, одним ударом кулака сворачивая кронштейн с «револьвером» набок.

– …! – матом отозвалась та, отпрыгивая. – Ты шо, босс?! Это же кацапы!

– Не стреляй! – повторил Ярд, но уже не для неё, а для противника.

Влад опустил своё необычное оружие.

Группа ребят из разных стран, ведомая проводниками из России, вернулась к своим камерам после беседы с Охраниумом, и Влад пообещал им собрать всех пленников и обсудить план действий.

Разочарованные ребята потянулись к своим «родным» камерам.

Русская и белорусская тройки остановились в крыле зоны последней, но поговорить без свидетелей не удалось.

Ссора возникла практически ни на чём.

Арсик ещё во время возвращения в зону начал рассуждать об искусственных интеллектах земных институтов, похвастался, что знаком с японским компьютером Фугаку, установленным в городе Кобо, – якобы его даже приглашали на цифровую стажировку, – и Максим в обычной манере, когда они остались вшестером, пренебрежительно обозвал его фантазёром.

За друга вступился Влад, Максим вспыхнул и увёл своих земляков за собой, сказав, что «все русские – болтуны». Тина пыталась осадить брата, но ей это не удалось, и, оглядываясь, она пообещала, что все встретятся после отдыха через час.

– Какой же он зануда, – огорчился Арсений, когда троица из Петропавловска-Камчатского добралась до «личных покоев» – камер, внутри которых пленники очнулись после переноса. – На всё находит возражения, что бы мы ни предлагали.

– Такой уж характер, – вздохнул не менее огорчённый Влад. – Тина не такая.

Айтишник расплылся в понимающей ухмылке.

– Красивая! Словно они не брат и сестра. А на тебя смотрит как на икону.

– Брось свои подколки! – поморщился Влад, хотя слова приятеля были ему приятны. – Просто она мягкая и добрая.

Дошли до открытой беседки Арсика.

– Не хочу туда залезать! – вдруг заупрямился он. – Надо что-то делать, а не ждать, пока Надумиум пошлёт своих терминаторов запаковать нас надёжнее.

– Сходи в туалет, – хмуро посоветовал ему Влад. – Да и подкрепиться не мешает, давно не ели. Потом приходи к нам с Митей.

– И то дело, – согласился Арсик, протискиваясь в беседку.

Влад с мальчишкой дошли до его камеры.

– Есть хочешь?

– Не-е… – стеснительно ответил Митя. Хрупкого вида, он устал, но пока держался неплохо, ни разу не пожаловавшись на самочувствие и не упрекнув старших товарищей в отсутствии внимания.

– Всё равно сходи в туалет, чтобы потом не бегать с полным животом.

Митя молча полез в камеру.

Влад зашёл в свою, умылся, напился безвкусной воды, скорее всего синтезированной и отфильтрованной местной техникой, собрался было поесть «каши» или «бульона», как вдруг издалека прилетел какой-то шум, раздались крики, из-за скругления коридора появился мчавшийся во весь опор Сёма с криком:

– Влад! Влад! Они утащили Макса и Тину!

В голову ударило не хуже нашатыря.

Влад выскочил из беседки, остановил Сёму.

– Кто утащил?! Куда?!

Семён, потный, красный, с расширенными страхом глазами, оглянулся.

За поворотом раздался шлёпающий топот многих ног, появилась тройка «терминаторов», двигающихся цепочкой один за другим.

– Они! – попятился Семён. – Вторая тройка! Первая унесла Макса и Тину!

– Куда?!

– А я откуда знаю?!

Плечо первого бегущего бота раскрылось бутоном излучателя силовых пузырей.

Сёма беспомощно похлопал себя по карманам, словно ища там шайбы «гранат».

Влад замер, но его ступор длился всего лишь полсекунды. Потом сработала реакция боксёра, и рукоять «виноградной грозди» сама легла в ладонь. Он выстрелил не целясь!

Не очень яркий язычок синего света вонзился в голову-тарелку робота и срезал её как бритвой! Продолжая бежать, тот начал клониться вперёд и, сделав четыре-пять шагов, нырнул грудью на пол. Ни крика, ни стона, ни крови – только брызги «косточек» и жил осеменили серые плиты пола.

Бежавшие за первым боты не остановились ни на миг.

Оба вырастили «револьверы» из похожих на капустные кочаны плеч и целеустремлённо двигались дальше, не обратив внимания на сражённого спутника.

Влад выстрелил ещё раз, пребывая в состоянии спортивного стресса, словно находился на боксёрском ринге.

Клинок плазменно-электрического разряда снёс второму роботу плечо с излучателем, его развернуло, и это помешало третьему «терминатору» выстрелить точно. Поэтому пузырь какого-то силового поля, развернувшись в «слой воды», снёс Семёна как пушинку, несмотря на его вес, к стене зала.

Вскрикнув, Влад дал целую очередь разрядов, изрешетив робота в дуршлаг! Последний выстрел пришёлся на шею гиганта, и слетевшая с плеч тарельчатая голова со стуком упала на пол. Затем с ещё большим грохотом свалился и «дуршлаг».

Влад выдохнул, ища глазами противника.

Выскочивший из камеры Митя смотрел то на него, то на останки роботов, один из которых ещё подёргивал суставами.

Прибежал Арсений с лицом, измазанным серой жижей. Видимо, он в этот момент лакомился «кашей».

У стены зала послышался кашель. Сёма перекатился на живот, попытался встать, что-то бормоча. Митя кинулся к нему на помощь. Арсик тоже. Влад, очнувшись, метнулся следом.

Втроём они помогли Семёну утвердиться на ногах.

Лицо у парня было лиловое от удара силового пузыря, из носа текла кровь, и он размазывал её по лицу и груди, пытаясь утереться.

Влад достал носовой платок, стёр им кровь с подбородка белоруса, отдал ему.

– Рёбра целы?!

Сёма прижал платок к носу, прошепелявил невнятно:

– Болит… наверно, сломаны…

– Ничего, главное, ты живой, – сказал Арсик.

– Куда поволокли Тину?!

– По коридору… я еле вырвался…

– Наверно, к главному искину, – сказал Арсений и заметил, что измазался кашей. – О чёрт! Куда ещё?

– Как это случилось?!

– Я к себе пошёл, – ответил Сёма, – а они остались ругаться… тут роботы… схватили обоих и потащили…

– Идти сможешь?

– Стреляет в груди… но, кажись, смогу.

– Митя, догоняйте нас, мы к главному, может, успеем до того, как он пересадит Макса и Тину в железных болванов! Найдёте отсек?

– Хорошо, – кивнул побледневший мальчишка.

Влад помчался по коридору в ту сторону, откуда пришли «терминаторы», не заботясь, следует за ним Арсений или нет. Ответвление коридора, соединяющего тюремную зону с кольцевым тоннелем, было там.

Беседки белорусских пленников оказались пусты. Сёма не врал, его земляков уволокли слуги Надумиума. К счастью, их было шестеро, а со второй тройкой Влад расправился как заправский спецназовец. Мысль мелькнула кометой, но оставила в душе удивлённо-горделивый след: он сделал это!

Арсений догнал приятеля уже в кишковидной трубе.

– Ты меня даже не спросил, – укоризненно бросил он, запыхавшись.

– Можно подумать, ты стал бы возражать.

– Да уж, без айтишника не обойтись!

– Хвастун!

Добежали до перекрёстка, полезли по трубе вверх, цепляясь за выемки в её стенках, превращавших трубу в тренажёр для скалолазов. Выбрались на второй этаж… и наткнулись на спешащих навстречу роботов!

Понадобилось несколько секунд, прежде чем удалось разобраться в ситуации и не начать стрельбу. Роботы оказались носителями «мозгов» детей украинских нацистов. Но что-то изменилось в них. По крайней мере у их лидера, который не дал своему спутнику начать драку.

– Что происходит? – спросил он густым машинным голосом. – Куда вы бежите?

– За своими… – Влад опустил оружие. – Боты Надумиума унесли куда-то наших друзей, Макса и Тину, мы думали – сюда. Они здесь?

– Здесь их нет.

– Да что ты с ними базаришь?! – возмутилась София. – Их давно надо было сбросить на Луну! Пусть там своих нышпорок ищут!

Влад и Арсений переглянулись. Возмущаться злобным выпадам нацистки не хотелось.

– Помолчи! – бросил Ярд.

– Куда ещё их могли переправить?

– Разве что в отсек перезаписи, – предположил Арсик.

Влад посмотрел на бота, носителя Яродива.

– Ты знаешь, где этот отсек?

– Здесь недалеко.

– Босс! – взвыла София. – Да шо с тобой?! Ты собираешься помогать им?!

– А ты хочешь остаться на борту корабля в этом виде до конца жизни?

Ногтюк поперхнулась, будто проглотила язык.

– Идёмте, проведу. – Яродив повернул обратно.

В отсек перезаписи можно было попасть двумя путями. Первым – через параллельный коридор, каким в своё время волокли украинцев. Вторым – через «приёмную» Надумиума, так как зал с аппаратурой переноса сознаний в тела носителей-ботов, как уже догадался Ярд, располагался за стеной «предбанника».

Не обращая внимания на остолбеневшего приятеля, хакер крикнул Эмину: «Стилет, прикрой, если рыпнутся гвардейцы Главного!», вбежал в «приёмную» через оставшуюся открытой дверь и рявкнул, одновременно посылая мысленный приказ хозяину Собирателя:

– Открой проход в блок пересадки!

Главбот ответил так, будто ждал этого:

«Нецелесообразно».

– Открой, баклан, иначе разнесу всю твою контору на шматки!

Что такое «шматки» Надумиум не знал, но ответил равнодушно, будто ни капли не испугался. Впрочем, так оно и было на самом деле, страх, как и другие человеческие эмоции, был ИИ-владыке Собирателя неведом.

«Вы будете уничтожены».

– Попробуй! Ты видел, как мы расправились с твоими шестёрками.

Ярд прицелился в ячеистую стену «приёмной», поискал верный вектор, выстрелил.

Но пузырь силового поля не пробил стену, лишь сровнял несколько ячей в плоскую выгнутость.

– Подожди, – сказал Влад, подходя и поднимая «виноградную гроздь». – Скорчер понадёжнее.

Клинок неяркого синего огня вонзился в стену, не покорившуюся удару силового кулака, и проделал в ней вскипевшую пеной дыру размером с человеческую голову.

Наросты на стенах «приёмной» полыхнули фиолетовым светом, под потолком заверещали скрытые динамики, заставив свидетелей вторжения вздрогнуть.

– Лярва дохлая! – выругался София.

– Бей ещё! – торопливо произнёс Арсик. – Сюда сейчас примчатся защитники Собирателя.

Влад понял, что айтишник имеет в виду ящериц. Эти роботы подчинялись Охраниуму, однако тот должен был обеспечивать безопасность всему космоплаву и мог отреагировать на попытку повреждения его внутренних интерьеров как на прямую угрозу миссии.

«Вы подлежите ликвидации», – прилетел ниоткуда мыслеголос Надумиума.

Никто ему не ответил.

Два выстрела пробили стену рядом с первой дырой, и выпуклость без ячей слева от них прорезала щель мембраны, распахиваясь губами двери. Надумиум решил не рисковать своим оборудованием, а может, его снова ударил по «мозгам» рождённый вирусом глюк.

Терять время на размышления об этом не стоило, и Влад прыгнул к расширявшемуся дверному проёму.

Ярд замешкался, мысленно обматерив скафандр в медлительности: бот был широк и массивен и быстро двигаться не мог.

София с Эмином хотели было присоединиться к боссу, но хакер на бегу рявкнул: «Держите оборону!» – и приятели послушно остановились. Ногтюк жалобно промычала что-то об отсутствии оружия, но Ярд её не расслышал.

Взорам прорвавшейся в отсек с «томографами» троице предстала запомнившаяся им надолго картина.

В помещении с такими же ячеистыми стенами, какие были во всех отсеках космоплава, находились две тройки «терминаторов». Двое подпирали стены возле контура входной – со стороны коридора – двери; она была закрыта. Двое копались в аппаратной стойке между двумя прозрачными саркофагами, напоминающей гигантского паука. В одном лежал Максим, безучастно глядя в потолок, в соседнем – робот-носитель, в интерфейс которого и должны были переписать психику и сознание парня.

Ярд ожидал увидеть по меньшей мере пятнадцать человек – всех, кого уволокли роботы из «приёмной» Надумиума, но их не было.

Ещё двое роботов держали с двух сторон Тину, выглядевшую как после схватки с кошками: костюм порван, лицо исполосовано царапинами, в глазах тоска и обречённость. Однако после попытки Влада пробить стену скорчером (он вдруг облился потом, сообразив, что мог попасть в девушку) она повернула голову к новому проходу между отсеком и «приёмной», и в глазах пленницы протаяли удивление и надежда.

Так как губастая пластина мембраны раскрывалась медленно, роботы, стоявшие истуканами с двух сторон двери в коридор, встретили гостей воинственно – стволы излучателей на плечах уже ловили ворвавшихся, – однако недостаточно быстро, подтверждая вывод Арсика, что Надумиум перегружает в их интерфейсы не подготовленных спецназовцев, а кого придётся. Во всяком случае, эти «терминаторы», служившие Главботу, явно не были обучены для ведения активных боевых действий. Влад же восемь лет занимался боксом и реакцией обладал отменной.

Что касается Яродива, то он, в отличие от своих сверстников-геймеров, поддерживал спортивную форму и не отстал от «москаля». Выстрелы обоих опередили роботов.

Электрический разряд скорчера пробил левого «терминатора» насквозь, отшвыривая к жилистым наростам. «Водяной» пузырь «револьвера» Ярда, насыщенный искрами, сплющил правого робота и унёс вглубь зала.

Но на этом ребята не остановились. Противник всё ещё превосходил их численностью. Влад выстрелил четыре раза подряд, поражая обоих роботов, державших Тину. Пока те падали с дымящимися дырами в груди (Тина упала тоже), он перенёс огонь на третьего «терминатора», возившегося у раскоряченной пауком приборной стойки, но его оружие внезапно перестало стрелять, и робот успел выстрелить в ответ. Правда, не точно, иначе сплющил бы противника в пласт мяса и раздробленных костей. И всё же край прозрачного завихрения задел плечо парня, и Влад, крутанувшись волчком, растянулся на полу.

Зато не подвёл украинец.

Ярд тоже выстрелил дважды: в робота у саркофага с Максимом, поразив его в плечо, а потом в «терминатора», сбившего с ног Влада, срезав ему голову.

Движение в помещении на миг замерло.

Но зашевелился робот у стены, и Ярд выстрелил ещё раз, вбивая его тарельчатую голову в толщу стены как в кисель.

Влад вскочил, не чувствуя плеча, метнулся к Тине, опустился на корточки, обнял за плечи.

– Не задел?! Что молчишь?!

– Ты… меня… спас… – заторможенно проговорила девушка.

– Не я один! Можешь встать?

– Попробую… сейчас… голова кружится.

Подошли Арсик и Ярд.

– Надо уходить, – сказал украинец.

Тина дёрнулась, со страхом глядя на робота.

– Кто это?!

Ярд издал железно-горловой смешок.

– Укры мы… великие.

– Это украинец в костюме робота, – объяснил Влад, помог Тине встать. – Подожди, посмотрим, что с Максом.

Они подошли к саркофагу с лежащим под крышкой мальчишкой. Ярд начал снимать крышку.

– Интересно, его успели перезаписать, – сказал Арсик, – или нет?

Влад с чмоканьем содрал с головы, шеи и рук Максима чашки датчиков, начал будить.

Тина присоединилась к нему, плача и причитая:

– Максик, родной, вставай! Всё уже позади, мы свободны! Владик пришёл!

Максим перевёл взгляд с потолка на сестру, в глазах мальчика мелькнул испуг, сменился узнаванием.

– Тин?

– Я, милый! – Тина прижалась лбом к его щеке. – Вставай, нам надо уходить.

Максим зашевелился, пытаясь подняться на ложе саркофага, и Влад с Арсиком помогли ему выбраться.

– Что происходит? Где я?

– Ты не помнишь?! – всхлипнула девушка. – Нас забрали роботы.

– Давайте быстрей, – буркнул Ярд. – Время уходит, а мы пока даже не смылись из владений Надума.

Влад очнулся.

– Что ты предлагаешь?

– Хотя бы убраться отсюда, пока целы, – заговорил на чистом русском хакер.

– Мы внутри космоплава, не забыл?

– Хорошо бы сбежать домой.

– Как?! – ахнула Тина.

– На Собирателе целый флот беспилотников, с помощью которых Главбот перетаскивает людей к себе на борт. Найдём ангар, займём капсулу…

– И на взлёте нас собьёт Охраниум! – закончил Арсик. – Если не ликвидирует раньше, в самом ангаре.

– Он может, – согласился. Влад. – И это не выход. Нас тут семьдесят с лишним чел…

– Да и хрен с ними! Пусть сами о себе позаботятся!

– Ауф! – восхитился Арсик. – Хотя чего ожидать от нацика! А на Землю ты так и полетишь в этом костюмчике?

Ярд, хотевший вспылить, застыл.

– Бежать – не по-человечески, – пробормотал Влад, к которому вернулась мысль, час назад показавшаяся безумной. – Ты сказал, что роботы утащили делегацию доносчиков. Куда утащили? Здесь их нет. Да и отсек мал для большой перезаписи.

– Этот отсек – личная студия Надумиума, он использует его для кодирования наиболее важных персон. – Ярд кашлянул, что должно было означать смешок. – Он и нас приволок сюда. По идее, должен быть другой трюм, для массовой перезаписи, на сотни или даже тысячи человек.

– Где он?

– Не знаю.

– Как это, почему?

– Не интересовался.

В помещение вдруг через открытый «рот» люка, соединявший «приёмную» Надумиума с его «студией перезаписи», заглянула София.

– Бешеный, к нам пришли.

На мгновение в «студии» установилась тишина.

– Кто?! – выдохнул Яродив, бросаясь к проходу.

За ним мотнулся и Влад.

София отступила.

В «приёмной» Главбота топтались мальчишки в количестве не меньше десяти, впереди Сёма и Митя. Эмин стоял перед ними, преграждая путь, ворочая плечевым «револьвером» и не зная, что делать.

Сёма, испугавшись второго «терминатора», отпрянул, вынудив спутников отступить, но увидел Влада и выдавил:

– По-моему, за нами бегут ящерки!

– А это кто с тобой?

Сёма оглянулся, охнув от боли в рёбрах и прижав ладонь к груди.

– Увязались, хотят помочь.

– Тильки их тут не хватало! – саркастически фыркнула София. – Помощнички!

Из прохода выглянул Арсик.

– Идите сюда!

– А где Макс… – Сёма не договорил. Из-за спины ребят в помещение долетел дробный цокот, словно по твёрдому настилу покатились, подпрыгивая, металлические шарики.

– Быстрее! – сориентировался Влад, хватая Митю за руку и подталкивая к Арсению. – Все туда!

Эмин повернулся к Ярду.

– Босс?

– За ними! Не пускайте ящериц, если полезут из коридора!

– Я безоружен… – растерялась София.

– Будешь драться ногами! Быстро!

– А ты?

Ярд выругался.

Мальчишки из Европы скрылись в проходе вместе с роботами.

И на пороге двери, ведущей в коридор, выросли буро-красные, как варёные раки, ящерицы-многоножки.

Влад и Ярд отступили к проходу в «студию».

Излучатель на плече бота рыскнул стволом туда-сюда, готовый начать пальбу.

– Не смей! – прошептал Влад.

Ящерицы Охраниума хлынули в проём двери, их набилось не менее двух десятков, и каждая несла в скорпионьем зажиме «гроздь винограда», смотревшуюся как естественное продолжение хвоста. Влад мимолётно подумал, что это оружие было специально спроектировано для таких необычных киберорганизмов.

Ощутив в руке тяжесть своего скорчера, бесполезного в данном случае из-за разряженного аккумулятора, парень бросил излучатель на пол.

Ящерицы замерли метровой высоты столбиками, напомнив земных сусликов.

Влад откашлялся и шагнул вперёд, в миг смертельной опасности вдруг вспомнив глаза Тины, в которых отражались надежда на лучшее и наивное ожидание, что он непременно спасёт их.

– Кто из вас главный?

Ярд едва слышно присвистнул с насмешливой ноткой, как показалось Владу, но мешать «москалю» не стал.

По рядам ящериц прошло единое движение, однако ни одна из них не прореагировала на вопрос так, как это сделал бы человек.

– Понятно, – кивнул Влад. – Надеюсь, ваш хозяин слышит меня, к нему и обращаюсь. Я уже говорил, что ваш главный правитель Надумиум повреждён. Он неправильно оценил потенциал человеческой цивилизации (эту фразу Влад слышал от отца Мити и запомнил) и теперь вынужден принимать решения, которые способны помешать вашей миссии и вообще уничтожить Собиратель.

Молчание в ответ, «суслики» неподвижны.

– Охраниум, ты меня слышишь?

Движение страшных челюстей – и тишина.

– Ладно, продолжаю. Твоя задача – изо всех сил защищать космоплав. Но как ты его защитишь от неправильных действий Надумиума? Ты и сам это заметил, иначе не поспособствовал бы нам при нападении… э-э… – Влад покосился на Ярда, – наших конкурентов. Ваш главный правитель пошёл у них на поводу и может стать твоим главным врагом. Ты это понимаешь?

Молчание, блеск фасеточных глаз «сусликов» – и ни одного движения.

Влад приободрился.

– Идём дальше. Мы предлагаем следующее: помоги или дай нам возможность немного подкорректировать базовую программу Надумиума, а потом бери бразды правления Собирателем в свои руки. В идеале было бы хорошо покинуть нашу планетную систему. Согласен?

Бот Ярда снова издал животом всхлип. Возможно, украинец в голове бота и в самом деле смеялся. Хотя и не делал попыток возразить.

Ящерицы на миг сбились в толпу, но спустя мгновение построились в ровный круг. Одна из них направила свой скорчер на переговорщиков. Ярд в ответ навёл на неё «бластер».

– Нет! – крикнул Влад, бросаясь между ними с раскинутыми в стороны руками и закрывая телом бот Ярда.

Прошла секунда, другая, третья…

Ящерица опустила свой хвост, весь отряд «сусликов» дружно опустился на все многочисленные лапки и вылился в коридор струёй «варёных раков». Через несколько секунд дробный топот их лап растворился в переборках и стенах космоплава.

– Ты псих? – осведомился Ярд после недолгой паузы.

Влад очнулся, опустил руки и молча двинулся к проходу в «студию».

Тина, оставив брата с Сёмой, бросилась ему на шею.

– Ты лучший! Я всё слышала! Ты их потряс!

– Он всех потряс, – пробормотал Максим, но в голосе белорусского мальчишки не было насмешки.

– Герой кверху дырой, – завистливо процедила сквозь зубы София, как можно было оценить её «ржавый» тон. – Да, босс?

Ярд не ответил.

– Что решаем, герой? Ваш Охрениум явно не хочет вмешиваться.

– Есть лишь один способ…

– Бежать отсюда со всех ног! – перебила Влада София. – Вы как хотите, а я к ангару с дронами!

Ярд взялся за её плечо, развернул бота к себе.

– Ещё одно слово – и останешься здесь навсегда!

– Тю, Бешеный! – изумилась Ногтюк. – Шо с тобою таке?! Ты ж кацапов на дух не переносил!

– Повторять не буду!

Видимо, София хорошо знала характер своего приятеля, потому что подняла лапы кверху и отступила.

– Харэ, харэ, понял, не вылупок.

Ярд повернулся к Владу.

– Что за способ?

– Арс разговаривал с Охраниумом…

– Кто?! – удивилась София. – С кем?!

Влад не отреагировал на вопрос.

– И главный защитник сказал, что с Надумиумом можно поддерживать связь через скафандр.

– Через что?! – теперь уже озадачился Яродив.

– Через ваши интерфейсы, – ухмыльнулся Арсений, указав пальцем на сплющенную голову робота.

Если бы Ярд имел возможность вытаращить глаза, он бы вытаращил.

– Ты хочешь сказать, что я могу… разговаривать с Надумом?!

– А разве ты с ним не разговаривал до этого? Иначе откуда ты знаешь о «студии», о Собирателе, о планах главного искина?

Ярд молчал.

– А ты сам откуда всё знаешь? – недобро поинтересовалась София.

– Я тоже разговаривал, но не Надумиумом, а с Охраниумом. Причём без всяких дополнений и раций.

– Как это?

– Скажем так: у нас с ним близки частоты мозговых интерфейсов.

– Бред!

– Я велел тебе заткнуться, Ногтюк! – Очки Ярда уставились на Влада. – Ты хочешь… нацепить моего бота на себя?

– Не твоего. Там на складе их полно.

Взгляд Влада упал на саркофаг, в котором всё ещё лежал робот, предназначенный для перезаписи Максима.

Ярд проследил за его взглядом. Мелькнула мысль выстрелить в русского, пока он этого не ожидает, захватить волю Надумиума и приказать ему посадить космоплав на Украине.

Влад правильно оценил его паузу, улыбнулся, покачал головой.

– Я знаю, о чём ты мечтаешь. Но даже если вам удастся перестрелять нас всех, одному тебе с Надумиумом не совладать.

– Ни фига ты не знаешь, боксёр хренов! – злобно возразил хакер. С трудом успокоился. – Допустим, ты прав, и интерфейс бота можно использовать. Что дальше?

– Надо пингануть сознание в процессор Надумиума и задавить его базовый хост, – небрежно изрёк Арсений.

– Арс! – попытался остановить айтишника Влад.

– Но идти надо вдвоём, – продолжал Арсик, – один ты не справишься. Без меня – точно.

– Арс, твою же папу!

Тот наконец понял, что выдаёт план приятеля, прижал руку ко рту.

– Вы что, с ума сошли?! – с испугом осведомилась Тина, переводя глаза с одного на другого. – Куда вы хотите идти вдвоём?!

– В гости к хозяину! – рассмеялся Арсик.

– Вы дураки?!

– Без сумниву! – фыркнула София как лошадь.

– Решай быстрей, – поторопил Арсик приятеля, становясь серьёзным. – Пока не очнулся главный.

Влад успокаивающе сжал руку девушки.

– Всё будет хорошо, поверь. Мы перейдём в тела ботов…

– Нет!

– Надо, Тиночка. Вот увидишь, мы справимся. – Влад посмотрел на Арсения. – Я первый, потом ты.

– Подождите, – неожиданно остановил друзей Ярд. – А кто включит аппаратуру перезаписи?

– Ты! – беззаботно проговорил айтишник. – Наверняка ничего сложного – нажал клавишу, и дело с концом.

– Я не знаю, какую клавишу нажимать.

Стоящие толпой мальчишки, которых привели Сёма и Митя, зароптали. Вперёд вышел знакомый парнишка из Сербии.

– Может, мы поможем?

– Чем? – презрительно бросила София.

Влад покраснел, осознав правоту украинки, провёл рукой по лбу.

– Блин! Не подумал…

– Все москали такие довбаки! – хрюкнула София.

Один из ботов, обслуживающих «студию», которых Яродив перебил из скорчера, вдруг пошевелился.

Влад замер, ловя появившуюся мысль, прыгнул к роботу.

– Помогите!

Украинцы тем не менее остались на месте, к нему подошли ребята из стран Европы. Вместе они усадили робота, у которого было пробито плечо, но уцелела голова, под стену, и Влад присел к нему на корточки.

– Какой язык ты понимаешь?! Говори!

Робот поднял странную голову на обступивших его ребят, посмотрел очками на одного, другого, третьего. Из его живота раздался гортанный голос, сложившийся в непередаваемые фонемы.

– Русский? Английский? Немецкий?

Подошёл Ярд.

Робот перевёл очки на него, дёрнулся.

Ярд наклонился к нему, показал рукой на саркофаги, на паукообразную аппаратную стойку, заговорил на хорошем английском:

– Сможешь запустить? – Для убедительности он ткнул кулаком в саркофаг, потом в стойку и в голову Влада.

Робот заскулил как собака, поводя тарелкой головы из стороны в сторону.

– Не хочет, скотина! – пробормотал Максим.

– Ничего подобного, – возразил Арсений, – мы не знаем, какие жесты у хозяев ботов означают согласие, а какие неодобрение. Поднимаем его.

Подхватили робота с двух сторон, поставили на ноги, подвели к стойке, мигающей огнями.

– Ложись в ванну! – сказал Арсик.

Влад помедлил, испытывая странное чувство дежавю. Поймал испуганный взгляд Тины, постарался выглядеть сильным и уверенным.

– Я за тобой, – добавил Арсик с такой неподражаемой убеждённостью в своём превосходстве, что по толпе ребят пробежал шумок.

– Ну вы и довбаки! – проскрипела «терминаторским» голосом София. – Охренеть!

Влад залез в прозрачную ванну, лёг на спину.

– Давай подключай! – Арсик заставил робота повернуть голову к нему, указал на Влада, потом на робота в соседней ванне.

Бот перевёл очки на Влада, Арсик толкнул его в уцелевшее плечо.

– Подключай!

Робот начал подсоединять чашки датчиков к телу нового пациента. Потом доковылял до стойки, сделал несколько переключений.

– Как ты? – прошептала Тина с тревогой в голосе, приблизившись к ванне.

– Нормально, – нарочито бодрым голосом ответил Влад, чувствуя на самом деле холодные капли пота под мышками. – Это ненадолго.

Крышка саркофага мягко стала на место.

– Включай! – бросил раскрасневшийся айтишник, явно представляя себя в роли спасителя человечества.

Робот коснулся мигающей рукояти на «голове паука».

Влад шире раскрыл глаза и застыл, глядя в потолок, как Максим до своего освобождения.

Ребята затаили дыхание, вытянув шеи и рассматривая рискового русского.

Замерли и «переодетые» в роботов украинцы.

– Влад?! – неуверенно окликнул приятеля Арсик.

Пациент не ответил. Зато под крышкой соседнего саркофага шевельнулся робот.

Толпа мальчишек подалась назад.

«Терминатор» вскинул лапы, поднёс к очкам одну, другую, повернул голову.

– Выпускай! – Арсик шлёпнул ладонью по спине оператора.

Крышки обоих саркофагов откинулись.

Влад остался лежать в том же положении.

Робот, послуживший интерфейсом для перезаписи личной психосферы парня, снял с головы обруч с чашками, приподнялся и сел.

Арсик подскочил к нему.

– Ну что?! Ты уже здесь?!

София гулко захохотала.

– Здесь, – невнятно проговорил робот животом.

– Слава богу! Выскакивай.

– Дай… прийти… в себя…

К саркофагу подошёл Ярд.

– Какие ощущения, переселенец?

– Как после гильотины, – пошутил Влад.

– Мы это прошли.

София снова захохотала.

– Скоро поймёшь, как приятно было средневековым рыцарям таскать на себе стокилограммовые доспехи, – хмыкнул Ярд.

Влад посидел немного, пошевелил конечностями, нашёл в себе силы встать и вылез из ванны.

– Теперь я! – засуетился Арсик.

– Сначала надо вытащить меня и принести второго робота.

– Ох ты, забыл про второго!

– Здесь должен быть запас. – Ярд повернулся к роботу, застывшему у комбайна перезаписи, ткнул лапой в «терминатора», в котором ожил Влад, сделал жест, означавший – поменять!

Робот понял. Его лапа прошлась по мигающей индикаторами панели.

В стене «студии» открылись сразу три ячеи. Из них выкатились лотки-тележки, две пустых, одна с лежащим на ней роботом.

– Мне одному не поднять… – оглянулся Ярд.

К нему подошёл Влад, похожий на него как штампованный гвоздь, а также Сёма, Максим и двое ребят из толпы. Вытащили пустого как матрёшка робота из ячеи, перенесли в саркофаг. Ярд нацепил ему корону с чашками. Повернулся к Владу.

– Куда положить тебя?

– На лоток… – начал Арсик нетерпеливо.

– Лучше не рисковать. Неизвестно, куда потом захоронят тело.

– А куда дели ваши?

– Надумиум обещал вернуть… – неуверенно проговорила София.

– Он уже отказался, так что придётся искать самим, если только он их не уничтожил.

– Да ты шо, Бешеный?! Он же обещал…

– Ну, может, я ошибаюсь.

Влад вспомнил, как они, изучая космоплав, добрались до отсека, забитого лотками с лежащими на них серыми обломками каких-то механизмов, напоминающих кости. Стало понятно, как ИИ-системы Собирателя утилизируют пленников. Но вслух говорить об этом он не стал.

– Перевербуем Надумиума и узнаем. А пока давайте положим меня у стеночки.

Перенесли тело к стене. Процедура была настолько необычна, что Влад снова почувствовал себя участником компьютерной игры, у которого кончился запас жизней.

– Я буду охранять! – заявила Тина с вызовом.

– Гёрла дурна! – отозвалась София, но так тихо, что её услышал только Ярд.

– Заканчиваем! – бросил он грубо, так и не решив до конца, как вести себя в создавшемся положении. – Похоже, Надумиум завис, раз до сих пор не отреагировал на наш майдан, но в любой момент может перезагрузиться. А что он предпримет, узнав о наших планах, одному Бандере известно.

– Залезаю! – Арсик перекинул ногу через бортик ванны, примерился, лёг.

В три руки его опутали датчиками. Влад жестом показал оператору стать к терминалу управления, и тот проделал ту же процедуру. Одна лапа у него не работала, однако, судя по его поведению, особой боли он не чувствовал.

К счастью, Главбот космоплава так и не пришёл в себя в течение всех манипуляций с аппаратурой перезаписи, и количество «восставших терминаторов» увеличилось ещё на одного. Правда, трое из них несли в себе психики, сдвинутые нацистской идеологией, и как они поведут себя после того, как убедятся в своей безопасности, Влад не знал, однако надеялся на лучшее, готовясь к худшему, как это демонстрировали его любимые литературные герои – Джек Ричер и Тарас Лобов.

Арсик пришёл в себя после переселения ещё быстрей, чем Влад. Самостоятельно вылез из саркофага, проверил работу лап и ног нового тела и удовлетворённо заявил:

– Да мы его в два счёта!

Толпа слушателей ответила весёлым гулом, вдруг поверив в победу. В четырнадцать-шестнадцать лет так легко верится в свои силы и превосходство добра над злом, стоит лишь пренебречь чьей-то жизнью…

Слова Ярда о том, что повелитель космоплава может в любой момент очнуться от долгого беспамятства, заставили всех действовать быстрее.

Мальчишки из европейских стран, Индии и Сирии тоже хотели присоединиться к отряду перевербованных роботов, но помочь ничем не могли, и Влад решил не брать их с собой. А чтобы они не обижались, объявил группу арьергардом, призванным защищать тылы. Это подействовало. Сирийский парнишка взял бразды правления в свои руки, будучи сыном армейского офицера, и остальные с удовольствием стали ему подчиняться, хотя делать особо было нечего.

В то время как «диверсионно-разведывательная» группа «терминаторов» – Влад, Арсик, Яродив, Эмин и София – плюс Максим с Сёмой двинулись «на переговоры» в апартаменты Надумиума, ребята выстроились перед воротами в сферический зал подобием взвода охраны, рассчитывая преградить путь кому бы то ни было.

Оружия ни у кого не оказалось, скорчер Влада разрядился, и он предупредил жаждущих приключений и подвигов подростков о риске противостояния. Однако никто из них не выразил желания вернуться в тюрьму, а находившийся в возбуждённом состоянии Арсик вдруг подал идею вооружиться скорчерами из арсенала Охраниума, и мальчишки загорелись идеей, не думая о последствиях.

Влад попытался уговорить помощников не рисковать понапрасну, надеясь на скорое разрешение конфликта мирным путём, но его не послушались. Сирийский парень первым согласился метнуться за скорчерами, к нему присоединились ещё трое мальчишек, а также Сёма, радостно объявивший, что он наберёт полные карманы «гранат», то есть шайб, и Владу ничего не оставалось, как скрепя сердце объяснять, как пройти к арсеналу.

К группе снабжения боеприпасами после недолгих колебаний захотел присоединиться и Максим, но Влад напомнил ему о присутствии сестры и Мити, которые требовали защиты, и белорус остался в «приёмной» Надумиума.

После этого добытчики оружия убежали, а пятёрка переговорщиков двинулась к устью входа в зал Главбота, закрытого до сих пор массивной заслонкой.

Остановились перед ней, ожидая, что круглая плита откатится в сторону, но она не дрогнула. Только похожий на череп запорный механизм двери, удивительным образом сочетавший в себе технический примитивизм середины двадцатого века с цифровыми технологиями века двадцать первого, предупреждающе мигнул фасетчатым глазом. Ни приказы роботов на русском, английском и французском языках, ни гневные филиппики Софии на украинском не возымели на него действия. Открывать вход автомат не хотел. По-видимому, нужен был прямой приказ хозяина, а он в данный момент всё ещё пребывал в коме.

– Давайте просто расстреляем его! – рассвирепела София.

– Заткнись! – привычно охладил его пыл Яродив. – Наши излучатели не справятся. Да и неизвестно, как отреагирует защитная автоматика Главбота.

– А что, если… – начал Влад, ещё не полностью уверенный в правильности мелькнувшей идеи.

Чёрные очки ботов повернулись к нему.

– Продолжай, – сказал Ярд.

– Что, если попробовать атаковать его прямо отсюда?

– Ото ж ты лось! – фыркнула София. – Тут толщина – метр железа!

– Во-первых, не метр, во-вторых, не железа.

– Шо ты гонишь?!

– Ногтюк, твою мать!

– Послушайте, – сформулировал наконец мысль Влад. – Что, если попросить Охраниума открыть дверь? Он ведь слышит нас? Даже меня послушался, отозвал свою гвардию.

– Тогда ящерки стояли напротив.

– Они наверняка торчат в стенах по всему кораблю, как элементы защиты.

– Однозначно.

– Попробуй теперь ты, только тебя Охраниум и слушается.

Бот Арсения переступил ноги на ногу, издав шлепки, словно по полу шагал человек в ластах.

– Может, ты сам справишься, как в первый раз, когда мы открывали этот люк? В черепе есть механика, отвёртки, инструменты.

– Этими лапами, – Влад растопырил пятерню, – только крокодилов душить.

– Пусть Макс…

– Я не механик, – виновато ответил белорус.

– Ладно, попробую. – Арсик гулко откашлялся, вызвав ответный топоток у оставшихся ребят. – Охраниум, ты меня слышишь?

В «приёмной» Надумиума сгустилась тишина, длившаяся с минуту. Когда Влад хотел уже констатировать, что эксперимент не удался, робот Арсения вдруг подпрыгнул, издав громкий шлепок.

– Упс!

– Ты что?! – напрягся Влад.

– Я его слышу…

– Давай дальше!

– Охраниум, открой нам ворота… мы в холле твоего босса Надумиума…

Череп запорного механизма полыхнул сине-фиолетовой гаммой огней, и тяжёлая плита люка откатилась влево, открывая проход.

– Добре! – проскрипела ошеломлённый София.

– А то! – гордо сказал Арсик. – Входим?

– Секунду! – спохватился Влад, вслушиваясь в донёсшиеся непонятные шумы: словно в кустах захлопали крылышками невидимые птицы – психика уловила «шевеление мыслей» Надумиума. – Здешние компы никаких терминалов не имеют. Что нам делать конкретно?

– Я же говорил – пингануть вирусняк…

– Оставь свои дурацкие термины! Что это значит в реальном смысле? Как нам действовать?

Бот Арсения неопределённо поелозил лапой по голове, словно человек, чешущий в затылке.

– Надо напрячь извилины, объединить мысли…

– Точнее! – прогудел Яродив. – Что значит – объединить мысли?

– Объединить – значит объединить…

– Ещё раз! – рассердился Влад. – Как это сделать?!

– Элементарно, Ватсон! – рассмеялся Арсений, не чувствуя никакого раскаяния. – Придумаем формулу и будем повторять, чтобы рации ботов её передали, и наши желания совпали.

– Какую формулу?

– К примеру: Надумиум, открой портал базовых программ и высвети меню! Или: Надумиум, открой доступ к порталу…

– А коротше не можна? – буркнула София.

– Куда уж короче!

– Предлагаю: Надумиум, открой портал базы! – сказал Ярд. – Этого хватит?

– По команде бьём по мозгам искина…

– Кто-то должен руководить.

– Я!

София выругалась.

– Спокойно, – сказал Влад. – Пусть командует Арс, он айтишник…

– Босс тоже! – заметил Эмин, до сих пор хранивший молчание.

– И не чета вашему, – презрительно добавила София.

– Давай вместе, – великодушно предложил Арсик, не обидевшись.

– Нам всем придётся действовать как один человек, – сказал Влад, сдерживаясь в ответ на хамские замечания украинца. – Тогда появится шанс взломать защиту Надумиума.

– Ага, щас! – бросила София издевательским тоном. – Да я с вами на одном поле… не сяду!

– Ногтюк!

– А шо воны таки нахабни?

– Заткнись!

Влад, не ответив ни тому, ни другому, шагнул в кольцо входа. За ним двинулись остальные «терминаторы».

Кристаллическая глыба «мозга» главного компьютера Собирателя висела в центре зала, удерживаемая двумя десятками бесцветных растяжек, под которыми Арсик подразумевал оптоволоконные кабели. Из днища глыбы вырастал сине-фиолетовый рог, становившийся чёрным к острию. Вид у него был омерзительный, будто он и в самом деле являлся раковой опухолью, хотя трудно было представить, каким образом эта опухоль могла вырасти на кристаллической друзе.

Словно почуяв угрозу, рог шевельнулся как живой. С его острия сорвался в чашу пола овальный пузырь багрового цвета величиной с кулак, напомнив каплю крови. Не долетев до сегментов полусферы, он с шипением испарился световыми петельками.

– Начинаем по счёту «ноль»! – очнулся Влад. – Арс, командуй!

– У нас босс командир! – взвилась София. – Пусть он командует!

Влад не обратил на реплику внимания.

– Арс?

– Три… два… один, – начал бот Арсения. – Ноль!

В зале раздался почти дружный (Ногтюк опоздал и начал повторять только после увесистого подзатыльника Ярда) хор голосов:

– Надумиум, открой портал базы!

Одновременно та же команда прозвучала и в мысленном формате.

«Раковый» нарост отозвался на атаку роем красных искр, покрывших весь рог и часть глыбы.

Какое-то время казалось, что на этом всё и закончится, так как низ кристаллической друзы ещё больше потемнел, явно сопротивляясь мысленно-звуковому вторжению. Но Главбот Собирателя, очевидно, очнулся от долгого зависания в спящем режиме и автоматически открыл канал связи с другими ИИ-комплексами. А когда сообразил, что с ним говорят не подчинённые ему машины, а люди, было уже поздно включать антивирусную защиту.

Впрочем, она и так была фрустрирована «раковой опухолью» неизвестного происхождения, постепенно разрушающей мыслительные способности суперкомпьютера. Арсений, действуя как участник военной игры, прекрасно разбирающийся в особенностях прохождения боевого квеста, мгновенно заблокировал командные треки, не давая Надумиуму времени на защитное реагирование.

– Держите его! – азартно крикнул айтишник. – Я прогоню хост до начала командной строки!

– Это как? – попыхтела София.

– Просто думайте: всё хорошо, не сопротивляйся, плановый апгрейд! Можете повторять вслух.

Эмин и София принялись бормотать новую формулу, Влад и Ярд промолчали. Что делал сам взломщик защиты чужепланетного компьютера, представить было трудно, и остальным оставалось лишь следовать его советам.

Это состояние зыбкой адреналиновой нереальности, ожидания, неуверенности и надежды длилось едва ли больше нескольких секунд, но Владу показалось, что прошёл час! Поэтому, когда раздался ликующий вопль Арсения: «Да! Мы сделали его!» – Влад чуть не закричал в ответ.

– Шо мы сделали?! – не поняла София.

– Вошли!

И тотчас же на головы мальчишек упала гора информации, представляющая собой базу личностных данных Надумиума! Влад едва не потерял сознание, почувствовав себя раздавленным под массой чужих мысленных инфинитивов и смыслов, с трудом увернувшись от «селевого потока». Что же говорить о подростках с Украины, наверняка увлекающихся компьютерными стрелялками, но никогда ранее не участвовавших в реальных сражениях с превосходящим их интеллектуально противником. Ни Эмин-Стилет, ни тем более Ногтюк, не смогли воспринять весь объём ударившей по сознанию информационной базы. Даже Ярду, зубы проевшему на взломах компьютерных сетей, не сразу удалось разобраться в свалившихся на голову «обломках скал». Он выстоял, в то время как его приятели рухнули на пол в странных конвульсиях, словно их пытали электрическими разрядами. При этом София дёрнула ногой, сбила Ярда с ног, и, если бы Влад не ухватил его за лапу, хакер упал бы на чашевидное дно зала. Вряд ли разбился бы, так как лететь ему пришлось бы всего метров восемь, однако факт остался фактом: треклятый «москаль» удержал сына бандеровцев на краю обрыва.

Что Ярд подумал об этом, не мог бы, наверно, расшифровать и он сам.

Влад же, боровшийся с «селевыми потоками» чужеродной информации (перед глазами всё мелькало как в калейдоскопе), вовсе не думал о спасении «небрата». Он впитывал всё, что мог понять и запомнить, и продолжал повторять простецкую тираду Арсения: всё хорошо, не сопротивляйся, плановый апгрейд, высвети меню…

Закончилось мелькание картин и образов неожиданно: показалось, что он ослеп и оглох!

Влад «вдохнул воздух всей грудью», попытался окликнуть Арсения. Получилось бульканье, словно он говорил сквозь льющуюся воду. Не удержавшись на ногах, сел прямо на свитое из жил кольцо перехода.

Ярд сел рядом.

На ногах остался лишь Арсик, разговаривая сам с собой. А возможно, и с Надумиумом.

Зашевелились очнувшиеся спутники Ярда.

– У меня в башке вулкан… – пробормотала София.

– У меня тоже всё в дыму, – признался и Эмин. – Что это было?

– Комп загрузил в наши мозги всю свою базу, – объяснил Арсений. – Надо разбираться.

Из «приёмной» Надумиума вдруг донеслись крики оставшихся там мальчишек.

Ярд, к которому вернулись колебания, вызванные предложением Ногтюка завладеть компьютером космоплава, размышлял в этот момент о дальнейших своих действиях, начиная сомневаться в правильности выбранного курса, и не сразу отреагировал на шум.

– Босс? – неуверенно проговорил Эмин.

Влад вспомнил, что в «приёмной» осталась Тина, вскочил как после удара, полученного от соперника-боксёра на ринге, кинулся в «приёмную» и наткнулся на толпу ребят, отступивших к проходу в зал Главбота. Среди них были и Тина с Митей. Она оторопело глянула на сервобота Влада, затем кинулась к нему, вспомнив, кто скрывается под личиной бота.

– Влад!

Влад приобнял её лапой, почувствовав, как дрожит девушка. Переставил её и Митю за спину.

– Стойте здесь!

Причиной паники среди европейских мальчиков стало появление сразу нескольких троек «терминаторов», ворвавшихся в «приёмную» из «студии перезаписи» и коридора. Они заполнили всё помещение массой тел, потеснив мальчишек, и все одновременно развернули «капустные кочаны» плеч в оружие.

– Сюда! – сориентировался Влад.

Обернувшиеся подростки послушно отступили в проход, где уже стояли Тина и Митя, обтекая фигуру робота. Остался один паренёк, нерешительно поглядывающий то на отряд «лишённых кожи почти человеческих торсов», то на робота Влада.

– Что там? – послышался голос айтишника, оставшегося на прежнем месте и поглядывающего на глыбу «мозга» Надумиума. Он всё ещё общался с ИИ-комплексом и ничего не слышал.

– Надумиум вызвал бригаду охранников, – ответил Влад.

– Понял, попытаюсь достучаться до нашего друга, но, похоже, он снова в отключке. Этот вирус его доконает.

– Сделай что-нибудь!

– Делаю, – огрызнулся Арсик. – Это тебе не по клаве стучать.

Ни один из украинских «терминаторов» почему-то не вышел в «приёмную», и Влад позвал:

– Эй, как тебя там, босс, присоединишься?

– Минуту, чищу мозги… – невнятно ответил Ярд, на самом деле не испытывающий никаких особых негативных ощущений.

– Босс, да на хрена нам эти разборки? – послышался торопливый голос Софии. – Пусть москалики сами разбираются с этими дуболомами! Нам бы только пересесть в свои головы и бежать отсюда!

– Долба ты всё-таки, Ногтюк, – так же торопливо ответил ей Эмин. – Может, подскажешь, где искать наши головы? Или сам найдёшь и легко пересядешь?

– Как-нибудь разобралась бы.

Растолкав ребят, к Владу наконец подошёл Ярд. Оглядел шеренгу «терминаторов».

– Чего вам надо? Кто вас прислал? А ну, валите отсюда, покуда целы!

Влад замер, не ожидая такой агрессивно-угрожающей речи, напрягся, ища глазами того, кто ответит украинцу движением ствола. Сам он в такой ситуации даже не подумал бы хамить противнику, кем бы тот ни был, но, к его удивлению, «терминаторы» не начали стрельбу, лишь повертели головами-тарелками, словно общались мысленно. Что, впрочем, скорее всего, соответствовало истине. Хотя, с другой стороны, они, возможно, просто не поняли сказанного на украинском языке либо ждали указания хозяина.

– Возвращайтесь в свой бункер! – повысил голос Ярд. – Главный назначил меня вашим командиром! Кругом! Марш в казарму!

По рядам роботов прошло движение, однако и на этот раз они не проявили активности. Стало ясно, что сервисботы Надумиума и в самом деле ждали его распоряжений.

Волны и вихри зыбких фигур и пейзажей в голове Влада растеклись «по извилинам» чужого интерфейса облачками понятий. Многое осталось туманным, особенно то, что касалось истории цивилизации, пославшей Собиратель по Галактике. Но кое-что раскрылось в сознании контактёров, объясняющее особенности конструкции космоплава, и быстрый ум парня, легко решающий задачки механического конструирования и математики, оценил полученные знания.

– Арс?

– Молчит как рыба об лёд! – огорчённо ответил Арсений.

– Пока молчит, надо действовать!

– Согласен.

– Кажется, я понял, где располагается главный отсек перезаписи.

– На втором ярусе снизу.

– Точно. Давай выручим пацанов, которых утащили боты.

– Ладно.

– Тю на вас! – изумилась София. – Зовсим с глузду зъихалы?! Они же вас токо шо сдали! Босс?

– Заткнись!

– Да пошли они в… Пусть сами идут выручать довбаков! Я не понял, где торчит склад с нашими телами.

– Там же, на втором уровне, – легкомысленно ответил Арсений.

– Босс, помчались, переедем!

– Идиотка!

В воздухе повис звук полноценной оплеухи, от которой бот Софии врезался в толпу мальчишек и едва не сбросил их с обрыва. Раздался хор криков.

Арсений преградил путь падающим, но сорвался сам и… произошло чудо! Не долетев до дна чаши под глыбой «мозга» Надумиума, он кувыркнулся, завис в метре от ячеистого пола и плавно вернулся к застывшим ребятам, подняв среди них гвалт.

– Всё ок, пацаны! У этих скафандриков есть антигравы.

Очнулась София.

– Босс, за шо?!

Ярд не ответил, поворачиваясь к Владу.

– Хорошо, мы с вами. Кого пересадим в первую очередь?

– Вас, – усмехнулся слегка расслабившийся Влад. Напряжение оставило его, Тине ничто не грозило, пока она пряталась за его спиной.

– Почему?! – не поверил хакер.

– Кто-то должен контролировать Надумиума, если он вдруг очнётся.

Ярд покачал головой, в очередной раз меняя планы. Идея перехватить управление чужепланетным кораблём и оттарабанить его на Украину никуда не делась, но поведение русских «ватников» потрясло и юного нациста.

– А с этими что делать?

Влад окинул взглядом выстроившихся в три линии «терминаторов».

– Арс, помоги с ботами.

Айтишник пробрался к нему.

– Вид у них… не мирный.

– Давай пошлём их…

– На …! – фыркнула София.

– Ну что же ты такая ругливая! – Арсик укоризненно качнул тарелкой головы.

– Мы можем подсоединиться, – сказал Ярд.

– Тогда давайте все вместе повторять: «Возвращайтесь в казарму».

– Не поймут.

– Будем координировать голоса и мысли. Надумиум же понял?

– Шоб я с ними… – начала София.

– Ногтюк! Задолбала!

– Яка цаца! – процедила та почти неслышно.

Тина обняла сзади оболочку Влада за талию, и он скомандовал:

– Поехали!

Влад не был специалистом в айти-области, хотя и вполне сносно разбирался в языках программирования и принципах управления компьютером. Но каким образом Арсику удалось «пингануть» мысли пятерых ребят в базу данных Надумиума, не имея клавиатуры и любых других управляющих гаджетов, он не понял. И тем не менее этот крутой вброс мыслеволь спутников, вкупе с аудиокомандой «возвращайтесь в казарму», подействовал на «терминаторов» как приказ самого главного ИИ. Все пятнадцать роботов развернулись, словно единый строй солдат, и проследовали в коридор. Через несколько секунд помещение «приёмной» опустело. Остолбеневшие мальчишки из Индии и стран Европы, да и боты-носители украинцев и российских ребят, молча смотрели на закрывшуюся за роботами дверь в коридор.

Первым опомнился Арсик:

– Ну как вам такой движ?!

– …! – как всегда «интеллигентно» выругалась София.

Правда, восхищения в голосе её носителя не было, скорее всё та же зависть и сарказм.

Максим осуждающе пробормотал что-то о грязном языке украинки, однако его никто не слушал.

Очнулся и Влад. Отстранил Тину, выбрался в «приёмную».

– Побежали!

– Куда? – осведомился Ярд, не торопясь выполнять призыв «москаля».

– Мы же решили выручать пацанов…

– Не торопись, – возразил Арсений. – Пока вы орали как оглашенные «Возвращайтесь в казарму!», я нашёл видеокамеру в отсеке перезаписи: пацанов ещё не пересадили в сервистехнику. Распоряжение Надумиума нивелировано, все боты потопали в казарму, то есть в свой бытовой отсек.

– Супер! – выдохнул Влад облегчённо: одной проблемой стало меньше. Он тоже получил огромную порцию информации о Собирателе и его ИИ-комплексах, но Арсик разобрался в таком же пакете быстрее.

– Где сейчас тела… – Влад кивнул на троицу украинцев.

– По-моему за стеной, вместе с нашими. Пошли проверим.

Арсений первым затопал «ластами» обратно в «студию».

Переглянувшиеся «терминаторы» (так можно было расшифровать движение их голов) заторопились следом. На этот раз даже София не стала обсуждать предложение ненавистного ей «ватника».

– Где искать? – спросил Ярд, когда вся толпа ребят и роботов разбрелась по «студии».

Оператор перезаписывающей аппаратуры всё ещё тупо торчал истуканом у паукообразной стойки, что говорило о его малом интеллектуальном потенциале, и ожидал распоряжения начальства.

Второй и третий сервисботы лежали у стен без движения, сражённые украинцем. Больше никого в помещении не было.

Арсений огляделся, прошёлся вдоль ячеистых стен, касаясь лапой выпуклых мембран на уровне груди, но открыть ни один пенал не смог. Сказал смущённо:

– Они точно должны быть тут. Если, конечно, Надумиум не отправил их на погост.

– Куда? – опешила София.

– На склад, – быстро поправился Арсик.

– Утешил!

Взгляд Влада упал на оператора. Он быстро подошёл, развернул «раненого» сервисбота лицом (вернее очками) к стене, подтолкнул.

– Открывай!

Ребята замерли.

Робот оказался не столь тупым, как казалось. Сделав два шага, он вернулся к стойке, двигаясь как кукла на ниточках, потыкал лапой в панель управления саркофагом, и заслонки ячей, весь их ряд, откинулись. Затем из овальных окон вылезли пеналы: пять – с телами пленников, опутанных трубками и проводами, пять пустых.

– Ура! – кинулась к одному из гробовидных пеналов София, узнав себя. – Вот она я, красавица! Эй, железяка, возвращай меня!

– Стань в очередь, – хмыкнул Эмин, глянув на Ярда, задумчиво рассматривающего лежаки.

– Это я предложила! – повысила голос Ногтюк. – Я и пойду первой!

– Вот уж не тебе решать, – мрачно проговорил Максим.

– Тебе, что ли?

– Это мы вас спасаем, а не вы нас.

– Да будь моя воля…

– Ногтюк! – ледяным голосом выговорил Яродив.

София сникла, зная крутой нрав приятеля, потопталась у пенала с собственным телом.

– Добре, хлопцы, как скажете.

– Вообще-то мы должны идти первыми, – неуверенно сказал Арсений.

– Успеем, – сказал Влад. – Пусть они.

– Но мы же действительно… и верить им…

– Арс!

– Понял, почему бы и нет? – нарочито бодрым тоном согласился Арсик. – Так кто из вас пойдёт первым?

– Босс? – указал на Ярда Эмин.

– Иди ты, – вдруг отказался хакер.

– Бешеный, ты шо? – удивилась София. – Белены объелся?!

– Стилет!

– Иду! – вытянулся Эмин как рядовой перед офицером, перестав осматривать пенал со своим телом. Забрался в пустой саркофаг. – Попрошу не поломать мне важные органы.

– Не боись! – хохотнула София. – Яйца уцелеют.

– Долба!

– Сам такой!

– Какие же вы… добрые! – прошептала Тина.

Оператор помог нацепить Эмину корону с десятком чашек и присоски на шею и руки.

Крышка саркофага мягко накрыла «ванну».

На панели управления перемигнулись огни.

Тело Эмина содрогнулось, будто его хлестнуло током, глаза открылись. Через несколько мгновений в них начала просыпаться жизнь. Украинский парень дёрнулся раз, другой, третий, зашевелился.

– Открывай! – рявкнула София.

Но оператор не отреагировал, следя за игрой света на панели.

София грубо схватила его за плечо, но Ярд отшвырнул подругу, процедив:

– Не мешай, убью!

Крышка саркофага поднялась.

Эмин начал срывать с себя датчики, вылез, взъерошенный, бледный, но потный при этом.

– Дайте чего-нибудь глотнуть!

– Тут тебе не бар! – фыркнула София. – Теперь займитесь мной!

Ярд кивнул в ответ на взгляды ребят, и те начали вытаскивать из саркофага безжизненное тело сервисбота, в котором до этого жил Эмин.

В соседний саркофаг уложили тело украинца, опутали его проводами, и бот Софии, ворча животом как чревовещатель, занял место носителя Эмина. Захлопнулись крышки обеих камер. Оператор, не дожидаясь команды, принялся манипулировать рычагами и кнопками панели управления.

Процесс превращения «железяки» в человека длился примерно столько же времени, сколько было потрачено на восстановление Эмина.

Настоящая София вылезла из «ванны» ещё более взбудораженная и потная, но не бледная, а красная как рак. Начала привычно обвинять оператора в издевательстве и «москалей» в садизме, но её никто не слушал, и Ногтюк подсела к Эмину, сидевшему у стены на корточках.

Настала очередь Яродива. К нему снова вернулась идея захвата Собирателя, и снова он с усилием её отбросил. Не потому, что боялся не справиться, а, скорее, по причине психологического характера: впервые в жизни ему не хотелось отвечать злом на добро русских парней, без колебаний помогавших детям врагов их отцов.

Через минуту он вылез из саркофага, потеряв прежнюю силу механизма, с трудом возвращаясь к реалиям жизни в собственном теле.

– Ну что, босс, как тебе в этой тесной шкуре? – поинтересовался у него Эмин. – Может, останемся в железяках?

– Оставайся.

– Я чувствую себя как мокрая кошка.

Ярд промолчал, стараясь держаться естественно и уверенно.

В камеру перезаписи полез Влад.

Через минуту его родное тело обрело свободу. Он выбрался из «ванны» побледневший, с широко раскрытыми глазами, но не потерявший способности оценивать положение.

– Выглядишь как наркоман, – засмеялся Арсик, сменяя приятеля.

К Владу бросилась Тина, но остановилась, не решаясь ни обнять, ни взять за руку.

– Тебе плохо?! Ты бледный…

– Как труп! – прокомментировала её реплику София.

Влад через силу улыбнулся девушке, притянул к себе. На мгновение они обнялись. И наступившая тишина, полная наивного сочувствия и радостного ожидания, подчеркнула очарование момента. Не сказала ни слова даже дочь бандеровца по фамилии Ногтюк.

Процедура возвращения Арсика в родной организм прошла без эксцессов.

Он вылез из «ванны» с растрёпанными волосами, по лицу айтишника бродили красные пятна, глаза превратились в блюдца, но это не помешало ему оставаться весёлым, суетливым и энергичным. В себя он пришёл быстрее, чем товарищи.

– Теперь пора заканчивать с этими болванами! – заявил Арсений, деловито разминая кисти рук.

– Кого это ты назвал болванами?! – угрожающе осведомилась София.

– Местных искинов. Охраниум не станет нам помогать, потому что его задача – защита Собирателя, и вмешивается он только при наличии прямой угрозы космоплаву. Остальные ИИ-софты тоже не будут слушаться, занятые решением своих проблем.

– А Надумиум? – спросил Максим.

– Он, похоже, окончательно свихнулся, поэтому надо действовать быстро. Предлагаю добраться до рубки, перехватить управление кораблём и направить его к Земле.

В толпе, обступившей айтишника, послышались голоса ребят, переспрашивающих друг друга, что сказал им русский. Поняли предложение Арсения всего двое мальчишек.

Ярд, София и Эмин переглянулись, поймав одну и ту же мысль. Хотя хакер так и не принял решение.

– О какой рубке ты говоришь? – спросил Максим озадаченно.

– Здесь есть тайный склеп, – ответил Арсик, – отсек, где стоит терминал ручного управления. Конструкторы Собирателя предусмотрели случай, когда компы выйдут из строя и может понадобиться перехват контроля.

– Откуда ты знаешь?

– Так мы же взломали защиту главного компа и получили доступ к его базе данных.

– Я свидетель, – сказал Влад. – Когда мы сломали защиту Надумиума, он влил в нас много инфы о Собирателе. Отсек такой действительно имеется, поэтому надо его захватить.

– Идём? – с готовностью выпрямился Арсик.

– Подождите, – возразила Тина. – Сёма с мальчишками побежал искать арсенал, надо его дождаться.

Слушатели начали перешёптываться, не уловив смысла в речи девушки, и Влад поднял руку, призывая к тишине. Заговорил на английском:

– Ждать некогда! Идёмте с нами, по пути объясним, что необходимо сделать.

Ропот стих.

– Гуд! – проговорил за всех смуглолицый индийский юноша.

– Постойте, а где наши хохлы? – вдруг с удивлением воскликнул Арсик.

Завертели головами.

Украинцев действительно в «студии» не оказалось.

– Улизнули! – почесал в затылке Арсений, поглядев на приятеля. – Ну и бог с ними!

Влад покачал головой.

– Они получили такой же инфовброс, как и мы. И знают, где находится терминал ручного управления.

– Да, но к нему можно подойти с разных сторон.

– Что ты хочешь сказать?

– Можно найти путь короче.

– Не уверен, что…

– Вспоминай схему.

– Да погнали уже! – выпалил Максим. – Ты сказал, что рубка на втором нижнем этаже, ну так чего ждать?!

– Надо сначала сориентироваться…

– Я и без ваших ориентиров знаю, куда надо бежать! Тут близко.

Белорус растолкал ребят и выскочил в «приёмную». Точно таким же путём сбежали отсюда и трое украинских подростков.

Переглянувшиеся Влад и Арсений вынуждены были догонять строптивого брата Тины. Растерявшиеся мальчишки отряда добровольных помощников потянулись за ними хвостом.

Добежали до развилки. Максим, не дожидаясь спутников, с ходу сиганул вниз, уже зная, что не разобьётся. Если в «приёмной» Надумиума сила тяжести была почти равна земной, то в коридорах она равнялась лунной, да и высота спуска не превышала шести метров. Но Арсик остался.

– Ты что? – не понял его Влад.

– Он попадёт на средний уровень, где тюрьма, а до следующего перекрёстка бежать потом ещё метров двести. Если мы рванём направо, сократим петлю вдвое и спустимся на второй нижний этаж быстрее.

– Понял, давай!

Во главе компании ребят подбежали Тина с Митей.

– Вы куда?!

– Есть путь короче.

– Но я не могу бросить Макса…

– Бегите за ним, а мы сюда, встретимся внизу!

– Мы заблудимся!

– Догоняйте! – Влад, не оглядываясь больше, махнул девушке рукой, и они с Арсением метнулись в правый рукав кишковидного коридора.

Уже добежав до второго перекрёстка, Арсик вдруг остановился, хватая воздух открытым ртом и запалённо дыша.

– Погоди… лёгкие горят… давно не бегал…

Влад оглянулся.

– Не успеем!

– Не могу… дай минуту…

– Догоняй! – И Влад прыгнул в нижнее колено коридора, вспоминая схему Собирателя и ориентируясь по памяти, подсказывающей координаты «рубки».

Так Сёма никогда не бегал в реальной жизни, хотя и нынешние переживания тоже были абсолютно реальными и отражались на мышцах и дыхании: когда четвёрка отважных парней добралась до арсенала в кишке коридора второго нижнего яруса, впору было растянуться на полу дохлой рыбиной, вытащенной на берег.

Тем не менее цель была достигнута, и настроение ребят помогло им быстро прийти в себя.

Сёма стукнул кулаком в опухоль входа в отсек с оружием, и в стене образовалась щель, раздвинувшая края мембраны как губы. Мальчишки с жадным интересом последовали за проводником и разбрелись по отсеку с его ячеистыми стенами, совершенно не заботясь о возможных ловушках и защитных устройствах арсенала.

Впрочем, и Сёма не беспокоился о таких вещах. В составе первого отряда под командованием Влада он уже бывал здесь, а поскольку охрана склада никак не дала о себе знать, то полагал, что новой делегации опасность не грозит.

Задержались бы, наверно, надолго, так как в арсенале было на что посмотреть и что пощупать. Но время торопило, и Сёма взял на себя роль командира разведгруппы. Под его руководством мальчишки взяли по скорчеру, сербский парень вытащил из дальней ячейки нечто вроде шпаги с чёрным клинком, а сам Семён рассовал по карманам ещё и несколько шайб, представляющих собой на самом деле гранаты с парализующим газом.

Помчались назад, возбуждённые приключением, чувствуя себя героями вестерна. Кто-то предложил проверить работоспособность излучателей, но Сёма не разрешил, подумав о последствиях. По пути им не попался на глаза ни один местный робот, однако не приходилось сомневаться, что слуги Охраниума следят за ними через хорошо запрятанные видеосистемы.

Вследствие того что арсенал находился на четыре этажа ниже относительно апартаментов Надумиума, а летать ребята не умели, кому-то пришла в голову идея найти лестницу, которая соединяла бы палубы корабля. И Сёма поддался соблазну, хотя до этого им с Владом не удалось обнаружить ни лифтовых колодцев, ни лестниц. Сервисботы Надумиума могли летать, поэтому им лестницы были не нужны, а ящерицы, очевидно, имели свои системы ходов.

Помчались в обход всего кольца кишковидного тоннеля и вскоре действительно нашли нечто вроде пандуса, поднимавшегося вверх по спирали. Начали подниматься, считая этажи, миновали уровень тюремной зоны, вышли на четвёртом, пробежали до перекрёстка, и Сёма понял, что они заблудились.

Коридор не поменял своей конфигурации, оставаясь неровной овальной трубой, стены которой были усеяны опухолями входов в отсеки, но его цвет изменился, стал лимонно-жёлтым, и, добравшись до перекрёстка четырёх ходов, Сёма вынужден был признаться в потере пространственной ориентации.

Остановились, по-мальчишечьи – то есть с повышенным гонором и размахиванием рук – обсуждая ситуацию, и в этот момент произошло то, чего никто не ожидал.

За спинами спорящих подростков бесшумно раскрылся рот одного из отсеков, оттуда вышли трое парней, и Сёма, вытаращив глаза, узнал в них украинцев. Если бы в школе он проходил военную подготовку (в родной Белоруссии власти уже задумались об этом) или хотя бы занимался спортом, как Влад, парень, наверно, отреагировал бы на неожиданное появление «небратьев». Но Сёма, несмотря на мощное телосложение, обладал мирным нравом и на оценивающий взгляд Ярда ответил удивлённым и дружелюбным восклицанием:

– Вас уже освободили?!

– Эге ж! – фыркнула София, переглянувшись с Эмином. – Вы откуда?

– Искали арсенал…

– Удачно?

– Слепой? – хмыкнул Эмин. – Погляди, что у них в руках.

Ярд кинул змеиный взгляд на своих приятелей, прошипел:

– По команде…

– Завсегда! – осклабилась София, сообразив, что задумал босс.

Ярд с деланой улыбкой шагнул к переглядывающимся мальчишкам.

– Идёмте, мы вас проводим.

– Хорошо бы, – расслабился Сёма, неумело держа тяжёлый излучатель в форме виноградной грозди. – А вы что тут делаете?

– Тоже ищем.

– Что?

– Отсек управления, – сказала София. – Босс?

Ярд сделал ещё шаг вперёд.

– Покажи.

Сёма озадаченно посмотрел на скорчер.

– Ты же видел у Влада…

Ярд прыгнул к нему, вцепился в руку, пытаясь завладеть оружием ящериц. Крикнул:

– Займитесь европой!

София и Эмин бросились к растерявшимся ребятам.

Семён оказался сильнее, чем рассчитывал хакер, и справиться с ним за пару секунд не удалось. В конце концов украинский айтишник рассвирепел, вывернул противнику руку с излучателем, сломав кисть, ударил коленом в пах, а затем, выцарапав-таки «гроздь винограда», ударил ею в висок Семёна. Тот беззвучно упал на пол.

Ярд огляделся, жарко дыша.

Спутники не подвели.

Эмин отобрал излучатель у серба, ткнул пальцами в горло и добавил удар по затылку.

София, обезоружив парня в белом балахоне, боролась с чернокожим парнишкой, оказавшим сопротивление. В конце концов взбешённая ударила лбом в лицо африканца, выхватила скорчер и – Ярд не успел отреагировать – выстрелила в парня.

Тускло-синий разряд прошил тело африканца насквозь, и мальчишка отлетел вглубь коридора, заливая пол кровью.

– Ногтюк! – просипел Ярд. – Охренела?!

– Да пошёл он… вылупок! Их всех надо… – София хохотнула. – К ногтю!

Заскрипело со всех сторон. Из каких-то нор в стенах, ранее невидимых, выглянули головы многолапых ящериц. Одна даже вылезла наружу целиком, подняв свой хвост с «виноградной гроздью».

Украинцы, затравленно оглядываясь, собрались в кучу.

– Ну и что ты теперь будешь делать, идиот?! – прошипел Ярд.

– Да их тут всего десяток…

– А если Охраниум пошлёт весь гарнизон?!

София промолчала, сопя как хряк во время кормления.

Ярд повернулся к роботу, державшему оружие.

– Не вмешивайтесь, наши разборки вас не касаются. Эти орки хотели захватить корабль и повредить. Мы пришли охранять его. Откройте люк в отсек управления.

Ящерица повертела жуткой головой увеличенного в десятки раз насекомого, словно оценивая положение пришельцев, четверо из которых лежали на полу без движения. Затем юркнула в отверстие, из которого вылезла, и оно заросло «лимонной коркой», словно никогда тут не было. Исчезли и остальные слуги Охраниума.

– Во, мля… – ошеломлённо проговорила София.

Раздался треск.

Вздрогнув, все трое оглянулись.

В двадцати метрах от них в стене коридора лопнула опухоль, открывая вход в какой-то отсек.

– Босс?

Вместо ответа Ярд тенью перелетел коридор и заглянул в отсек. Затем по лицу хакера расползлась торжествующая ухмылка.

– Заходим!

Приятели подбежали к нему.

– Что это?! – оторопело осведомилась София.

– Центр управления. – Ярд шагнул в отсек.

Они опоздали. По вине Арсика. Влад добежал до перекрёстка, несколько секунд вычислял траекторию, и в это время его догнал Арсений, красный и потный. Ему-то и пришла в голову идея ещё больше сократить путь, так как показалось, что в конструкции Собирателя существует петля-ход, пересекающая весь космоплав от нижнего яруса к верхнему подобием биссектрисы. Однако она, наоборот, увела бегущих ребят на сотни метров от нужного горизонта, им пришлось возвращаться, и когда оба выскочили на вторую палубу, где по расчётам Влада располагался запасной пункт управления Собирателем, увидели в кишке коридора с лимонно-жёлтыми стенами четыре тела.

Двое были убиты: смуглолицый парнишка в белом и африканец с простреленной грудью, двое находились без сознания.

Влад дотронулся до Сёмы, и тот очнулся, застонав.

– Дружище?! – склонились над белорусом оба бегуна.

– Они… отобрали скорчеры… стреляли… – выговорил приятель Максима.

– Кто?!

– Укропы… они там. – Сёма показал глазами на коридор.

Влад и Арсик перевели взгляды на открытый «рот» входа в отсек в двух десятках метров.

– Догоните… – пробормотал Семён.

Арсик нечаянно дотронулся до его плеча, и Сёма дёрнулся как от удара током.

– Что у тебя?! – выдохнул Влад.

– Он сломал мне руку…

– Кто?!

– Этот… босс.

Влад осмотрел вывернутую под углом кисть товарища.

– Давай перевяжем.

– Чем? – скривил губы парень. – Идите, пока они не запустили какую-нибудь автоматическую хрень. Я подожду.

Посадили травмированного к стене.

Сёма сунул левую руку в карман курточки.

– Помогите…

Влад вытащил из его кармана два чёрных кругляша.

– Гранаты?!

– В другом кармане ещё две.

Влад достал шайбы, сунул одну Арсику.

– На всякий. Побежали!

Оба метнулись к распахнутому зеву отсека, прячущему святая святых Собирателя, его последнюю надежду на спасение – отсек дополненной ручной функции.

Стараясь не высовываться, краем глаза осмотрели помещение.

Отсек ручного управления космоплавом почти ничем не отличался от других: те же ячеистые стены, напоминающие большие соты, те же скруглённые формы без единого прямого угла, те же размеры – не более двадцати метров в длину и ширину. Но были и отличия, вернее – единственное: нечто вроде колонны в центре, сплетённой из пучка жил и стеблей разного сечения и цвета, внутри которой располагалась ниша, представляющая собой своеобразное кресло.

Стены этого бункера, затерянного в коридорах Собирателя и не обслуживаемого сервисботами Надумиума, тоже представляли собой «пчелиные соты», но одновременно служили и экранами, отражающими сотни помещений и коридоров космоплава. Самые большие экраны – до метра в поперечнике – образовывали пояс, кольцом охватывающий всё помещение на уровне человеческой головы. Все они показывали лунные пейзажи с разных ракурсов, а один – кратер, над валом которого низко висел земной шар с чётко видимыми, несмотря на облака и слой атмосферы, границами материков.

Украинцы возились вокруг колонны, в нише-кресле которой сидел Ярд с отсверкивающей стеклом короной на голове. Все трое положили свои скорчеры на невысокие тумбы в форме гриба-дождевика. Они были так уверены в своей силе и непобедимости, что забыли обо всём на свете, увидев терминал ручного управления кораблём.

Конечно, этот бункер создавался не людьми и не для людей, хотя, возможно, им могли пользоваться гуманоидовидные существа, имеющие седалище, руки и ноги. Из того пакета информации о Собирателе, который осел в памяти Влада, он уже отобрал основные файлы и знал, что цивилизация, построившая Собиратель, вернее вырастившая его, как люди выращивают генетически совместимые растения, представляет собой симбиот грибов, мхов, кораллов и бактерий. Но поскольку Собиратель мог встретить в Галактике разные формы жизни и разума, в случае повреждения ИИ-комплексов для управления им нужен был многофункциональный организм, имеющий большое количество степеней свободы. И конструкторы космоплава выбрали осьминога. Но – особого осьминога. Он имел тело обезьяны и восемь лап-щупалец, что делало его похожим на очеловеченного паука. Именно такую фигуру, сфотографированную сидящей в кресле, увидел Влад в глубине экрана напротив терминала – и сразу сообразил, что она и является оператором комплекса. Но Собиратель шатался по Галактике уже миллион лет, ни один биологический организм не мог поддерживать жизнедеятельность так долго, и в рубке никого не было. Сюда, наверно, вообще никто не входил с момента старта или с момента смерти дежурной смены, судя по слою пыли и затхлым запахам. Неизвестно, как украинцам удалось открыть дверь, но они первыми смогли это сделать.

– Скорчеры! – пропыхтел Арсик в ухо Владу, не обладая опытом разведчика. Как любой другой пользователь айти-систем он даже представить не мог, несмотря на опыт компьютерных игр, как надо вести себя в подобных обстоятельствах в реальной жизни.

Это было ошибкой. В зале стояла тишина, и шёпот айтишника услышали. Влад успел сделать всего три шага, вбегая в зал, когда Эмин, обладавший острым слухом и неплохой реакцией, подбежал к столику-грибу с оружием, схватил «виноградную гроздь» и направил на гостя.

Влад остановился.

Замершая на мгновение София рванулась к своему «револьверу», нацелилась в грудь Влада. Лицо её исказила воинственно-зловещая ухмылка.

– Вот и москалики прискакали! Руки подними, баклан!

Влад остался стоять в прежней позе.

Скорчер он засунул за ремень штанов сзади, в карманах куртки лежали шайбы, но хвататься за оружие в данный момент было рискованно. София выстрелила бы не задумываясь.

Надо было сразу стрелять по столу с оружием, подумал он с горьким сожалением, а не бежать к врагам лихим спецназовцем.

Украинцы заметили Арсика, высунувшегося из-за края двери.

– Эй, выходи, вылупок! – приказала София.

Арсик выбрался в проход, виновато глядя на приятеля.

– Прости…

Владигор промолчал.

– Босс, надо их грохнуть! – предложила София деловитым тоном. – Чтоб не мешались под ногами. Давно мечтала перестрелять всех москаликов.

Сидевший в терминале-кресле Ярд молча смотрел на Влада. Глаза их встретились. Повисла пауза.

В этот миг, определяющий все дальнейшие действия детей врагов с той и другой стороны, стало ясно, что жизнь мальчишек висит на волоске и зависит от единственного слова подростка, воспитанного, вернее запрограммированного бандеровской человеконенавистнической пропагандой. Но Ярд так и не смог избавиться от нерешительности, несмотря на колом торчащую в сознании идею национального превосходства. Одно дело воевать с русскими с помощью компьютерных программ, другое – убивать их собственными руками.

Миг прошёл. Ярд открыл рот.

И в зал вползли двое подростков, поддерживая друг друга, Сёма и сербский мальчишка по имени Богуслав. Они дошли до Влада, остановились.

Ярд закрыл рот.

– Босс? – удивлённо покосилась на него София.

– Опусти оружие.

– Шо?! – округлила глаза нацистка.

– Опусти оружие!

– Но они же… русня поганая… их давить надо как клопов!

– Опусти оружие! – в третий раз проговорил Ярд. Глаза хакера побелели. – Ну?!

– Да шо с тобой, Бешеный?! Ты, случаем, не переметнулся на ихнюю сторону?!

В зал неожиданно вбежала группа мальчиков, впереди Максим и Тина с пылающим от бега лицом.

– Влад! – Девушка кинулась к нему, подхватила под руку, мешая тем самым выхватить скорчер в нужный момент.

Ошеломлённая София неуверенно наставила на них излучатель, не зная, в кого первого стрелять.

Ярд снял с головы обруч с тремя зубцами, встал, отметив движение руки Влада. Усмехнулся.

– Давай, кто первый?

Влад побледнел, чувствуя дрожь руки девушки.

– Да шо ты с ними церемонишься?! – выкрикнула София, направляя скорчер на Тину. – Сдохните, орки!

Влад резко развернул девушку, закрывая её спиной. Но Ярд, прыгнув к Софии, толкнул ее, и электрический разряд попал в белобрысого мальчишку, имени которого Влад не знал. Синий просверк снёс парнишке левую руку вместе с плечом и зацепил девчонку в джинсовой двойке. Оба с криками упали. Остальные ребята в ужасе присели, кто-то бросился назад в коридор.

София, в бешенстве оттого, что его толкнула, повернулась к Ярду, вскидывая излучатель.

– Получи, предатель! Без тебя обойдёмся!

Но выстрелить она не успела: под ногами взорвалась шайба, брошенная Сёмой. Как оказалось, он ступил в зал, уже зажав гранату в руке. Пухлое облако жёлто-бурого дыма одело тело стрелка, заставив Софию закашляться. Взвыв, тот выстрелил, попав в ногу ещё одного парнишки, и в этот момент Влад выстрелил из выхваченного из-под ремня скорчера.

Синяя молния ударила в шею Софии, отделяя голову от туловища, и сошедшая с ума умерла, рухнув на залитый её кровью пол.

Внезапно из коридора донёсся знакомый цокот коготков, и за спинами ребят выросли фигуры ящериц. С десяток их влился в зал живой струёй, выстроился клином, словно ожидая команды к атаке. Головы многоногов синхронно поворачивались из стороны в сторону.

– Арс! – выдохнул Влад.

Арсений вздрогнул, приходя в себя, просеменил к роботам, раскинув руки.

– Охраниум, всё в порядке, мы… э-э, разобрались с плохишами… э-э. Не обращай внимания, космоплаву ничто не угрожает.

Ящерицы перестали крутить головами, повернулись, и клин вытек в коридор. Стук коготков стих.

В наступившей тишине были слышны только стоны раненых да всхлипывания кого-то из мальчишек.

– Треш какой… – очнулся побледневший Максим.

Ярд отступил к грибообразной тумбе, где остался лежать его излучатель. Посмотрел на Влада. Тот в свою очередь смотрел на него широко раскрытыми, сверкающими льдом глазами, но его излучатель не был направлен на хакера. Ярд кивнул.

– Босс?! – опомнился и Эмин, так и стоявший в одной позе с излучателем в руке. – Они убили Софу…

– Забей! – глухо пробормотал Ярд.

Засуетились, начиная хлопотать над ранеными.

Парнишка из Европы с оторванной рукой умер.

Девочку, раненую в бедро, и парня, получившего рану стопы, удалось кое-как перевязать.

Ярд в этом не участвовал. Вместе с Эмином они перетащили тело Софии в коридор, а когда вернулись, Арсик уже сидел в кресле оператора и, нацепив прозрачную корону с тремя зубцами, с азартом возился у необычной панели комплекса, напоминающей череп крокодила. Череп был окружён кружевами грибных наростов, мигающих вразнобой, никакой клавиатуры видно не было, зато имелись две гнутые ручки, похожие на эфесы сабель. Арсик ворочал обеими в разные стороны, и от его движений по пульту пробегали волны вспышек. В какой-то момент они объединились в систему одного цвета – лилового, и Арсений подскочил как от электрического разряда:

– Ай!

Влад, помогавший ребятам вместе с Тиной перевязывать раненых, подскочил к нему.

– Осторожнее, Баловень! Лучше слезь.

– Ни фига, я нащупал трек.

– Какой трек?

– Вход в систему. Стрельнуло по мозгам, зато приоткрылось окошко. Корона на мне – какой-то видеософт, но без дополненного проводника я мало что увижу.

Колонну окружили освободившиеся ребята.

Подошёл Ярд.

– Опусти скрин-глассы.

– Чего?

Ярд указал на зубцы на обруче.

– Это практически вижн-очки.

– Откуда ты знаешь?

– Случайно наткнулся, когда цеплял дугу.

Арсик отогнул один зубец, прикрывший левый глаз, второй – на правый, третий прижал к уху.

– О!

Ярд улыбнулся, но по глазам было видно, что он раздражён и огорчён, хотя и пытается скрыть чувства. Влад отметил это для себя, но заострять внимание на переживаниях украинца не стал. Наклонился к приятелю.

– Ты чего?

– Развёртка пошла… он говорит со мной…

– Кто?

– Комп управления, наверно, кто ж ещё. Погоди, дай нащупать контакт… – Арсений не договорил.

Фотография существа на стене с восемью лапами-щупальцами, похожего на помесь паука, осьминога и обезьяны, которую Влад принял за портрет оператора, вдруг ожила, и на попятившихся ребят глянули два щелевидных глаза изумрудного цвета с вертикальными зрачками.

– Что это?! – прошептала Тина.

– Не бойтесь, это всего лишь голографическая фотка, – снисходительным тоном проговорил Арсик. – Комплекс настроен на него.

– Так это они сделали Собиратель? – недоверчиво спросил Максим.

– Нет, я уже говорил, Собиратель создавали симбионты, полурастения-полугрибы. Эти осьминоги, наверно, обитали на планетах соседней звезды, под них и делали бункер ручного управления.

– Ты крут! – признал Ярд, покачав головой. – Я не успел хакнуть эту сеть и дойти до разгадки оператора.

– Ничего особо сложного в их софте нет, он легко считывает мысли. Ну что, летим домой?

В зале стало так тихо, что слышно было дыхание мальчишек.

Влад заметил, как переглянулись украинцы.

Ярд посмотрел на него.

Борьба взглядов длилась секунду. Потом в глубине чёрных глаз хакера промелькнула угроза, сменилась горечью, и он отступил, отводя глаза.

– Решайте.

– Летим домой! – твёрдо объявил Влад. – В Россию! Но сначала хорошо бы связаться…

– С президентом! – фыркнул Арсик.

– Можно и с президентом, если найдёшь смартфон.

– Таких дальнобойных смартфонов на Собирателе нет, зато есть система связи. Вот удивим астрономов!

– При чём тут астрономы? – не понял Максим.

– Ну кто там следит за космосом?

– Космические войска, ВКС.

– Значит, офигеют все ВКС.

– Неужели мы действительно полетим на Землю?! – ахнула Тина.

– Если Надумиум разрешит нам это сделать, – пробурчал Максим.

– Надумиум заблокирован, – весело отозвался Арсик.

– А Охраниум?

– А Охраниум не вмешивается в глобальные изменения программ, пока они не начинают угрожать целостности Собирателя. Иначе его ящерки были бы уже здесь.

На лицах европейских и азиатских ребятишек замелькали улыбки, все зашумели.

– Босс? – пробормотал Эмин отошедшему в сторону хакеру, не понимая, почему его бешеный приятель ничего не предпринимает.

– Их больше, – флегматично пожал плечами Яродив.

– Но они убили Софку и хотят лететь в Рашку!

– Факт.

– И мы… ничего не предпримем?!

– Ничего.

– Да что с тобой, в самом деле?! Или Софа права – ты продался?!

Ярд с трудом задавил в душе приступ ярости, выдохнул сквозь стиснутые зубы, с тоской наблюдая, как Тина не отходит от ненавистного русского ни на шаг.

– Тебе сколько лет?

– Ну… восемнадцать… зачем тебе?

– Они младше. Но ты слышал от них хотя бы раз, чтобы они обвиняли нас в чём-нибудь, угрожали или кричали о ненависти?

– Н-ну… не слышал. Но ведь они враги…

– Это мы так думаем, потому что нам внушили. А они никогда не считали нас врагами.

– Что-то я тебя не понимаю, Бешеный.

– Я и сам себя не понимаю, – с тоской признался Ярд. – Но, может, когда-нибудь пойму.

Эмин помолчал, тоже посматривая на радующихся мальчишек.

– Может, хотя бы попросим их высадить нас поближе к дому? Или на границе.

Ярд улыбнулся.

Стоянов возвращался из операционного зала Центра национальной обороны в свой кабинет, на ходу выслушивая начальника противоракетной обороны генерала Любшина, когда в клипсе уха проклюнулся мягкий голос дежурного ИИ:

– Министра обороны срочно просят подойти в оперзону.

Стоянов остановился, почуяв болезненный спазм сердца.

– Что у вас?

– Ворон-2! Лунный фокус!

Это означало, что станции слежения за пуском ракет противника системы «Воронеж» засекли движение, идентифицируемое как появление НЛО, сотни которых висели над территорией России, Украины и Китая, а на естественном спутнике Земли возникла некая аномалия, также связанная с неопознанным летающим объектом. В данный момент лунным НЛО являлся объект в форме юлы, который торчал в лунном кратере и подозревался в похищении семидесяти пяти детей разных стран.

– ЧП? – сориентировался бритоголовый Любшин.

– Идём.

Генералы вернулись в операционный зал.

ВКС России уже вторые сутки сидели в готовности номер один, готовые отразить атаку с небес, и в зале царила деловая суета высшего приоритета – отражения ядерной атаки. Хотя в данном случае противником были не союз НАТО и Пентагона США, а – как бы фантастично это ни звучало – пришельцы!

К министру подскочил начальник смены полковник Градский.

– Витольд Рэмбович…

– Дайте мне линию инфо, – перебил его министр, обращаясь к искусственному интеллекту, обслуживающему Центр, и рассматривая радугу экранов.

В ушах раскатился голос информационного компьютера, объясняющий то, что показывали операционные экраны.

Посмотреть было на что!

Российские войска космической обороны впервые в истории не просто встали на боевое дежурство, а врубили тревогу по формату «Ядерное нападение»! От Калининграда до Камчатки ЗРВ страны перешли на отражение высшего уровня угрозы, и во всех крупных городах включились сирены, предупреждающие о нападении.

Впрочем, примерно то же самое происходило и в других странах мира, хотя реагировать на угрозу из космоса могли только те редкие государства, что имели хорошую воздушную оборону.

Предметом наблюдений за космосом были сотни НЛО (примерно четыреста двадцать), зависшие на высоте около ста километров в основном над Евразией. Над Америкой тоже висели полусферические облачка, но их насчитывалось всего несколько экземпляров. Пока что все они никак себя не проявляли, зато бесили военных и напрягали общественность Земли. Что они хотели сделать, не понимал никто, но люди ждали нападения, а миллиардеры всех стран спешно прятались по бункерам, рассчитанным на ядерную войну.

И наконец, главный объект тревоги, космический корабль пришельцев, формой напоминающий волчок величиной с гору Эверест, стартовал из кратера Циолковский на Луне, где находился уже трое суток, и направился к Земле.

В зале НЦУО вдруг появилась делегация, которую министр не ждал. Вёл её начальник охраны Центра генерал Великанов, а в центре шагал спокойный как всегда… президент России!

– Товарищи офицеры! – раздался голос Великанова.

Министр и его подчинённые вытянулись, взирая на главу государства, не предупредившего никого о своём прибытии. Президент остановился за первым рядом компьютеров, рассматривая ситуационный экран.

Стоянов поспешил к нему.

– Владлен Владленович…

– Без церемоний, Витольд Рэмбович, докладывайте.

– Войска космической обороны России приведены в полную боевую…

– Покажите пришельца, – прервал его президент.

Министр отдал распоряжение.

В центре главного экрана возникло изображение инопланетного гостя, напоминающего ажурную игрушку в форме юлы. По её острым наростам прыгали синие искорки, искажая очертания. Не верилось, что это не игрушка, а гигантское сооружение больше любого, созданного когда-либо человеком.

– Пробовали связаться?

– Так точно, передача ведётся непрерывно. Ответа нет.

– Надеюсь, наши западные партнёры… в кавычках… больше не будут пытаться сбить его?

Присутствующие в зале обменялись озабоченными взглядами.

– Американцы тоже стоят на ушах, – сказал Любшин. – По нашим данным, они готовы открыть стрельбу, как только НЛО начнут опускаться в атмосферу.

– Разве их ракеты достанут объект на такой высоте?

– Нет, их максимум – тридцать-сорок, на сотку бьёт только наш «Авангард».

– А вам не кажется странным, что основные силы НЛО зависли не над территорией Америки, а как раз над Россией?

– Россией, Украиной и Китаем.

Президент усмехнулся.

– Так, может быть, это прилетели предки американцев, чтобы помочь своим родственникам ликвидировать конкурентов?

По толпе офицеров пробежал шумок.

– Вряд ли это соответствует той информации, – качнул блестящей безволосой головой Любшин, – которой мы обладаем. Если бы в Солнечную систему прилетели… э-э, предки англосаксов, то американцы не стали бы посылать к Луне ракету с атомной бомбой для уничтожения своих… э-э, родственников.

– Меня беспокоит другое. Что, если под видом защиты Европы американцы ударят не по пришельцам, а по России? Как вам такой вариант?

В зале стало нестерпимо тихо.

Министр откашлялся.

– Я полагаю…

Но его перебил сигнал внимания, заставив всех операторов, офицеров и генералов затаить дыхание.

– Поймана передача с лунного объекта! – раздался голос дежурного ИИ. – Включаю.

С ударом гонга зал заполнили весёлые детские голоса, смех, восклицания:

– Вперёд, Россия! Вперёд, Россия!

Затем сквозь этот шум послышалась песня:

– Выходила на берег Катюша…

Её перебил радостный мальчишеский голос:

– Вперёд, Россия! Эй, на Земле, кто-нибудь меня слышит?

Президент посмотрел на побледневшее лицо министра.

– Что это?!

– На борту НЛО… наши! – выдохнул Любшин побелевшими губами.

– Какие наши?!

– Пацаны, – взял себя в руки министр со слабой улыбкой, помассировал грудь. – Что с них взять?

– Ты имеешь в виду…

– В числе тех семидесяти пяти ребят были и русские парни.

– Но как им удалось…

– Куда нам приземляться? – послышался тот же энергичный голос. – Командуйте, кто слышит.

– Командуй, – сказал президент министру.

В глубине экрана перед терминалом Земля летела навстречу, расползаясь массивом материков и синью океанов.

Арсик восседал в кресле важно, как молодой король с короной власти на голове, а вокруг колонны танцевали, взявшись за руки, свидетели торжества, мальчишки и девчонки из разных стран, и среди них Максим, Митя и Влад, не выпускавший руку Тины. Сёме перевязали руку, но танцевать он не мог, только подпевал.

Хор был никакой, многие не знали слов и подпевали по-своему, не попадая в ноты. Не участвовали в нём только украинцы, но и в их глазах не было ненависти, только зависть и лёгкая печаль. И желание присоединиться…

Июнь 2024

«Ворлд Скиллс» – соревнования для популяризации рабочих профессий через проведение чемпионатов по всему миру. (Здесь и далее – прим. авт.)